Евгений Лансере. Дневники (комплект из 3 книг)

29.03.1893 (18 лет) Пасха
Я занялся рассматриванием Исаакия. Я сидел на граните манежа и смотрел. Грозный, величественный вид: верхушка теряется, только крест мерцает; тамбур и маленькие купола то ярче, то бледнее освещаются красным пламенем жертвенников; низ теряется в темноте, и только колонны слабо освещены фонарями; внизу - двигаются огоньки бесшумных карет, топот конных жандармов, треск извозчиков.
Вот, пушка! И в окнах засветился слабый свет: "Христос Воскресе из мертвых, смертью смерть поправ." Все такой же звон. Забыв про крестный ход, я пошел бродить и пришел к Петру I. Безмолвен и темен, стоит он на скале. Все пусто вокруг, и от Исаакия несется звон, и пылают в вышине жертвенники. (...) Совсем другое, чем Исаакий, Никольский собор: он тих, радостен, добр, христианский, а Исаакий грозен, жесток, величественен; это языческое капище. Никольский собор - весь белый, внизу народ с пасхами радуется и верит; нет немцев с их цинизмом и остротами.
Т.1, С. 58-59

07.01.1894 (18 лет)
... а меня гораздо больше интересует компоновать громадный, всемирный собор, который люди построят, когда снова узнаю и полюбят Бога. Он будет выражением всех успехов человечества от начала мира, совершенство во всех отношениях, со всех сторон человеческой природы. Люди в благодарность посвятят его своему Богу. Он буде в идеально-прекрасном стиле, громадных размеров; он будет стремиться к небу и Богу (без громадных порталов). Вокруг него будут музеи, библиотеки и приюты. Но я не думаю, что я мог бы дожить до этого славного времени.
Т.1, С. 165