
Электронная
5.99 ₽5 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Венеция, 40 - 50 - е годы XVIII века, главная героиня - цыганка Консуэло, которая учится петь у выдающегося вокального педагога Никколо Порпоры. Девушка делает поразительные успехи в пении и обходит других хористок, чем вызывает у них зависть. Кроме того, девушка влюблена в Андзолето, который тоже выступает на сцене. Но Андзолето, позавидовав своей девушке, изменяет ей. И Консуэло уезжает...
Прототипом героини является знаменитая французская певица Полина Виардо, бывшая музой И.С. Тургенева.
Книгу я прочитала уже будучи взрослой и книга мне понравилась. Во-первых, мне понравилась идеальная, добрая, искренняя, отзывчивая и прекрасная героиня. Вся книга пронизана возвышенной любовью и духовными ценностями. Я в нее была просто влюблена. Во-вторых, мне понравился живописный сюжет, происходящий в нескольких странах Европы (Чехия, Германия, Австрия, Пруссия). В романе события описываются в историческом контексте и поэтому книга будет интересна всем кто любит историю.
Жорж Санд - одна из моих любимых писательниц. Среди рыцарей ее сердца были такие фигуры, как Альфред де Мюссе и Фредерик Шопен. В круг общения Жорж Санд входила вся интеллектуальная и артистическая элита Европы - Ференц Лист, Гюстав Флобер, Полина Виардо, Иван Сергеевич Тургенев, Виктор Гюго, Мериме, Дюма-сын, и это не говоря уже о политиках, революционерах и государственных деятелях!
Уже в преклонные годы Жорж Санд призналась себе, что у нее было лишь две страсти в жизни - материнство и дружба. И это лишний раз подтверждает мою гипотезу, что Жорж Санд не верила в любовь, она ценила дружбу больше, чем любовь. Это чувствуется из данной книги.

Увлекательные приключения до аскетичности безупречной цыганочки Консуэло манерно затянуты и в то же время не отпускают. Роман состоит из сплошных противоречий: он очень объёмный и при этом прекрасен в своей лёгкости, он дразнит смелостью поступков своих героев и озадачивает их же неуверенностью в обычных обстоятельствах; вызывает приступ тошноты от приторности душераздирающих сцен прощаний и объяснений с заламыванием рук и умиляет трогательностью глубоких чувств. Мудрые фразы в нём переплетены с банальными истинами. Исторические персонажи путешествуют в нём налегке, лишь смутно намекая на события прошлых лет.
Сейчас выскажу возможно необычную мысль, особенно странную под вынесенной цитатой в заголовок рецензии, но роман, несмотря на слог даже не девятнадцатого, а восемнадцатого века, очень современен. Только сегодня Жорж Санд написала бы цикл романов. По сути роман разделён на готовые циклы:
— Венеция с любовными приключениями в духе Казановы;
— замок Исполинов на границе Чехии и Германии, где готическая мрачность соседствует с горячими национально освободительными порывами;
— опасное путешествие по Богемскому лесу будущего великого, а тогда никому неизвестного, композитора Гайдна с нашей героиней, переодетой в бедного юношу;
— Вена с дворцовыми и театральными интригами;
— и, к сожалению, самый отвратительный финал, который в моих глазах портит прелесть всего написанного. Не скажу, что совсем неожиданный, но было предчувствие и надежда на более свежее окончание, а от этого веет какой-то затхлостью.
Известно, что Жорж Санд списывала черты героини с Полины Виардо, известной оперной певицы. Я знала о Полине Виардо лишь то, что в неё был пожизненно влюблён Иван Тургенев. Но прочитав о ней чуть больше, нахожу, что писательница передала Консуэло лишь некоторые черты Виардо, а именно, её странную внешность, которую можно назвать некрасивой красивостью или красивой некрасивостью (этому в книге уделено много страниц), певческий талант, обаяние и привлекательность, которые заставляли многих мужчин терять голову. В остальном Консуэло больше походит на саму Жорж Санд. Это тайна рождения, принадлежность к цыганам и знати, ношение мужской одежды. Вот только не знаю, холодность Консуэло, а вернее какая-то замурованность её чувств, была присуща Жорж Санд или Полине Виардо?
Современность романа вижу в совершенно замечательных мыслях об искусстве, его предназначении, о роли артиста, музыки. Страницы о подковерных интригах за кулисами и о вмешательстве сильных мира сего в творческие судьбы поражают своей актуальностью.
В этих словах главной героини, я думаю, заключён и один из смыслов романа.
Их можно отнести и к литературе. Сегодня, к сожалению, так часто, узнавая какие-то исторические сплетни или в угоду навязанной моде, меняют отношение к великим писателям и их произведениям, даже предпринимают попытки "исправления" великих текстов.
Давайте не забывать, что

Моя подруга считает, что такое надо было читать в подростковые годы (именно так она и сделала). Если рассматривать роман как любовную историю, то, наверное, да, она права. Но вот только вряд ли меня тогдашнюю вдохновила бы та часть повествования, где идёт речь о борьбе гуситов за независимость, где развиваются мысли об освобождении личности. Жорж Санд использовала документы описываемой эпохи, «Историю гуситских войн», мемуары барона фон Тренка, сестры короля Фридриха II и т.п., и стремление поделиться всем этим добавило книге какой-то тяжеловесности. У неё были все шансы остаться непрочитанной)) Слава богу, сейчас существует аудиоформат, и вот под чудесную начитку Николая Козия я между делом, потихоньку-полегоньку одолела этот кирпич.
Ну что сказать? Роман растянут до невозможности, что напрочь убивает всякую динамику (даже динамику внутренних исканий героини). Но если популярной писательнице необходимо было поставлять в журнал дважды в месяц по 30-40 страниц текста (а именно таковы были условия «La Revue Indépendante»), то становится всё понятно. Публика-то в начале 1840-х ждала продолжения в свежем номере, и нужно было удовлетворить ее потребности. Отсюда и некая хаотичность изложения, и многословие, и ощущение какой-то небрежности и недостаточной связи его частей, разворачивающихся в разных локациях – то в Венеции, то в Чехии, то в Вене, то в Пруссии – и отзывающихся то готическим романом, то историческим, то откровенной мелодрамой.
События переносят нас в Венецию середины XVIII века. Мы знакомимся с заглавной героиней, юной талантливой певицей, внешне отнюдь не красавицей, но обретающей особую прелесть при исполнении оперных вокальных партий или церковных произведений. Известно, что её прообразом стала Полина Виардо, русскому читателю известная прежде всего как возлюбленнаяТургенева, а уже потом как певица. Консуэло – дочь бедной бродячей певицы-испанки, отец же её неизвестен (слава богу, что автору не пришло в голову удариться в мелодраму и «подыскать» ей папашу среди богатых героев романа:)). Она ученица знаменитого маэстро Никколо Порпоры, который видит в ней прежде всего гениальную певицу, обладательницу выдающегося голоса, но отказывается признавать девушку, у которой может быть любовь, семья, личная жизнь. Собственно, выбор между призванием, славой и личным счастьем – главная тема романа.
Как же меня раздражал Андзолето – тенор, первая любовь героини! То он близок к обмороку, то заламывает руки, то просто откровенно истерит, похлеще любой барышни. Похоже, что мужчина-артист – вовсе не мужчина (вообще театральный мир показан как тот еще серпентарий). И ведёт он себя гадко, и только наивная и всепрощающая Консуэло до поры до времени этого не замечает. Но и новый ее возлюбленный меня не вдохновил: уж очень искусственным выглядит граф Альберт Рудольштадт с его мучительно переживаемым чувством вечной вины его предков перед народом, стремлением к искуплению их грехов, к уничтожению сословных барьеров и торжеству всеобщего братства. К тому же, доступные ему мистические видения выглядели какими-то чужеродными. Зато очень привлекательно выписан Йозеф Гайдн – еще не забронзовевший классик, а начинающий музыкант, прекрасный друг, обычный человек со своими радостями, огорчениями, надеждами и мечтами. Но вообще здесь все положительные герои исключительно добродетельны, а отрицательные – порочны, и всё это совершенно однозначно и безмалейших полутонов и нюансов.
Буду ли я читать продолжение, «Графиню Рудольштадт»? Вряд ли.

Жизнь - большая загадка и не надо пропускать ни одного, самого мелкого факта, не объяснив себе его и не поняв. Так познаётся жизнь.

...как итальянские женщины относятся к мадоннам: в часы раскаяния они молят их о прощении, а когда грешат, завешивают их лик занавеской.












Другие издания


