Цитаты из книги Сказки

Почто пришел — по своей доброй воле аль по нужде?

Злую ведьму привязали к лошадиному хвосту и пустили в чистое поле.

Прибежал козлёночек на речку, стал на берегу и жалобнёшенько закричал:

— Алёнушка, сестрица моя! Выплынь, выплынь на бережок. Костры горят высокие, Котлы кипят чугунные, Ножи точат булатные, Хотят меня зарезати!

Алёнушка из реки ему отвечает:

— Ах, братец мой Иванушка! Тяжёл камень на дно тянет, Шелкова́ трава ноги спутала, Желты́ пески на груди легли.

Велела ведьма разложить костры высокие, греть котлы чугунные, точить ножи булатные…

А сама оборотилась Алёнушкой, нарядилась в её платье и пришла в её хоромы. Никто ведьму не распознал. Купец вернулся — и тот не распознал.

— Поди за меня замуж. Я тебя наряжу в злато-се́ребро, и козлёночек будет жить с нами. Алёнушка подумала, подумала и пошла за купца замуж.

Добрые молодцы по неволе не ездят!

Кто первый за твоих сестер станет свататься, за того и отдавай — при себе не держи долго!

Скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается.

Взялся за гуж, не говори, что не дюж.

А Иван-царевич откормил жеребёнка в зелёных лугах, и вырос из него чудный конь. Да такой красивый и сильный, что равного ему во всём свете не сыскать. Грива пышная, блестящая, словно из лучших шёлковых нитей спрядённая. Ноги тонкие, стройные. Глаза словно огонь горят, а из ноздрей дым валит. Возрадовался Иван-царевич, на такого красавца глядючи: теперь и за Марьей Моревной ехать можно.

...такой красавицы, как Марья Моревна, во всём свете поискать - другой не найти!

Поутру бросилась Баба-яга в погоню. Во весь дух на железной ступе скачет, пестом погоняет, помелом след заметает.

Баба-яга его накормила, напоила и велела за дело приниматься.

Царевич подал ему воды. Выпил Кощей целое ведро и запросил ещё. А как выпил третье ведро, взял свою прежнюю силу, тряхнул цепями и сразу все двенадцать порвал.

... Марья Моревна, прекрасная королевна...

"Избушка повернулась к морю задом, к нему передом. Царевич взошёл в неё и видит: на печи, на девятом кирпичи, лежит баба-яга костяная нога, нос в потолок врос, сопли через порог висят, титьки на крюку замотаны, сама зубы точит".

– Эх, Иван-царевич! Зачем ты лягушачью кожу спалил? Не ты ее надел, не тебе и снимать было!

словами беды не поправишь