Граф Калиостро

Как же любят писатели господина Бальзамо, более известного в качестве графа Калиостро. Первым делом вспоминается тетралогия Александра Дюма, романы Михаила Кузьмина и Николая Энгельгардта, а кроме того граф часто поминается на страницах "Маятника Фуко" Умберто Эко, да и Пикуль посвятил ему одну из своих миниатюр. Ну, и, конечно же, повесть Алексея Николаевича Толстого - граф настоящий тоже писал о графе-самозванце.

Калиостро вошел в историю Европы в качестве одного из самых успешных авантюристов, эксплуатировавших мистическую тему, таких пройдох в наше время принято называть экстрасенсами. Однако, в повести Толстого он предстает в первую очередь именно как мистик, как человек, наделенный невероятными магическими способностями.

Удивительно, что мистическая тема оказалась востребована Алексеем Толстым, писателем в симпатиях к подобным предметам не замеченным. Но, если пристальнее присмотреться к сюжету, то становится понятно, что мистик Калиостро понадобился автору как раз для того, чтобы ниспровергнуть и дискредитировать идею магии.

Посудите сам, Калиостро в самом деле может многое, он даже способен оживить портрет, возродив некогда существовавшую личность со всеми нюансами её характера, но он не может только одного - Калиостро не властен над любовью, там, где появляется настоящее чувство, его искусство оказывается бесполезным.

И посмотрите, как меняются местами всемогущий граф Калиостро и юный хозяин поместья Алексей Федяшов. Сначала Алексей ничтожен в сравнении со своим гостем, он ищет волшебства, чтобы удовлетворить свою фантастическую страсть к портрету мадам Тулуповой, и пока он не изведал чувства настоящей любви, всё так и остается.

Но после его встречи с Марией, после того, как между молодыми людьми вспыхивает настоящее чувство, Алексей преображается, и уже он выступает хозяином положения, уже от него зависит будущее. Он изгоняет сдувшегося графа из полыхающего имения, лишая его жены - красавица Мария остается с Алексеем. И граф не смог ничего сделать, чтобы воспрепятствовать этому, потому что он умел оживлять портреты, создавая "кадавров", но не мог заставить любить себя.

Фильм, снятый Марком Зхаровым по повести, назывался "Формула любви", так вот граф Калиостро не знал этой формулы, а точнее, и не мог знать, потому что магия любви выше любовной магии - это совершенно разные вещи. Так что по сути повесть так и не отвечает, кем был таинственный граф Калиостро - настоящим магом или ловким шарлатаном.

Вспоминая призыв "Библии" судить по плодам, мы видим Алексея и Марию, обретших счастье, и одинокого, несчастного, в конце концов, осужденного на пожизненной заключение, Жозефа Бальзамо, так и умершего в тюрьме, где никакая магия ему не помогла.

Как-то так вышло, что именно этот роман об Арсене Люпене я не только не читала раньше, я о нем вроде и не слышала(или слышала, но благополучно забыла). В этом романе Леблан нам поведает о бурной молодости молодого Арсена Люпена. Когда он даже имени своего стеснялся, так как нет приставки "де", и поэтому назывался Рауль д'Андрези, типа это имя более благородно-аристократически звучит. Тем более Арсен же у нас благородный мошенник и вор, так что имя должно соответствовать. В добавок, ему нагадали, что он прославится. И поэтому он решил иметь звучное "благородное" имя, а не простонародное -Арсен. Итак, как оказалось, что у графа Калиостро есть дочь(или внучка?). И доця вся пошла в папу - авантюристка, мошенница, чуть-чуть колдунья, глава шайки-банды. А еще она просто красавица и все мужчины не могут устоять перед ней. Гремучая смесь , не правда ли? Как же столкнулись Арсен Люпен и Жозефина Бальзамо, она же графиня Калиостро? По воле случая Арсен стал свидетелем судилища над женщиной и заодно узнал некоторые тайны. Даму он решает спасти. И так хорошо спас, что в итоге бросил свою невесту, стал любовником Жозефины и её компаньоном, тем более на кону миллиардные сокровища. Вот как не захотеть их найти? Тем более нужно разгадать загадки и не одну. Но между любовниками-компаньонами доверия нет и это в один день приведет их к разрыву и противостоянию, бывшие любовники станут противниками и врагами. Книгу прочитала довольно быстро. Интересно, авантюрно, но не понравились некоторые рояли в кустах - подтасовки, которые попадались и довольно часто. Вот для примера из последнего. Люпену ломают велосипед и чуть ли не сразу ему везет и попадается повозка, которая готова его подвезти. И в добавок в этой повозке местный священник, у которого Люпен узнает нужные ему сведения для поиска нужного места. Больше всех мне было жаль Клариссу, милая, смелая девушка, но не принес ей счастья Арсен Люпен.

Калиостро появляется так, будто он уже заранее вписан в чужие ожидания. Не как человек, а как возможность "сейчас что-то будет". И дальше всё начинает работать не столько из-за него, сколько из-за этой готовности вокруг него. Он ничего особенно не доказывает. Он просто оказывается в точке, где люди уже чуть наклонились в сторону веры. Кто-то - с надеждой, кто-то - с раздражением, кто-то - с любопытством "ну давай, удиви". И этого хватает, чтобы реальность начала вести себя неуверенно. Причём странность в том, что никакого чёткого обмана даже не нужно. Всё держится на мелочах: пауза, взгляд, ожидание, нежелание первым сказать "это ерунда". И из этого почти бытового согласия начинает собираться ощущение чего-то необычного. Калиостро в этом смысле не центр событий, а скорее место, куда удобно складывать чужие интерпретации. Он как пустота с хорошей акустикой: туда бросают ожидание - и оно начинает звучать громче, чем было. И получается неприятно простая вещь: "чудо" возникает не там, где что-то происходит, а там, где никто не спешит это разбирать по частям.) И даже сам Калиостро как будто не всегда ведёт процесс - иногда он просто не мешает ему происходить. А дальше уже люди сами добавляют нужную степень загадочности, потому что им так интереснее, чем если всё окажется обычным. И в какой-то момент становится видно: никто никого не тянет за руку. Все просто очень удачно совпадают в желании, чтобы происходящее оказалось чуть менее обыденным, чем оно есть. И этого совпадения оказывается достаточно, чтобы "магия" выглядела почти убедительно. И при этом интересно, что в экранизации "Формула любви' этот эффект только усиливается - там всё ещё легче поверить, что "что-то происходит", потому что сама форма подталкивает к этому. Как будто кино заранее соглашается с тем, что реальность можно чуть наклонить в сторону чуда. Всем спасибо.)