Обломов

Я мечтательница, фантазёрка! - говорила она. - Несчастный характер у меня.

В ней даже есть робость, свойственная многим женщинам: она, правда, не задрожит, увидя мышонка, не упадёт в обморок от падения стула, но побоится пойти подальше от дома, своротии, завидя мужика, который ей покажется подозрительным, закроет на ночь окно, чтоб воры не влезли, - всё по-женски.

Да не это ли - тайная цель всякого и всякой: найти  в своем друге неизменную физиономию покоя, вечное и

ровное течение чувства? Ведь это норма любви, и чуть что

отступает от нее, изменяется, охлаждается - мы страдаем

«Это Захар делал не из злости и не из желания повредить барину, а так, по привычке, доставшейся ему по наследству от деда его и отца - обругать барина при всяком удобном случае»

«Велят, например, снять со свечи или налить в стакан воду: он употребит на это столько силы, сколько нужно, чтоб отворить ворота»

«И он обращал глаза в другую сторону, а крыльцо, говорят, шатается и до сих пор и все еще не развалилось»

«Не увидят, что в брюхе, - и толковать пустяков не станут; тогда как тяжелая цепочка на часах, новый фрак, светлые сапоги - все это порождает лишние разговоры»

«Боже мой! Как хорошо жить на свете!» 

«Мы полюбили друг друга так внезапно, так быстро, как будто оба вдруг сделались больны, и это мне мешало очнуться ранее»

«У него на лице сияла заря пробужденного, со дна души восставшего счастья»