Дело Артамоновых

-- Ну, брат, это хилософия, - Это мудрствование от хилости, от неумелости.

Умный человек. Много понимает.
-- А вот я -- мало понимаю, -- вызывающе признался Пётр.
-- Сколько надо -- понимаешь и ты, а больше-то -- зачем? Больше нужного -- понимать вредно.

"Читай книги!" Я - читаю, а книга для меня, как дальний лес, шумит невнятно. Сегодняшнему дню книга не отвечает.

Сквозь горечь его размышлений струйкой дыма пробивались ещё какие-то другие, чужие мысли, их как будто нашёптывал тёмный шумок дождя, и они мешали ему оправдать себя.

Положим, и человек сбесится, если его на цепь посадить...

Барином жить - просто

-- Идиотское время! -- раздумчиво говорил он. -- Вот, влопались в новую войну. Воюем, как всегда, для отвода глаз от собственной глупости; воевать с глупостью -- не умеем, нет сил. А все наши задачи пока -- внутри страны. В крестьянской земле рабочая партия мечтает о захвате власти. В рядах этой партии -- купеческий сын Илья Артамонов, человек сословия, призванного совершить великое дело промышленной и технической европеизации страны. Нелепость на нелепости!

С тобой твоё, под тобой - твоё, на земле - твоё и под землёй твоё, - вот что крепко ставит человека!

Дело - перила человеку; по краю ямы ходим, за них держимся.

Скука — от людей; скучатся они в кучу, и начинается скука.