Цитаты из книги Демократия

... изучал ньюйоркцев, [...] чем они отличаются от вашингтонцев. [...] они были не так шумливы. Они были сдержанны в своих ответах и почти никогда не развивали бурной общительности, [...] они [...] даже не делали вид, будто верят, что мудрость глубоко коренится в обыкновенном человеке...

... есть два должностных лица, служба которых приносит реальную пользу: это президент и министр финансов...

обвинить других в предательстве — наипростейший способ стать героем для большинства, злодеем для некоторых и таким образом привлечь к себе внимание всех.

"Ни одно представительное правительство не может быть ни намного лучше, ни намного хуже того общества, которое представляет. Очистите от скверны общество, и вы очистите правительство. Но, пытаясь искусственными мерами очистить правительство, вы только усугубляете беду"

«Вы [...] интересный народ, [...] Вам надо прочесть о чем-то в «Нью-Йорк таймс» — тогда вы начинаете об этом говорить. Произносить речи. Призывать к расследованию. Возможно, через год-два вы сюда приедете расследовать, что произошло этой ночью».

Она всегда искала его.

[...] она всегда задумывалась о том, где он, как он, что он может сейчас делать.

— Я понял, что никого нельзя изменить, иначе как под дулом винтовки, а я не хотел держать эту винтовку.

... Слишком уж бесстрастен. [...] особенно претила манера его вечно морализировать; создавалось впечатление, что он действительно думает то, что говорит, а это [...] недопустимо для политического деятеля...

... дружба, о которой он раньше так горевал, на деле оказалась всего-навсего снятым с репертуара номером программы.

— Как я добился власти — несущественно. Существенно то, что она у меня есть. У вас ее нет.

... Члены Клуба предпочитали делать дело втихую и переизбираться без грома фанфар. Они из принципа ненавидели президента и вопреки власти этого магната управляли сенатом на свой лад и в своих целях...

Политика - это единственная профессия, в которой посредственности могут привлечь к себе внимание клеветническими  выпадами. 

Как видно, подобно героиням викторианских романов,ей всю жизнь было суждено любить Клея безответной любовью. В глубине души Берген гордился одержимостью дочери. Это было свидетельством если не силы характера, то по крайней мере силы чувств. 

История это сплетня. Вся хитрость в том, чтобы определить, какая сплетня - история.