Дневник плохого года

Нужно писать так, чтобы в каждом абзаце читатель улавливал музыку нынешней радости и будущей скорби.

Классик - тот, кому суждено бессмертье. Понятно, почему издатели так стремятся присвоить своим авторам статус классиков!

<...> на каждую демократическую Австралию приходится две Белоруссии <...>

Политика — это когда затыкаешь рот остальным и гнешь свою линию, и логика здесь ни при чем.

Ложь в личном измерении не обязательно считается ложью в общей картине. Она может превысить пределы своего происхождения. <….> Это как макияж. Макияж может быть ложью, но не тогда, когда все красятся. Если все ходят накрашенные, макияж считается в порядке вещей, а что такое истина, как не то, что в порядке вещей?

Политика кругом, она как загазованность. С ней можно бороться. Но лучше ее не замечать, или привыкнуть к ней, адаптироваться.

... что, если целый особый подвид человечества,подвид, представителями которого они являются, характеризующийся гиперразвитием интеллекта, в действительности - обреченный на провал эволюционный эксперимент, отмечающий путь, которым человечество не может пойти - и не пойдет?

Симпатии — не та валюта, которая имеет обращение в мире политики. Государство учитывает выбор. Обычный человек хочет сказать: Время от времени я симпатизирую А, время от времени — Б, но по большей части я просто чувствую, что лучше бы им обоим убраться; или: Некоторые качества мне нравятся в А, некоторые — в Б, и то иногда. Как правило, я против А и Б — по - моему, нужен некто совершенно на них не похожий. Государство качает головой. Вы должны выбрать, говорит государство: А или Б.

Лучшим доказательством тому, что жизнь хороша, а следовательно, и Бог, пекущийся о нашем благоденствии, все-таки есть, является тот факт, что у каждого из нас со дня появления на свет имеется возможность прикоснуться к музыке Иоганна Себастьяна Баха.

Почему так происходит: мы — мужчины и женщины, но главным образом мужчины — знаем, что оплеухи реальности с каждым годом становятся всё наиболее частыми и ощутимыми — и, тем не менее, продолжаем подставлять щёки? Ответ: потому что боль предпочтительнее пустоты, потому что боль синонимична жизни, а пустота — смерти.

Целью любого акта, в результате которого политика вряд ли изменится - должен быть поиск возможностей спасти свою честь, в определенной степени являющийся стремлением сохранить самоуважение, но не только: поиск возможностей спасти свою честь связан также и с нежеланием предстать перед судом истории с замаранными руками.

Государство не заботит ни жизнь, ни смерть гражданина. Для государства и его актов гражданского состояния важнее другое - факт рождения и факт смерти.

"У меня свой способ проверять мужскую любовь - мужчина должен быть готов встать перед женщиной на колени, протянуть ей букет алых роз, умалять о прощении и обещать исправиться. Ужасно романтично, да? И вдобавок из области фантастики"

As you sow, so shall you reap. I write about restless souls, and souls in turmoil answer my call.

В метафоре взаимоотношений людей и вирусов беспокойство вызывает следующее обстоятельство: вирусы всегда играют белыми, а мы, люди, - чёрными. Вирус делает ход, мы реагируем.

Во время холодной войны западные демократические государства следующим образом объясняли, почему запрещают действие коммунистической партии на своей территории: партию, объявившую своей целью уничтожение демократического процесса, нельзя допускать к участию в демократическом процессе, определенном как выбор между А и Б.

Теперь "ублюдками" называют политиков, мужчин и женщин, которые управляют государством.

Политика-это когда затыкаешь рот остальным и гнёшь свою линию.

...when you live in shameful times shame descends upon you...