Обрученные

Каждую минуту, проведенную с кем-то, Вы берете часть его жизни и отдаете часть своей.

Сделать свой выбор — это одно дело, и совсем другое — никогда не иметь ни одного шанса. Острое чувство холодного одиночества пронзает меня. Каково это, когда ты совсем один? Знать, что никого никогда не будет рядом...

Разве влюбиться в историю жизнь человека - это то же, что влюбиться в него самого?

Он точно знает, как надо играть, и именно по этому все время проигрывает.

Мы цепляемся за кусочки своего прошлого в ожидании своего будущего.

Трудно понять, что есть сила, а что - слабость. Сила или слабость - выпустить из рук листок и смотреть, как он летит к своей смерти, белый, безмолвный и полный обещаний, как окруженное хлопковой ватой семечко? Сила или слабость чувствовать то, что я чувствую, когда думаю о Кае Макхэме? И точно знать то место на моей коже, до которого он дотрагивался?

Теперь, когда я поняла, что умею летать, куда мне лететь в ночи? У меня нет белых оперенных крыльев; мои крылья — зеленые, из зеленого шелка. Они трепещут на ветру и следуют за каждым моим движением — по кругу или прямо, — куда бы я ни шла. И я не боюсь теперь ни тьмы вокруг, ни глубокого, усыпанного звездами неба...

Мама любит растения; папа — историю вещей. И они любят друг друга.
А я люблю их обоих.

Мое лицо смотрит на меня, искаженное изогнутой крышкой медальона, как тогда, перед Банкетом обручения. Но тогда я спрашивала себя: выгляжу ли я хорошенькой? А теперь мой вопрос: выгляжу ли я сильной?

Его рука мягко ведет мою, слегка надавливая, когда линия идет вниз, и отпуская, когда она идет вверх. Я прикусываю губу от напряжения, а может быть, оттого, что боюсь выдохнуть, пока не закончу писать букву «а».

Это почти невыносимо - так понимать его. Каждая пауза, каждое его движение, чтобы поставить фишку на черное или серое поле, вызывают во мне желание схватить его руку и прижать ее к своему сердцу там, где сильнее боль.

Покорно в ночь навек не уходи,
Борись, борись, чтоб свет не угасал...

Каждую минуту, проведённую с кем-то, вы берёте часть его жизни и отдаёте часть своей.

Одна правда ранит,но вылечивает,а другая может и убить.

...Могу подойти к краю, но никогда не прыгаю. Но если подходить к краю много раз, есть риск, что тебя могут столкнуть или ты свалишься сам.

Их внимание ко мне подобно этой двери - вещь реальная и тяжелая, будто из бетона, вполне может придавить.

Трудно понять, что есть сила, а что - слабость.

Почему некоторые слова легче написать, чем произнести?