
Электронная
54.99 ₽44 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценка
Ваша оценка
Взяв за основу сюжета сложную историческую эпоху, выделив тему шутовства, Григорий Горин соединил трагическое с комическим. Во время чтения случались моменты слёз от смеха, а через несколько минут могла вдруг обнаружить, что плачу уже по другой причине - грустной и трагической.
Пьеса состоит из двух частей. Начинается повествование тысяча семьсот двадцать четвертым годом, Пётр Первый чувствует близкую кончину, тревожится за созданную державу, для которой не взрастил преемника.
Вторая часть отображает послепетровский период, тот краткий отрезок, когда на престоле числилась Екатерина Первая, но за её спиной уже велись интриги по захвату власти.
Болезнь царя, скорая смерть, интриги, казни - как вписать в подобную атмосферу шутки и смех? И как будет звучать этот смех? Григорию Горину удалось с помощью комедии проявить и обострить трагическую составляющую эпохи и дворцовой атмосферы.
Шутовство при государях - дело обычное, да только шутки бывают разными. Начинается пьеса уведомлением для зрителей:
Удивляют не сами ненормативные нынче слова, а уровень юмора. "Вкус у меня грубый" - говорит Пётр Первый, признавая, что шутки вокруг неважные и недостойные царского внимания. Вульгарные куплеты шутовской братии слушает всё царское окружение, а Меншиков так и подпевает.
По сюжету пьесы именно Меншиков пригласил Ивана Балакирева на должность шутмейстера.
Шутки Балакирева отличались остроумием, удачно выделяясь на фоне привычного, избитого юмора, к которому привыкли при дворе. Из исторической справки известно, что он был крайне невоздержанным на язык и привлекался Тайной канцелярией за свои крамольные речи.
Пьеса обращает внимание интересным взглядом на шутовство, занимает зрителя хитроумными проделками и анекдотами, но важнее, что она заставляет задуматься о многих серьёзных вещах. Например, о том, как слава, почести и звания развращают человека. Или о бессмысленном существовании, когда жизнь разменивается на мелочи, а ценное, ключевое упускается. В этом плане показательна сцена потустороннего мира, диалог между царём и шутом.

«Шут Балакирев» - замечательная трагикомедия, в которой чудесным образом сочетаются веселье и грусть, смешное и ужасное, интриги и житейская простота. Придворная жизнь нелегка и скручена из козней, лжи, сплетен, подхалимажа и разборок. И в этом серпентарии живут и трудятся на благо Отечества герои произведения.
Петр I - грандиозная личность, способная свернуть горы, но он одинок, болен, и сознает, что не имеет достойных преемников. Это одиночество и боль за Россию, которую он скоро оставит, сквозит в каждой его реплике. Балакирев шутками да прибаутками не раз поворачивал кормило страны, он - мудрец под личиной шута. Старый шут не меньше Петра болеет за государственное дело. Боль и переживания этих двоих, страх за будущее страны и являются темой произведения. Диалоги глубоки, пронзительны, злободневны, они просто ВЕЛИКОЛЕПНЫ!
Наличие ненормативной лексики, которой щедро пересыпана экспрессивная речь героев, не несёт негативного оттенка, а лишь подчеркивает остроту и актуальность пьесы.

"Войной русских пугать, Петр Палыч, не надо. Мы и без повода воевать всегда готовые"
(вот уж что да, то да) - примечание от 10 декабря 2023 года
Гениально! Кажется, это всё, что я могу сказать об этой пьесе. Тонкий юмор, колоритные персонажи, продуманныйи сюжет - отличная трагикомедия. Погружаешься с головой. И не удивляешься ничему. Да, страной, как это ни горько, правят шуты, пусть даже и в царском обличии. Так было, так есть, увы, так будет. (Особенно это доказывает нынешний царь всея руси).
Придворные козни, лицемерие, наушничество. Прелюбодеяния, подхалимство, склоки. Это только малый перечень пороков людей, которые призваны управлять государством.
Да, это их личный ад, но страдает в итоге простой народ.
Грустно мне от всего этого. Очень грустно.
Дерзко, умно, талантливо. Читать всем!

Даже не знаю, как и сказать: скажу «рад, что помер» – нехорошо, «не рад» – неправда! Молча обнимемся, Ваня! Ко всему подойдет!

Был царем, создал державу большую-пребольшую… Каких нигде в мире нет. Так вот, подумал: может, и нам не надо было?! Растянул государство с запада на восток, как гармонь, а играть-то на сем инструменте подданных не обучил… Вот и дергают попусту меха да на клавиши без разбору давят…














Другие издания


