Лучшие повести для девочек

Все достоинство этой книги, на мой взгляд, состоит в том, что она показывает в какой-то степени оборотную сторону закрытых институтов для девочек: убожество воспитания, которое отнюдь не способствует развитию девочек в нормальных людей. После того, что мы видим в книге Л.Чарской, становится понятно, почему все дамочки молоденькие после подобных заведений были такие плаксивые, такие оторванные от реальности и так великолепно умели врать и притворяться. Ложь, жеманство и изворотливость ради запрещенных удовольствий (по сути своей невинных, как покупка лакомства) – это единственное, чему в таких пансионатах учили великолепно; учили не на уроках, а всей той системой воспитания, которая была в основе заведения.
И отсюда же, из этой дурацкой системы воспитания и каких-то странных ценностей, берет начало, видимо, невероятная экзальтированность барышень, которые не то, чтобы умеют чувствовать, а скорее играют в чувства, потом что их души искалечены, изуродованы многолетними охами-взхдохами и «великими» и «ужасными» подвигами ради взгляда старшей девочки, ее улыбки, ее скупой похвалы… А все эти «уси-пуси», «душечка» и т.п.? Читать было противно. А девчонки так жили… А жесточайшая система наказании, приводившая прямо к нервным расстройства, болезням? Ведь это же не шутка – за други своя постоять без передника и лишиться шнурочка в волосах! Лучше бы вышивали день-деньской, честное слово или для приютов вязание, шитьё какое-нибудь осваивали бы. Цветы бы растили, за пичушкой какой, черепашкой, кроликом ухаживали бы – вот бы и повод нормальный был для эмоций, для нежного ранимого детского сердечка, оторванного от дома, но тянущегося все равно к любви и теплу, жаждущего ласки (тьфу ты, дочитала слезливых книжек для девочек).
И ведь при всей этой нежности, чуткости и т.п. как-то мало было слов про маму, по которой в такой долгой разлуке уже выть бы надо (в буквальном смысле), по сумасшедшим поступкам ради подруги (как то: пробраться ночью к ней в палату и скрасить горькие минуты) – зато полно было перемен «близких» и «лучших» подружек (это и есть то, что Чарская лучше всего запомнила, коль уж так подробно описывает?).

Поразило отношение воспитателей к тому, что девочка с Кавказа, на глазах увядающая без солнца в неблагоприятном климате, была лишена шансов на спасение – разве не разумно было отписаться вовремя ее отцу, чтобы он забрал княжну на Родину, где горный воздух вылечил бы ее? Нет, нужно было ждать, пока она умрет… И все воспринимали это как должное, судя по книге…

Глупости какие-то описываются очень и очень подробно, с ненужными повторениями, как будто это и есть то, что нужно понять читателю, но многое действительно важное опускается или упоминается вскользь… Создалось ощущение, что это не намеренно детский слог и детская непосредственность, а не очень блестящий ум автора и (чего уж тут) отсутствие литературных способностей... Столько ведь есть книг о детстве, написанных разными писателями – и зачитываешься ими! А что отсюда можно вынести, кроме того, что девочки безумно обожали царскую семью да влюблялись безоглядно в старшеклассниц какой-то чуть не мистической любовью, обожествляя их? И понимает вроде Лидия, бывшая пансионата, что могла бы людям поведать что-то, да только не очень удачно у нее это вышло…
Глупая книжка, которая ничего не может дать ребенку, кроме как научить обманывать и вздорно дружить (то есть плести интриги). Если бы у меня была дочка – не дала бы читать эту книгу.

Кстати, по курсу детской литературе мы эту книгу НЕ ЧИТАЛИ. И правильно, наверное…

Это было мое первое знакомство с творчеством Лидии Чарской.
Это уже потом, когда прочитаешь больше, понимаешь, образы девочек кочуют из произведения в произведение. И чтение произведений Чарской становится уделом преданных поклонников автора.
Для меня же эта книга так и останется особенными страницами в памяти. Очень трогательное, проникновенное и близкое сердцу повествование о жизни девочек в институте благородных девиц. Их мечты и желания, их радости, горести, а порой и настоящие трагедии западают в душу и долго не отпускают. Каждая трепетная душа, ожидающая счастья, становится частичкой тебя.

Повесть «Сибирочка» предназначена для чтения детям. Она, действительно, несет мощный положительный заряд. Книга об искренней, крепкой дружбе, сильной отеческой любви, об отзывчивости, доброте и взаимовыручке. Но, наверно, современный читатель (и ребенок, и взрослый) сейчас уж очень стал избалованным или, если угодно, искушенным, поэтому повесть кажется наивной, чересчур восторженной и похожей, как пишут в отзывах, на длинный сериал с невероятными, лихо закрученными сюжетными поворотами, далекими от фактической и реалистической точности.

Но хочется защитить книгу, которая написана 100 лет назад, несмотря на некую старомодность, все события в ней служат важной нравственной идее: пройдя через все горести, героиня благодаря доброму и чистому сердцу обретает заслуженное счастье. И эта мысль вне времени, согласитесь?

Мне было интересно следить за приключениями бедной девочки-сиротки: отец, спасая ребенка от стаи волков, подвешивает малютку, завернутую в шубу, к дереву. Чудом оставшись в живых, князь возвращается на место трагедии, но ребенка нигде нет. Малышку спасает местный старик-птицелов, называет ее Сибирочкой. А дальше жизнь маленькой героини разворачивается, как бразильская «мыльная опера»: девочка оказывается в глухой тайге, попадает в руки беглых каторжников, встречает верного друга, затем действие переносится в Санкт-Петербург, где Сибирочка оказывается ученицей дрессировщика в цирке. Интриги, зависть, страшная тайна, коварство, подлость, клетка со львами и счастливая встреча с отцом. Очень много всего тут накручено, наверчено, но при этом героям постоянно сопереживаешь, сочувствуешь и ждешь хорошего финала.

Романтическая, приключенческая история, наивная, чистая и трогательная. Детям однозначно рекомендую читать, а скептическим взрослым – нет, ибо повесть вызовет у них град насмешек и ухмылок.

Язык произведения мне понравился, речь литературная, может, это не всегда оправдано звучит в устах некоторых героев, даже высокопарно и пафосно, но все равно приятно воспринимать грамотный и правильный слог.

Лидия Чарская всегда пишет о верных внутренних установках в душе человека, где нет места злости и жестокости. Ее герои, как в сказках, строго положительные: они не сомневаются, не трусят, не предают, не обижают, у них нет даже права на ошибку, потому что они её не могут изначально совершить. Такова их натура. Может, поэтому автора и критикуют, герои не испытывают нравственных терзаний, поступают всегда правильно, нет внутреннего развития характера, перерождения. Идеальные люди. Так что ж? Человек по сути своей стремится к духовному идеалу, работает всю жизнь над собой, а в книгах Л. Чарской показан отличный пример для подражания.

Когда училась в школе, наткнулась на тексты Лидии Чарской, которые своей трогательностью и даже трагичностью прелестно ложились на мои невероятно грустные (как мне тогда казалось) мысли. Это далеко не предновогоднее чтение, но почему-то решила прочитать ее сейчас. И поняла с первых страниц, что этот текст очень хорошо помню, что для меня удивительно.

История про девочку, сильную внутри, несгибаемую, которая показывает прекрасный пример стойкости. Это книга с будто бы вырванным концом, но это скорее показатель того, что хочется ещё и ещё. Эта история может показаться совсем нереалистичной (например, когда девочки очень быстро прощают Нине ее "странное поведение), но в ней улавливается главная назидательная тональность, которая какой-то красной лентой проходит по всему произведению - это быть честным с собой можно только тогда, когда честен с другими. В этом тексте меня еще особенно зацепила детская оптика, честная и справедливая, потому что иногда авторы будто бы спускаются со своего "высокого" взрослого уровня и делают из детей каких-то инфантильных кукол. Здесь же княжна Джаваха - очень живой персонаж, и это очень радует.

Советую почитать неуверенным людям в любом возрасте в момент, когда очень нужно найти где-нибудь внутренний стержень. А ещё всем, кто просто соскучился по лёгкой грусти и трагичности творчества Лидии Чарской

Странное ощущение - словно приоткрываешь дверь в забытую страну детской книги. Тогда литература Лидии Чарской действительно очаровывала, в полном соответствии с псевдонимом писательницы. "Хотим захватывающих приключений и великих свершений, нежных привязанностей и крепкой дружбы", - так мог бы сформулировать свои ожидания тогдашний читатель Чарской. И все эти желания тотчас же выполнялись, как по взмаху волшебной палочки. Сейчас все эти повороты сюжета, с лихвой наполненные совпадениями, сентиментальное описание внешности персонажей, да и самый язык повести, восторженный до экзальтации, вызывают, по меньшей мере, смех. Как будто пытаешься примерить на себя гардероб дамы из позапрошлого века: смотришь, прикидываешь так и эдак, между делом удивляясь "и как они в этом ходили? неужели они удобно чувствовали себя в этом?" И смешно, и грустно. Поневоле чувствуешь ностальгию по утраченному прошлому, и в то же время искренне веселишься, разглядывая детали, которые предстают во всей своей нелепой и позабытой красе.

Сибирочка - уж не её ли зло высмеяли недруги Чарской в статье "Цыпочка"? - всенепременно описывается как "прелестный ребёнок с золотыми локонами и лучистыми голубыми глазами". Между тем злодеи традиционно уродливы, глупы и бессмысленно жестоки. Положительные персонажи разговаривают так выспренно, что поневоле жаждешь услышать простое русское слово. Даже деревенский мальчик Андрюша выражает свои мысли правильным литературным языком. И до чего же все они восторженно эмоциональны! Персонажу мало просто попросить прощения - нет, ему надо рухнуть перед собеседником на колени и лобызать тому руки. Ну и ещё есть масса всяческих совпадений, которые приводят на память индийские мелодрамы и бразильские сериалы. Наверное, всё дело в том, что сто лет назад кинематограф был не так развит, и все стереотипы и клише, привычные современному телезрителю, были прочно закреплены в такой вот сентиментальной "девочковой" литературе.

На самом деле, в повести много хорошего - ведь на первом плане здесь искренние чувства, такие, как отеческая любовь и детская дружба. Много приключений - ну да, странно читать о том, как в тайге находят дорогу по оставленным сосновым шишкам, но ведь сюжет захватывает. Перемена места действия тоже увлекает - из глухой заснеженной Сибири, где много дикого зверья и сбежавших каторжников, читатель вместе с героями попадает в Петербург, где можно прийти на цирковое представление театра с дрессированными львами. (Очень радует выступление клоунов - ни один современный стендап-комик не срывал столько аплодисментов.) В общем, наблюдать за сюжетом этой мечтательной повести, где много - даже слишком много - приключений, ужасов и неожиданных открытий, смешно и одновременно печально, потому что прошли те давние наивные времена.

История о девочке Сибирочке, волею судьбы, выросшей в глуши Сибири, в тайге.
Давно ли мороз-проказник разрисовывал узорами ваши окна!?
Я иногда уже и забываю, какая суровая может быть зима с трескучим морозом, с метелью и сугробами, в которых можно утонуть.
В первой части события происходят в Сибири, в глухой тайге, лютой зимой.
Отец, спасая дочку от волков, привязывает её к дереву. И воспитывать девочку стал старик-птицелов.
История очень подходит для зимних вечеров. Настолько сильно ощущаешь пронизывающий холод и слышишь завывание ветра.
Я люблю детскую дореволюционную литературу. Несмотря на то, что персонажи у Чарской слишком чувствительны и нежны. Периодически проскальзывают высокопарные пафосные фразы. Но эти истории о дружбе, взаимовыручке, доброте.
Сибирочка встречает друзей и врагов, сможет дать отпор беглым каторжникам и даже будет укротительницей львов.
Встретит ли девочка своего отца после долгих лет разлуки!?
Во второй части события происходят в Петербурге. Приятно было читать о своём городе.

Приступая к чтению "Княжны Джавахи", я заранее готовила себя к тому, что эта книга вполне может мне не понравиться. Слишком уж много критики в адрес Чарской я видела на просторах Интернета. Однако желание читать это у меня не отбило, очень уж интересно было узнать, какими книгами зачитывались девочки Российской Империи начала XX века. И как же я рада, что не повелась на негативные отзывы. Чарская меня очаровала.

Я прекрасно осознаю, за что многие так не любят её книги. Но дело в том, что для меня эти недостатки недостатками вовсе не являются. Ничто не помешало мне прочитать "Княжну Джаваху" от корки до корки с превеликим удовольствием.

Центр этой истории - это, конечно же, её главная героиня, грузинская княжна Нина Джаваха. Эта эмоциональная, порывистая, немного диковатая, гордая джигит-девица мне невероятно понравилась. Автору удалось создать по-настоящему замечательный образ. И, как по мне, обвинения Чарской в том, что её героини не похожи на настоящих детей, по крайней мере, в данном случае не вполне оправданы. Взять хоть нежелание Нины принимать новую маму - ведь очень жизненно же. Лично у меня этот детский эгоизм не вызвал негативных эмоций именно потому, что на месте главной героини я чувствовала бы то же самое.

Нина Джаваха - далеко не единственный яркий образ данной повести. Произведение очень богато на характерных героев: озорная горная козочка Бэлла, суровый, но любящий горец-дед, удалой офицер Георгий, поэтичная, безвременно ушедшая мать-"деда", несчастный паж Юлико, лунно-прозрачная фея Ирэн - все они запоминаются, их просто невозможно перепутать друг с другом.

Также не могут не радовать атмосфера и антураж данной истории. "Княжна Джаваха" насквозь пропитана кавсказским колоритом. Не берусь судить, насколько правдиво Чарской удалось изобразить жизнь и быт горцев, однако для совершенно не разбирающегося в данной теме читателя декорации выглядят очень достоверно. А ещё не знаю, бывала ли автор на родине Нины, но когда она описывала прекрасную природу Кавказа, перед моими глазами сами собой вставали величественные картины горных вершин и ущелий, несмотря на то что горы я видела только на фотографиях.

Характерной чертой "Княжны Джавахи" (и, насколько я понимаю, всего творчества Чарской) являются возвышенность и сверхэмоциональность персонажей. Все здесь регулярно бросаются на колени, заключают друг друга в объятия, а порой и лишаются чувств. Однако это вовсе не похоже на дешёвую мелодраму. Все эти душевные порывы в произведении Чарской выглядят очень искренними, и потому лично у меня экзальтированность героев не вызвала ни малейшего раздражения. Также книге присущи некоторая наивность (в частности, религиозная) и сентиментальность, но и они не сумели испортить моих крайне положительных впечатлений.

"Княжна Джаваха" приятно удивила меня отсутствием того, что в избытке есть в некоторых детских книгах того времени (например, в "Маленьких женщинах"), а именно морализаторства и чрезмерной религиозности. Чарская не суёт читателю под нос своё мнение о том, что такое хорошо, а что такое плохо, она просто рассказывает историю, погружая нас в мир переживаний своей юной героини. Моментов из серии "давайте будем добрыми христианами, и всё с нами будет хорошо" мы здесь также не найдём, несмотря на то что герои "Джавахи" религиозны и неоднократно свою религиозность проявляют, причём порой весьма наивно. Всё это, на мой взгляд, является объективными и неоспоримыми плюсами произведения Чарской.

Подводя итог, в очередной раз скажу, что мне невероятно понравилась эта книга. Яркие, запоминающиеся, живые и очень симпатичные герои, экзотический фон произведения, незамысловатая, но от того не менее интересная история покорили меня настолько, что я готова защищать Чарскую перед всем миром. Как по мне, "Княжна Джаваха" - замечательное детское произведение. Конечно, не такое хорошее, как "Таинственный сад" или "Энн из Зелёных Крыш", но намного лучше тех же "Маленьких женщин".

Очень трогательная и сентиментальная повесть о детской дружбе двух 11-летних девчонок, учащихся в институте благородных девиц. Дружба нежная, бескорыстная, полная любви и сопереживания. Девочки - Люда Власовская и Нина Джаваха - отдаются этой дружбе со всей страстью, на которую способны их бесхитростные сердца.
В принципе, будни институток практически ничем не отличаются от тех, что были в моём школьном детстве. Те же переживания перед экзаменами. Да, я ещё сдавала нормальные экзамены, с вытягиванием билетов и устными ответами. Та же первая дружба и любовь к первому учителю. И то же объединение класса в одно целое перед общей бедой. Ностальгия! К слову сказать, школу я окончила 17 лет назад, одноклассников моих разбросало по всей стране, но мы до сих пор храним верность нашему классу, иногда встречаемся, чаще общаемся в соцсетях практически полным составом. Эх годы)))
Но вернёмся к книге госпожи Чарской. Первое, что меня удивило так это сентиментальность. Как сейчас говорят, розовые сопли и мыльная опера. То ли я такая чёрствая, то ли действительно в конце 19 века женский пол был намного нежней и чувственней. В книге все девушки, без исключения, друг друга целуют, любят, называют нежными словами и без стеснения проявляют свои дружеские чувства. И даже, в начале неприступная девочка Нина поддаётся нежности и позволяет себя приласкать и обнять.
Сама книга оставила некоторое трогательное и печальное послевкусие. Да и сама история, рассказанная госпожой Чарской по её воспоминаниям, оказалась печальной и грустной. Но читается на удивление легко и приятно, хоть и щемит иногда сердце и на глаза наворачиваются слёзы.