История Венгрии. Тысячелетие в центре Европы

40% Наконец-то нашел себе хорошую беллетристику для "развеяться". Наверное, нереализованный историк никогда не умрет во мне. Еще в детстве я зачитывался биографиями Александра Македонского, Чингисхана и Марка Антония/Клеопатры (до сих пор не простил Октавиану битву при Акции), а книга о сто великих династиях была моей настольной. Честолюбие и романтизм не хуже социализма и любви.

Последний год я как тот мужик, что пытается запихнуть свои лапища в изношенные юношеские конверсы. Правда я пытался продолжить читать фэнтези, но с горечью обнаружил - времена ушли. Ну не могу я читать сказку ради сказки, мои мысли кричат "С КАЖДОЙ СЕКУНДОЙ ТЫ УМИРАЕШЬ", "С 55 КНИГАМИ В ГОД, ТЫ ДАЖЕ НИЦШЕ ВСЕГО НЕ ПРОЧТЕШЬ". Поэтому, чтобы оправдать себя перед ними, я придумываю отмазки типа "Эй, это ж против войны".

Несколько дней назад я начал читать историю Венгрии, написанную в стилях "галопом по Европам" и "украсть за 60 минут". К своему удовлетворению я обнаружил, что ОНИ молчат, а я потребляю этот кирпичик, как детки конфетки. ЭВРИКА! Мой нерожденный историк только и ждет крушения-воскрешения наций, великих героев и подлецов-интригантов. Я понял, вот она - моя беллетристика.

65% Я шел по улице Франка, когда меня резко потянули за руку. Толстенькая перепуганная девушка отпрянула, увидев мое лицо с огромными темно-синими кругами под глазами.

- Извините, я ошиблась. - Пискнула она.

- Кого вы ищете, дорогая?

- Одного джентльмена, Звёздочник имя его. Но он должен быть в высоком цилиндре и с густой бородой. А на вас шапка с помпоном, а вместо бороды острые усы.

Я отвесил ей хорошенькую пощечину со словами:

- Слушай. Цилиндр лет сто назад вышел из моды, а шапку мою не обижай, только несколько дней назад на И-бей прикупил.

Она упала на землю, обхватила мою ногу обеими руками.

- Помоги мне! Пустота и тлен моё имя.

Девушка, тяжело вздыхая, поднялась:

- Скажи, что мне делать дальше?

- Для начала купи Orbit.

81% Я вышел из поезда Берлин-Киев, оказавшись на станции имени Иштвана Святого. Она ждала меня на перроне, сидя на старой скамейке и делая вид, будто не замечает. "Нежная революция! Нежная революция! Читайте в свежем номере журнала "Нюгат" проорал маленький мальчик, размахивая охапкой макулатуры.

- Как ты?

- Вполне. – Глаза под темной вуалью сверлили рельсы и не смотрели на меня.

- Может уже хватит? Твоя последняя выходка сорокалетней давности бессмысленно закончилась, а ты продалась своему старому врагу. Мой дедушка...

- Твой дедушка был римским работорговцем, а бабушка варварской шлюхой!

- Пусть. Ты знаешь, мне нет разницы, кем были они.

- Но им бы было за тебя стыдно. - Наконец лицо повернулось ко мне, обнажив кинжальные глаза. - Впрочем, как и за меня. Отец всегда говорил, хотя я и пыталась доказать обратное, что я больше похожа на мать. А я как дура половину жизни гордилась им.

"2 минуты до отправления поезда!!!" проорал кондуктор.

- Твое рождение было доказательством моего величия и все же ты был нежелательным ребенком. Последний раз я послушалась мужского совета от твоего отца болвана-вольнодумца. Жаль. Жаль, что ты слушаешь это.

- Пусть. Ты же знаешь, мне все равно. Гордыня твоего отца никогда не давала тебе покоя, она стала твоим оружием и твоей гибелью. Мне же это ни к чему. Я признателен тебе, насколько это вообще возможно, но "болван-вольнодумец" это неплохо. Особенное если это болван, который считает себя вольнодумцем. Лучше жить таким, но в уюте, чем гордым и под артиллерийским градом.

Она подняла вализу и застучала каблуками по перрону.

"До встречи, мама!"

91% - Вы должны держать своих подданных в узде. В конце концов, князь вы или кто? Даже до Патриарха Запада уже дошли смутные вести, что не только ваше племя, но и вы заодно все еще чтите языческих богов, приняв покровительство Всевышнего.

- Я достаточно богат и силен, чтобы позволить себе подобное. - Ответил безмятежно князь, раздраженному епископу.

"Папа, папа, посмотри на меня" прокричал мальчик, вбегая в комнату и махая небольшим клинком. Русые волосы падали на кожаную броню. Но заметив священника, он перешел на смирительный тон. - Извините, святой отец.

Старый епископ даже улыбнулся.

- Ничего Иштван, мы с твоим отцом только рады. Правда, Геза?

- Да. Но впредь не пугай моих гостей оружием, для этого у нас есть соседи. - улыбнулся князь. Мальчик в ответ засиял светлой улыбкой, полной жизненных сил. – Ну, все, беги, Вайк.

От епископской доброты не осталось и следа.

Князь только глубоко вздохнул.

- Когда ваш народ пришел на эти земли, от их былых владельцев уже остались только разрозненные общины. Авары в полной мере заплатили за безбожие. За почти сто лет жизни на паннонской земле вы переняли некоторые западные традиции управления, но этого недостаточно. Нужно продолжать путь реформирования вашего юного государства.

- Мой народ не хочет принимать ваш образ жизни и сопротивляется всеми силами. Мы вольные люди, ездим верхом от края до края, неся страх вашим королям, боги покровительствуют нам.

- Забудьте так называемую "свободу верхом", только найдя семейный очаг для народа под покровительством Всевышнего, вы выживете в этом "новом мире". Ваши боги не помогут вам против славян.

100% Историческое сознание сдает свои позиции на наших глазах. "Я дальтоник". Каждый организм, вещь, понятие, все реальное и нереальное начинает свой путь с ребенка. У каждого есть родители. Зайчонок, ткацкий станок и теория общественного договора были зачаты творцами. "Я не отличаю черный цвет". Юность - эра переплавления схем. "Я видел арабов-геев". Зрелый возраст - эра могущества и творчества, ласточки улетают из гнезда, пароход плавает по реке, идеи выходят из под контроля родителя. "В детстве тётя говорила, что я белый". Старость - эра ахов и вздохов, даже Земля когда-нибудь превратится из колыбели в тюрьму.

Благодарим вас, боги, Что жить нам не века.

Суинберн