Изнутри я знаю только свое тело, а все чужие тела - извне. Но здесь, и только здесь, в половой любви, я познаю чужое тело как свое, как «вещь в себе», говоря языком Канта или Шопенгауэра: везде познается мною «мир как представление», и только в точке Пола - «как воля».