Цитаты из книги Птица Зу

— На улице тепло? — Тепло. — Без головы можно идти? — Я уже неделю хожу без головы.

Не живу, а пережидаю время в дружбе с одним собой.

Хочу покончить с обидами, злобой и раствориться в окружающем — уж, больно окружающее хорошо, но только совсем другое, чем я, за мной все тащится старое, не могу просто шуметь на ветру или молчать, как трава.

К концу жизни стать бы нормальным человеком.

Иногда бывает так больно, что кажется именно в эту минуту невозможно прожить.

Одному Богу известно, как бывает тяжело.

В форточном проёме можно увидеть всю жизнь.

Никто не понимает, что ты говоришь. И никак не возможно помочь этому.

Или всюду хорошо, или всюду плохо.

- Я поэт, поэтому в прозе.

Нет, я не спился. Мы — это небольшая группа людей совершенно разных профессий, нас объединяет только одно: по мере сил. Мы не ставим никаких задач, наша цель — иначе конец. Многие из наших, для нас это не важно, некоторые только начали, однако, мы сохраняем. Мы надеемся создать, кому надоело. Не знаю, до каких пор это будет продолжаться, видимо, полегче пока так. Чем больше случай, тем ярче свет. Тогда как, я полагаю, что это самое реальное и есть. Я не часть, и я для всех.

Сжимаются, сжимаются рамки, а я, как глупый котенок - за привычное, недоверия полон. Не живу, а жду!

Зачем же так удивительно завернут черный хвостик и на конце белое пятнышко?

Когда -30 и выше, бесполезно описывать дни, они сияют вне тебя, недоступные, непреодолимые пониманием. Даже тишина стоит, как скала, — не пробиться!

Делать-то я могу не делать, но не думать не могу.

Начальные буквы имени похожи на самих людей.

Если не записал, а просто запомнил, ощущение потери.

Пушкин тополя появляется в квадрате открытой форточки и долго висит белый, звонит телефон, идёшь открывать, возвращаешься -- Пушкина нет.

Не пойму, действительно, не с кем работать, или я привередничаю, и расшвырял всех людей?