Под сенью волшебной горы

Очерки, объединенные названием "Под сенью волшебной горы", - книга путешествий и размышлений писателя о судьбе народа Севера, об истории развития его культуры, о связях прошлого и настоящего в жизни Советской Чукотки "Эта книга писалась долго. Для каждой страницы ее надо было прожить не один год, проехать не одну сотню километров дальних и трудных дорог. И пока я не сел за первую страницу, книга была мечтой. И вот мечта воплотилась в книгу, встала ровными рядами строк на белой бумаге. В этой кн...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,3

4 оценки

5
50%
4
25%
3
25%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 6Хотят прочитать 15

Рецензии

LadaVa
10 августа 2012
Оценка в три звезды на этот раз исчерпывающе точна - эта книга оставила меня равнодушной.
Честные очерки. Читать их, что бродить по мелководью - приятно, водичка прохладненькая, но мелко. Глубины нет.
"Под сенью волшебной горы" название. Расшифровывается очень просто: волшебная гора это великое русское искусство и великий русский народ. А чукотский народ, соответственно "под сенью". В хорошем, ясное дело, смысле. Кого другого я бы может заподозрила в иронии, но не Рытхэу. В его народе слово "хорошо" означает именно "хорошо", а не "Пошел на...".
Много места уделено открытию наивным чукотским юношей (на этот раз не ирония у меня тут) великой русской культуры вообще, и литературы в частности. Мило, но стилистически слегка скатывается к принципу построения анекдотов о чукчах. (там, как правило, в одной главной роли чукча, а в другой бытовой прибор, привычный для слушателей, но чукче незнакомый).
И очень много описаний чукотских будней и быта. Местами красочно, чего стоит только описание покупки косторезом граммофона и пластинок с негритянскими джазовыми исполнителями. Ну и музыка плыла над ярангами в то лето! Но чаще всего это бесцельное нагромаждение деталей напоминает мне кое-какой фрагмент детской повести Анатолия Алексина:

Как только Святослав Николаевич объявил о кружке, Миронова сразу подняла руку и сказала:
— Можно мне записаться?
— А что ты будешь сочинять?
— Что вы скажете… — ответила Миронова.
Это было ее яркой особенностью: подчиняться приказам.
— Поэзия, — сказал Святослав Николаевич, — это сфера чувств, там конкретность не обязательна. Проза — другое дело. В прозе каждый должен писать о том, что он лучше всего знает. А с чем ты, Миронова, сталкиваешься ежедневно? Со школой, с уроками, с домашними заданиями, со своими соседями и одноклассниками. Вот об этом и напиши. Начни, к примеру, с литературных зарисовок: «Мое утро», «Мой вечер»…
Миронова подняла руку и спросила:
— А можно «Мой день»? Это ведь будет и утро, и полдень, и вечер — все сразу!
Она и тут хотела перевыполнить норму.
— Пожалуйста, — сказал Святослав Николаевич. — Если тебя влечет такая именно тема, не возражаю. Зачем же наступать на горло собственной песне! Но только побольше конкретных деталей, подробностей. Пусть острая наблюдательность подскажет тебе все это. Принеси зарисовку дней через пять.

Да и это я не в упрек. Немногие и так-то могут, кому этот язык родной. А для Рытхэу русский совсем даже иностранный. И о том, что он достиг вершин мастерства - и стилистического, и психологического, и языкового в своих книгах мы уже знаем. Так что в качестве писательских экзерсисов книга очень даже хороша.
Ну и для тех, кому интересна история взаимоотношений Чукотки и цивилизованного мира. В этом плане хорошо и подробно.
Читать далее
15 понравилось
807