Дома с привидениями

Когда-то Камиль Фламмарион произвёл на меня большое впечатление своими произведениями. Он вызвал у меня доверие своим научным авторитетом, с которым плохо вязалось его увлечение спиритическими явлениями. Тогда это показалось мне действительно некоторым противоречием, но спустя несколько лет, когда я снова взялась за его книгу, всё встало на свои места. Спиритические явления Фламмарион рассматривает как малоизученную и, по непонятным причинам, подвергающуюся большим сомнениям тему. Своими исследованиями учёный пытался ввести сферу так называемых паранормальных явлений в научный обиход. Вот и в книге "Дома с привидениями" Фламмарион опять же вступает в дискуссию со своими коллегами-скептиками. По этой причине данная работа понравилась мне гораздо меньше, чем прочитанные у него же "Тайны смерти". Надо сказать, что, конечно, все эти названия очень наводят на мысли о низкосортной прессе, форсирующей нездоровый интерес к данной тематике. Но вот Фламмариону я в этом смысле доверяю. На мой взгляд, у этого автора нет никакого резона заниматься исследованиями в области сверхъестественного, когда у него хватало и своих научных дел. Меня лично убеждает также то, что Фламмарион - очень далёкий от религии человек. У него не было никаких оснований обосновывать спиритические явления как доказательства продолжения жизни после смерти с религиозной точки зрения, кроме того, у автора отсутствуют какие-либо упования на загробную жизнь: для него это просто физический факт, который необходимо научно утвердить. Посмертные явления Фламмарион расматривает исключительно с материалистической точки зрения и в этом он весьма близок некоторым советским учёным (Леониду Васильеву, например), которые тоже утверждали необходимость изучения подобных психофизических явлений. Однозначно, "Дома с привидениями" - не лучшая работа Фламмариона. Она выдержана в очень полемическом духе. Все истории изложены примерно одинаково, и поэтому их довольно скучно читать. Допустим, некто заселяется в заранее "неблагополучный" (с точки зрения посещения его духами) дом, сталкивается с чередой неприятных явлений, вызывает священника, священник ничем не может помочь, некто вынужден съехать. Далее Фламмарион резюмирует историю в духе "шах и мат, скептики". Когда-то работы Фламмариона положили начало моему изучению темы посмертного существования личности. Теперь его исследования кажутся мне словно незавершёнными: Камиль Фламмарион так много сил потратил на то, чтобы доказать истинность паранормальных явлений, но так и не продвинулся дальше утверждения факта их существования. У него строго эмпирический подход, но он никак философски не осмысляет эти явления. В общем, я удивлена, что за всю свою жизнь, полную подобных экспериментов и наблюдений, Фламмарион так и не пришёл к вере.

Истинно научный метод неумолим и безжалостен.

Весьма похвальная, если подумать, попытка обобщить и проанализировать разрозненные и противоречивые знания человечества о потусторонних явлениях. Попытка дать этим явлениям вразумительное объяснение, обуздать и укротить, как сделали прежде естествоиспытатели, придумав физику, химию, биологию и положив тем самым начало понимаю природы и окружающего нас мира. Главное отличие потустороннего мира (в предположении, что он действительно в некотором смысле реален и существует. Как известно, один только этот тезис возбуждает несмолкаемые по настоящее время философские дискуссы, набравших новую силу с появлением виртуальных пространств) от привычного нам материального - за исключением того факта, что он довольно плохо наблюдаем из мира физического и последователям автора проходится довольствоваться косвенным его проявлениям - в том, что мы не можем воспроизвести эксперимент после его наблюдения (тогда как, к примеру, Ньютон, мог подбрасывать яблоко сколько потребуется). Эту сложность рассказчик оговаривает и даёт относительно обоснованные доказательства тому, почему это не должно останавливать тех, кто задумал разыскать истину.

Ещё одна сложность, о которой автор если задумывался, то не посчитал нужным упомянуть при читателе, заключается в том, что накопленный тысячелетиями человеческой истории багаж знаний о потусторонних явлениях представляет собой не вызывающую особенного доверия мешанину фактов и вымысла, основанную где-то на суевериях, где-то на страхе, а иногда и простейшем непонимании давно изученных естественными науками явлений. Желая остаться полностью объективным, автору следовало бы либо отказаться от противоречивых оккультных знаний и начать с нуля, либо по крайней мере подвергать сомнению и верификации те принципы, которые он принимает на веру без какой-то проверки.С другой стороны, шаги в последнем направлении учёный всё же предпринимал - его рассуждения о причинах тех или иных явлений, в огромном количестве описанных в данной книге, содержат правдоподобные аргументы и не всегда согласуются с причинами, приписанными явлениям другими исследователями в этой области. Возможно, мы до сих пор имеем столь слабое представление о потустороннем (оговорка о его существовании уже была приведена выше и в дальнейшем подразумевается) лишь потому, что автор с его коллегами в данной области не располагали необходимой для изучения методологией, в связи с чем им осталось довольствоваться лишь редкими (однако, не столь уж редкими, если учесть хотя бы число свидетельств очевидцев необъяснимых явлений, вошедших в книгу) и, как правило, неожиданными проявлениями изучаемого явления. Кроме того, в силу индивидуальности подходов каждого из исследователей, у них не было возможности сравнить результаты друг друга и на их основе получить некое обобщённое знание, как это обычно происходит в классической науке.

Сама же книга ввиду невозможности произвести контролируемый эксперимент, обращается к мощи статистики и больших чисел (может быть, недостаточно задумываясь о том, чтобы числа были достаточно большими для применения данного метода. Тем не менее, для того, чтобы произвести впечатление на незнакомого с математической наукой слушателя этой выборки хватит с лихвой): в книге приведено поистине множество разнообразных примеров для каждого типа рассматриваемых явлений. К чести автора, на основании приведённого числа наблюдений проводятся сравнения и строятся обобщения, выносятся суждения, претендующую в некотором смысле на универсальность (тем не менее, каких-то постулируемых суждений равно как и предсказаний о появлении того или иного явления в конкретном месте в конкретный момент в книге не делается). Выгодно отличает книгу от иных в подобной тематике явное присутствие автора, высказывающего собственные соображения либо о каждом приведённом случае, либо по крайней мере об обобщённой их совокупности. Подкупает также факт присутствия в книге развёрнутых мнений оппонентов рассказчика, которым наравне с автором дана полная свобода выражений, критики и оценки.

Огромное количество однообразных рассказов, однако, приводит к тому, что в определённый момент читатель совершенно теряется в деталях каждой истории и воспринимает все последующие либо как продолжение той же самой с новыми действующими лицами, либо как пересказ той же самой в других декорациях. Вероятно, здесь автор предполагал добиться несколько иного эффекта.

В целом книга может представлять интерес для разве что историков оккультизма (и то в качестве дополнительного источника, никак не основного) и фанатичных поклонников историй о привидениях (не классических ужасов, а именно реальных или во всяком случае псевдореальных) историй.

В тёмном-тёмном городе, в тёмном-тёмном доме, в тёмной-тёмной комнате сидит дух Камиля Фламмариона и пишет "Дома с привидениями". Электричества в доме нет, а последняя свеча догорела (или её затушила неведомая сила?), вот и выходит ерунда из-под пера.

"Дома с привидениями" - это ворох писем в редакцию, собранных автором воедино и перевязанных своими вставками, словно суровой ниткой.

Назначение этой книги неясно. "Потому и страшно, потому и страшно, что совсем не страшно". Если эта книга была задумана как пугающая, то она не такая. Если эта книга была задумана для развлечения, то она не такая.

Ладно, сделаем скидку, так как книга была написана в 1924. Хотя нет, никаких скидок! Графоманство встречается в любом веке, а вот привидения... Мистер Фламмарион, французский Леонид Каневский, вам расскажет истории о необычных происшествиях, так как они поведаны ему всеми уважаемыми господинами и дамами (а такие вряд ли станут нести бред, ну они же не сумасшедшие). Летающие камни и деревяшки, хлопающие двери, сны, предвещающие несчастный случай или кончину - это такая клёвая тема, потому что никто не сможет найти подтверждение подлинности тех или иных явлений, а ещё чуточку нагоним тумана и загадочности - и всё, готова сенсация. Как поёт Стиви Уандер

When you believe in things That you don't understand, Then you suffer, Superstition aint the way

Люди суеверны, люди боязливы. Но вместе с тем они упрямы. Что меня в высшей степени раздражало - те ребята, которые присылали многостраничные рассказы Фламмариону про странные дела в их домах или съёмных дачах, на протяжении многих дней, а то и месяцев слышали или наблюдали эту катавасию, искали источник этих странных дел, вместо того чтобы, преспокойно собрав вещички, унести ноги оттудова как можно скорее. Режиссёры ужастиков, скажите честно, вы почитали эту книгу, поэтому во всех ваших кинолентах герои вместо разумного спасения лезут на чердак / в подвал / в непонятные дыры, чтобы найти себе приключения на то самое место?

Я бы взял пример с Ронни Дио из Black Sabbath - показал бы этим странным делам козу, как его научила бабушка, ну, или кое-что другое (как Игги Поп), затейник эдакий.