Сеятели смерти. Злоумышленники. Предатели

Но тебе придется довериться мне, милый!

Это был сигнал, столь же верный, как красная мигалка или предупредительный выстрел. Как только они заводят свою волынку про доверие, значит, обязательно жди мухлежа.

она же явно была новичком и воспринимала все происходящее с убийственной серьезностью, .... .... ....

Могла получиться любопытная партия, но я понимал, что Кэрол не станет разыгрывать этот гамбит. Как и у большинства дилетантов, у нее было слишком много безумных представлений о лояльности и мужестве, словно кому-то есть дело до того, храбр ты или нет - коль скоро ты делаешь порученное тебе дело как следует.

Мне надо лишь незаконно проникнуть в чужую страну с незаконным оружием, незаконно умыкнуть человека, а может быть, и незаконно отправить его на тот свет. Но при этом я не должен задеть ничьих чувств. Ясно, сэр. Что-нибудь еще, сэр? ....

Книги лежали на огромном письменном столе, на столике в углу, а также на полках вдоль стены. В основном все это были пухлые фолианты, настолько увесистые, что лишь очень сильному и решительному человеку могла бы прийти в голову мысль полистать один из них на сон грядущий.

Уинни мне подыграла, сначала скорчив милую гримаску заинтересованности, а потом сомнения — точно наивная провинциалочка, каковой ей и полагалось быть по роли.

Мало кто занимался бы тем, чем занимаемся мы, если бы не полагали, что в своей области ему нет – или практически нет – равных. ... ....

– А как из него стрелять?

– Надо заткнуть уши ватой, потом взять револьвер в правую руку – если вы, конечно, не левша, – обхватить ее левой, и плавно нажать на спуск, чтобы раздался жуткий грохот. Так надо проделать пять раз, а потом отбросить железку в сторону, взять бейсбольную биту, подойти к противнику и бить его по башке, пока он не сыграет в ящик.

Изобел сказала, что готова пойти на любой риск. Они всегда говорят это – те, в кого ни разу в жизни не стреляли.

Что ж, одни от скуки прыгают с парашютом, другие играют в русскую рулетку. На здоровье. Я никогда не считал, что людей надо заставлять делать то, что им полезно, или не делать того, что им вредно. ...

Обычно я не люблю играть огнестрельным оружием. Оно существует исключительно для того, чтобы стрелять: в людей в животных или по мишеням, если вам Необходима практика. Оно должно быть использовано строго по назначению. Если хочется поиграть – есть ножи, а если этого мало, то мечи, копья, дубинки. Если вы начнете валять дурака с оружием, то оно подведет вас в нужный момент и кое-кто может отправиться на тот свет, например, вы.

Вышвырни их из постели, спой глупую песню о твоем разбитом сердце – и они обязательно приползут назад, умоляя тебя вытереть об них ноги. ... ...

Я не соврал насчет Клэр – и оттого чувствовал себя особенно неуютно. Опасно играть на струнах собственного сердца. ... ...

Монах терпеть вас не может и потому скорее всего поверит, что вы впали в немилость. Очень часто даже самые проницательные из нас начинают верить в то, что их больше всего устраивает.

Мой месячный отпуск стал растворяться в туманных далях.

Это доказано, – сказал Мак. – Монах продался. Мы все проверили. Детали вас не должны касаться, но смею уверить, это установленный факт.

Я не люблю фактов, которые мне предлагают считать установленными, а также детали, которые меня не должны касаться, но мне ничего не оставалось, как сказать:

– Да, сэр.

Хороший был пистолет, – согласился я. – Спокойный и аккуратный. Мне он нравился. Он берег меня, а я берег его.