Дневники 1914-1916

Если бы я обладал возможностью писать стихи, то первый я попробовал бы посвятить Витгенштейну, только вот мне не покажется уместным рисовать образ Людвига в раю, где рядом возникнет неожиданно Вергилий, и где даже не будет устрашающего ливня – о нет, я не хочу оскорбить великий талант А. Драгомощенко, мне всего лишь кажется, что все словесные маги-демоны окажутся в аду, потому что в раю («это бездна времени» Л. В.) таким людям будет невыносимо от скуки.

В данной книге находятся дневниковые тетради, в которых важны абсолютно все записи для понимания «Логико-философского трактата»: от забавных обращений к Работе и Духу («Да здравствует же Дух!») и комментариев на манер «мне всё еще недостаёт целостности видения» до онанирующей агонии (воображая разговор с братом). В целом записи вызывают странное ощущение, будто бы вы пообщались сразу же со всеми пациентами какого-то реабилитационного центра, только не для нарко или алкозависимых, а зависимых от философии и поиска истины.

Была очень удивлена тем, что творилось на страницах Дневников. Не любитель такого жанра, но почему-то в данном случае — не оторваться, наверно, из-за преклонения перед Витгенштейном. Вдохновляет на Работу. Становится как-то спокойнее, когда сталкиваешься с проблемами великих и находишь в них отголоски своих же метаний.

Не лучше ли погибнуть в безнадежной борьбе с внешним миром? Но такая жизнь бессмысленна. А почему бы не вести бессмысленную жизнь? Недостойно уважения? Как это уживается со строгой солипсистской точкой зрения? Что же я должен делать, чтобы моя жизнь не прошла напрасно? Я должен это выяснить для себя.

Текст тяжеловат. В основном восприятие отягощается из-за отторжения испытываемого автором по отношению к окружению. Если эмпатию включать, то ощущения — будто под пресс загоняют и давят.

Уместно ли... но произошла ассоциация с Превращением Кафки.