Терракотовая старуха

Монахи знали толк в кофе - у них было слишком мало радостей, чтобы пускать дело на самотёк...

свои мысли свекровь излагала так,  будто цитировала родной учебник.  На моё счастье,   её боги не оставили скрижалей, на которых содержались бы тезисы о том,   как следует мыть полы.

В мире победившей целесообразности  не  бывает ни правды, ни  лжи.

Яна вытягивает сигарету из пачки. Мнёт в пальцах. Запихивает обратно. Теперь это не модно. Курение - пережиток  советского прошлого.  Дурной тон.

Есть такая профессия - дурить  народ.

Новостями мои сослуживцы обменивались в курилке. Там же  составились две партии:  оптимистов и пессимистов.

Мир - понятие неоднородное. Существуют разные миры: крестьянина, топ-менеджера, рабочего, офисного клерка, - в современном социуме они не пересекаются. Как планеты. Каждая движется по своей орбите.

Наполеоновские планы, а мается от сущей ерунды...

В сомнительных обстоятельствах следует говорить НЕТ.

Чтобы стать гурманом, нужно начинать с детства.

Мы же отродясь не умели договариваться. Основной вопрос русской философии: кто - кого? Или они нас, или мы - их.

Если целую нацию выдерживать в состоянии стресса, рано или поздно она теряет вкус к смыслам. На этом принципе основаны все тоталитарные системы.

Запомни: худая корова ещё не лань.

Хочешь сказать, диссертации - те же рукописи? В смысле, не горят?

У злых времени навалом – они работают не за деньги. Им хватает и куража.

внутри каждого сообщества складываются привычные стереотипы – это сужает кругозор. Рано или поздно специалист начинает замыкаться в своей среде

свобода – это другое. Во всяком случае, не работа, которая превращает в зверя

печься надо было не о народе, а о собственных отпрысках. Но сначала – о себе

Терпение – наследственный порок. В генах виннера не должно оставаться прошлого. Исключительно настоящее: здесь и сейчас

совесть – собачий бред. Последнее прибежище лузеров, которым нечего оставить своим детям.