Утренняя звезда

Для того, чтобы найти себя и свое место в жизни, человеку надо целая жизнь. Порой случается, что и жизни мало, чтобы осознать, что является счастьем, что горем, ведь каждый носит свои весы, настроенные по своим, неизвестным другим, мерилам. Шварц-Барт, при чтении это явно видно, искал в сюжете произведения место не только себя, но и народа Израиля, на примере мальчика из польского поселка, прошедшего нелегкую жизнь. Как же тяжело осознавать и понимать явное и простое, как привычно толковать необъяснимое, - вот к таким мыслям может прийти читатель. Хаим, отпрыск раввина, видит ангела в нацистской форме, проходит ад Освенцима, и пытается найти себя в литературе - очень похоже на нечто автобиографическое, не правда ли? Тема гетто, концлагерей не нова, особенно в еврейской прозе, но в "Утренней звезде" (можно интерпретировать название и как желтую звезду-нашивку у жителей гетто, и как проблеск надежды - после ночи всегда наступит утро, и как вифлеемская звезда, ведущая волхвов к Иисусу) меня затронул эпизод, когда набожный человек, всю жизнь живущий по канонам и догмам веры, видя, что творят фашисты, теряет веру в Бога и понимает, что его не существует. А ведь такое существовало! Потеря и обретение веры в Бога любой религии происходит, когда, как правило, случается несчастье, когда все ресурсы исчерпаны, все реальное использовано. Остается уповать... Очень много философии в тексте, достаточно сложное чтение, однако в очередной раз серия "Прозы еврейской жизни" меня зацепила.

Это небольшое по объему произведение я начала читать около месяца назад, «шло» оно у меня чрезвычайно трудно, с большими перерывами, с перечитыванием фрагментов. Что было связано не только с языком, стилем повествования, философской наполненностью текста, но и темой романа… Андре Шварц-Барт (1928-2006) – французский писатель, родившийся в семье польских евреев. В 1942 году его родные погибли в концлагере Аушвиц (Освенцим), сам же Андре стал партизаном. После войны, закончив Сорбонну, начал писать. Естественно, что в большей степени автора волновала тема Холокоста, судьбы еврея, его места в мировом сообществе. Роман «Утренняя звезда» не исключение. Во главу угла писатель ставит вечные философские вопросы о смысле жизни, жизни и смерти, вере и безверии, справедливости. В центре повествования судьба еврейского мальчика Хаима, видевшего смерть родителей и четырех братьев, сумевшего выжить в Варшавском гетто, прошедшего ад Освенцима. Эта история выглядит очень автобиографично, тем более, что герой, повзрослев, так же, как и автор, стал заниматься литературной деятельностью. В романе много тяжелых для восприятия и осмысления моментов, которые «не отпускают» читателя долгое время, заставляют поражаться жестокости человека и его внутренней силе. Но самым страшным, на мой взгляд, можно считать эпизод расстрела еврейской диаспоры. Тот момент, когда немцы, раздев людей, убивали их на краю вырытой ямы, ставшей в скором времени братской могилой для сотен и сотен незаконно приговоренных. Спрятавшись в лесу вместе с четырьмя братьями, Хаим наблюдал казнь евреев. Мальчики с ужасом видели, как к яме приближались родители, как немцы заставили их раздеться, как отец, очень полный мужчина, никак не мог справиться со штанами. Тогда старший брат Шломо встал и пошел помогать отцу, зная, что и сам будет обречен… Как же в этот момент я была поражена поступком юноши! Сколько силы, сколько гордости было в его порыве! Но не менее я восхитилась потом и действиями Хаима. Двенадцатилетний ребенок совершал над общей могилой заупокойный обряд. Боялся ли он? Да, боялся! Но не мертвых, не того, что его самого могут убить… Он боялся, не будет ли грехом его молитва, ведь Хаим не прошел еще обряд бар-мицвы (религиозное совершеннолетие). И спустя десятки лет пережитое не отпустило героя, словно так и оставшегося жить среди тех мертвых. «Всю жизнь Хаим пытался рассказать об Освенциме, но у него не получалось. Возможно ли объяснить, какое там небо? И как выглядят горы трупов, что происходит с душой при этом зрелище? <...> Нет. Французский для этого не создан, да и где найдешь человеческий язык, которому это под силу?» Мне понравилось и название романа, интерпретировать которое можно по-разному. Это и Вифлеемская звезда, ведущая Волхвов к Иисусу (почти каждый герой пытался найти свой путь к Богу), и желтая звезда-нашивка на одежде еврейских обитателей гетто, и символ надежды, веры в лучшее будущее… Да и для Хаима в книге есть своя утренняя звезда – ребенок, который вот-вот должен появиться на свет у уже пожилого еврея. Именно малыш помогает ему перевернуть эту, такую страшную, страницу и пусть хоть на закате своего существования начать по-настоящему жить… «... все люди ведут род от одной пары прародителей и потому все меж собой в родстве; ни один человек не вправе сказать другому: «Я по рождению благороднее тебя». Андре Шварц-Барт «Утренняя звезда»