Отдайте мне ваших детей!

В этой книге рассказывается о еврейском гетто, созданном нацистами в польском городе Лодзи, о Мордехае Хаиме Румковском, который возглавлял юденрат, орган еврейского якобы самоуправления гетто, и о повседневной жизни в гетто. Румковский был крайне противоречивой фигурой - Отец гетто, сначала отвечавший за все, потом лишившийся всякой возможности влиять на события, казнивший и миловавший, строивший школы и приюты и подавлявший забастовки, которого многие считают предателем и слепым орудием в ру...

Жанры

Рейтинг LiveLib

3,8

69 оценок

5
29%
4
36%
3
32%
2
3%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 76Хотят прочитать 492

Рецензии

takatalvi3 февраля 2015 г.
Промозглая унылая серость. Тесно лепящиеся друг к другу дома с выбитыми стеклами. В витринах бывших магазинов – обтянутые кожей скелеты. Это больные, умирающие на глазах прохожих, спешащих получить по карточкам микроскопическую порцию хлеба и тарелку кислой жижи, называющейся супом, но ничем его не напоминающей.
Это не гетто. Это – город рабочих. Так, во всяком случае, утверждает Мордехай Хаим Румковский, называющий себя отцом этого места.
В чем-то он прав. Да, здесь, в лодзинском гетто, царят голод и нищета, территорию огораживает колючая проволока, но Румковский постарался на славу, организовывая фабрики и мастерские, налаживая производства. Мысль была проста: если обеспечить немцев грандиозными поставками, то они осознают пользу и даже необходимость этого «города рабочих», они будут нуждаться в нем, а значит – не тронут. И Румковскому удалось достигнуть существенных успехов. Прибыль, которую получали от гетто, впечатляла, но все равно это было гетто, из которого стремились удалить как можно больше людей, в первую очередь – нетрудоспособных. Румковский отчаянно пытался пристроить как можно больше детей в мастерские, но – увы.
В этом романе немного того, о чем рассказывают другие подобные произведения. Здесь минимум стрельбы, минимум расправ, здесь мы почти не видим немцев и самое страшное, с чем имеем дело – депортацией, хотя можем только догадываться, что происходило после нее. Но в каком-то смысле это даже хуже. Потому что, словно недостаточно было создания этого унизительного места, огороженного проволокой, непередаваемую тяжесть повествованию придает серая атмосфера, обезличивающая людей, и зло, которое вторгается в их жизнь не извне, а изнутри. Ограбленные дети со вздувшимися от голода животами, слабоумные, отданные в «дома отдыха», да, в конце концов, попавшие под крылышко Румковского...

Герой или предатель? Спаситель или палач? Наверное, долгое время это казалось не важным. Румковский был гетто. Что бы он ни делал, каких или скольких евреев ни спас или ни бросил на произвол судьбы – он всегда выступал в роли предателя.
Фигура Румковского, центральная в этом романе, действительно противоречивая. Поначалу он кажется даже положительным персонажем. В прошлом слабый, заблудший человек, в настоящем он бьется ради блага детей и людей в целом. Казалось бы, это окупает его недостатки. Но чем дальше – тем больше проступают черты предателя рода человеческого. Неудивительно, что дети, попавшие под крылышко Румковского, рано или поздно проявляли признаки психических расстройств. Потому что он, называющий себя их отцом, выходил далеко за рамки этой роли.
Повторюсь: словно начала войны и создания гетто было недостаточно, чтобы здесь присутствовали и такого рода пороки.
Роман написан по документам, свидетельствам очевидцев и прочим историческим материалам. Возможно, поэтому он читается достаточно трудно – текст сухой и часто неудобоваримый: чересчур высушенный для животрепещущего повествования и слишком богатый мыслями персонажей, чтобы быть документальной хроникой. Пожалуй, сам такой стиль действительно хорошо иллюстрирует жизнь в гетто – унылую, безрадостную, полную лишений и зла, но все-таки жизнь, в которой все еще теплятся человечность и даже любовь. Однако смешивание живого повествования с поздними отчетами о происходящем и противоречивыми точками зрения, как они были представлены в документах, оставляет странное и не самое хорошее впечатление. Плюс, не слишком понятный набор персонажей – в романе несколько отрывочных линий, рассказывающих о жизни того или иного человека, но подчас совсем неясно, почему и зачем автор выбрал именно этих людей.
Однозначных выводов из рассказанного автор не делает и предоставляет читателю самому разбираться со всем, что свалил на него. С одной стороны, это вводит в замешательство, с другой – целью, как я понимаю, все-таки было воссоздание исторической картины со всеми ее неясностями. Что ж, если так, роман вполне себе удался.
Но рекомендовать его к прочтению не осмелюсь. Как и любая другая книга такого рода, она тяжелая, а потому не для каждого – лишь для интересующихся и готовых окунуться в мрак, безысходность и прогнившую человеческую натуру.
Читать далее
Отдайте мне ваших детей!
Стив Сем-Сандберг
3,8
(69)
55 понравилось
813
Rin-Rin21 февраля 2022 г.
От романа осталось ощущение какой-то сумбурности и хаотичности, не выстроилась у меня чёткая картина происходящего, в голове осталась просто каша. Постоянно вызывала вопрос и стилистическая принадлежность романа: если это художественное произведение, то где ярко выписанные герои, где их эмоции, переживания, мысли; если это документальное произведение, то где конкретика, где обилие фактов. У романа нет чёткой структуры, это набор разных моментов из жизни гетто. На самом деле это даже удивительно, ведь автор по профессии журналист, а они как-то должны уметь преподносить материал ярко и доходчиво, но не в этом случае.
На каком-то этапе автор вроде как опомнился, что текст получается слишком сухим и безжизненным, и решил добавить личных историй, но лучше бы он этого не делал, так как внезапно на первый план был выведен сюжет об усыновлённом мальчике, которого растлил его новообретённый отец. История вышла очень грязная, и неуважительная прежде всего к малолетнему герою.
Одной из самых ярких сцен романа, и, наверное, единственной, которая останется у меня в памяти, стала та, что и дала ему название: когда староста евреев Румковский выступает перед жителями гетто с речью, где просит их добровольно отдать своих детей младше десяти лет, чтобы спасти всех остальных, мол немцы обещали в обмен на эту жертву оставить всех в покое. А потом идёт душераздирающее описание, как немцы в сотрудничестве с еврейской полицией начинают облаву, ведь никто добровольно не отдаст самое дорогое...
Это не первая моя книга о жизни в гетто, но, наверное, пока единственная, которая описывает всю неприглядность внутреннего устройства такого мини-государства. Наверное, это объясняется тем, что автор - сторонний человек и не еврей, ему не стыдно писать правду, но даже он, как мне показалось, описал всё довольно обтекаемо. Про еврейских коллаборационистов как-то не принято писать.
Вообще, от книги осталось послевкусие, что автор просто хайпожор, решивший приподняться на теме, которая сто процентов вызовет интерес, и нужно отметить, он не прогадал - награды, переводы на разные языки, в том числе и на русский. Окончание романа, где одного из героев, который долго прячется от немцев после ликвидации гетто, убивают советские солдаты, лишь укрепило это ощущение, какой «молодец» смог-таки впихнуть модную нынче на западе повесточку.
Вердикт лишь один - жаль потраченного времени, интересной информации - мизер, воды и домыслов - перебор.
Читать далее
Отдайте мне ваших детей!
Стив Сем-Сандберг
3,8
(69)
41 понравилось
702
TibetanFox2 декабря 2013 г.
Стив Сем-Сендберг — журналист и писатель (человек и пароход) накатал больше десятка книжек, но на русский перевели только последнюю, награждённую премией. И если такая книжка получила в Швеции награду... То у них там совсем туго с литературой.
Не поймите меня неправильно, книга неплохая. Но и не хорошая — никакущая. Сем-Сандберг страдает фирменным журналистичьим недугом. информацию он умеет добывать превосходно, а вот делать из неё увлекательную историю, именно роман, а не скучную хронику — увы. В нём нет ни внятной внутренней структуры, ни стержня, ни каких-либо крючков, всё слишком сухо и беспристрастно, как будто читаешь энциклопедию, которую рерайтер попытался написать "от другого лица", но лишь заменил форму глаголов. Я вообще против того, чтобы книги о страшном давили на жалость, но здесь автор перегнул в другую сторону. В итоге о педофилах, зверских убийствах и голоде читаешь, как смотришь новости по телевизору: "Разбился автобус, погибло 10 человек, переключи на другой канал, вдруг там что-нибудь интересное".
Хотя тем, кому интересна тема гетто с исторической точки зрения, книга может быть полезной. В ней наиболее ярко раскрывается образ председателя гетто, который как опытный "связист с общественностью" снуёт между немцами и евреями, передавая последним нечеловеческие приказы первых, и при этом корчится от ненависти с обеих сторон. По-своему он даже пытается облегчить жизнь евреям в гетто, ищет какие-то лазейки, но смотрятся они на фоне общей картины всё равно ужасно — например, чтобы спасти как можно больше детей, он заставляет их работать на убой (рабочие руки приносят пользу истинным арийцам, а значит не пойдут в расход так скоро, как бесполезная мелочь вроде детей до 10 лет). Вот только матерям и отцам ничуть не легче от того, что "полезных" детей им оставили, коль скоро уничтожили всех "бесполезных". Да и сам гусь Румковский человек скорее мерзкий, чем добродетельный.
Ну и отдельный поклон корректору Елене Остроумовой, так активно вынесенной в данные от издательства. Всё правильно, страна должна знать своих героев, заснувших во время работы (тут я её понимаю, конечно) и пропустивших просто дичайшее количество опечаток, которые видны даже подслеповатому глазу, не то что уж каких-то жалких запятых.
Читать далее
Отдайте мне ваших детей!
Стив Сем-Сандберг
3,8
(69)
37 понравилось
537

Все рецензии

Цитаты

TibetanFox2 декабря 2013 г.
Измену, как нож, всегда носишь поближе к сердцу.
13 понравилось
262
More-more13 сентября 2013 г.
Разумеется, создание гетто едва ли является достаточной мерой. Я оставляю за собой право решать, когда и каким образом город Лодзь будет очищен от евреев. Наша окончательная цель — выжечь эту гнойную заразу раз и навсегда.
2 понравилось
110
Galushka8320 февраля 2015 г.
Измена в чём-то сродни подвигу - она тоже требует долгой подготовительной работы, чтобы увенчаться успехом.
1 понравилось
90