Цитаты из книги Four past Midnight

That was why he felt guilty even though he knew he hadn't plagiarized Farmer John Shooter's story. He felt guilty because writing stories had always felt a little bit like stealing, and probably always would.

Теряя что-то дорогое, что-то крайне необходимое им, люди готовы обмануть себя, готовы поверить, что в жизни правят те же законы, что и в развитием сюжета в телесериале, и что достаточно им совершить ещё одно усиление, и всё вернётся на свои места.
"Без этой способности к самообману человеческая цивилизация была бы ещё безумнее" - так полагал Морт Рейни.

На самом деле вкуса почти никакого не было… будто бы его украли годы.

Это не единственное, что крадут годы.

Как это правдиво!

„Еще один рассказ этого придурка из Мэна! Кто на этот раз хочет написать ему письмо?“

- Вроде бы у пилотов есть правило не прикасаться к спиртному перед полетом? - Это правило не действует, когда речь идет о полетах во времени. Можешь заглянуть в инструкцию.

Он не приглашал госпожу Удачу на свмдание, эта дама частенько динамила мужчин, когда те более всего рассчитывали на нее. Но раз леди явилась по собственному желанию... что ж, надо брать то, что плывет в руки, и угощать госпожу Удачу по высшему разряду. Эта дрянь всегда расплачивается сполна, если относишься к ней с должным уважением.

Наверное, у каждого в жизни есть такое, что останется с ним навсегда.

Просто люди считают, что пьянице и умереть суждено как пьянице, даже когда он больше не пьет.

Потребность облегчиться и потребность подумать - очень похожие ощущения, подумал он, выходя из машины и расстегивая ширинку. И с тем, и с другим можно повременить...Но не долго.

... when someone held something out to you, your first instinct was to take it. No matter if it was a check for a thousand dollars or a stick of dynamite with a lit and fizzing fuse, your first instinct was to take it.

если четыре сотни обезьян будут четыре миллиона лет стучать на четырех сотнях пишущих машинок, то одна из них напечатает полное собрание сочинений Шекспира

Морт никогда не был сильным...но величайшая его слабость заключалась в его упоротом (а иногда почти истерическом) нежелании признать этот факт.

Когда реальность приносила неприятности, он хотел погрузиться в мир, созданный им самим.

Они прекрасно знали друг друга. Разве не для этого люди живут вместе помногу лет? И разве не поэтому делается так больно, когда оказывается, что это не просто может закончиться, а что это уже закончилось?

...насколько всё-таки велика приспособляемость человека: стоит кому-то что-то вам протянуть, и ваша первая реакция - взять это. Не важно, чек ли это на тысячу долларов или связка динамита с подожжённым фитилем, ваша первая реакция - взять.

Не начинай врать, иначе не остановишься.

Алкоголиками не становятся. Ими рождаются.

В молодости нужно не так уж и много, чтобы разрушить семью.

Правят бал именно те, кто не упивается.

Я принадлежу к тем людям, которые верят, что жизнь состоит из повторяющихся циклов — колеса в колесах, одни цепляются за другие, какие-то вращаются сами по себе, но каждое из них совершает некое постоянное, присущее ему движение. Мне нравится этот абстрактный образ, сравнивающий нашу жизнь с работой какого-то хитроумного механизма. Может быть, потому, что настоящая жизнь, очень близкая и дорогая каждому, кажется нам такой беспорядочной и странной.