Цитаты из книги Три мушкетера (том 2)

Бедные глупцы! Как будто католичество не самое удобное и не самое приятное из всех вероисповеданий!..

— А теперь, господа, — произнес д'Артаньян, не пытаясь даже объяснить Портосу свое поведение, — один за всех, и все за одного — это отныне наш девиз, не правда ли?

«Как называют того, кто следит за человеком вопреки его воле?

- Нескромным.»

Д'Артаньян, который уже целый час от нетерпения грыз ногти, теперь принялся грызть пальцы.

Благодарю вас за преданность, господа. Я могу рассчитывать на нее и впредь, не правда ли? — Ваше величество, — в один голос воскликнули четыре приятеля, — мы дали бы себя изрубить в куски за нашего короля! — Хорошо, хорошо! Но лучше оставайтесь неизрубленными. Так будет лучше и полезнее для меня...

Весь день он просидел дома под предлогом плохой погоды: этот предлог был нужен ему, чтобы оправдаться перед самим собой.

— И всё-таки вас обманут, — сказал Атос, который был оптимистом, когда дело шло о вещах, и пессимистом, когда речь шла о людях.

— Послушайте, — сказала она, — что бы вы сделали, чтобы доказать мне любовь, о которой вы говорите? — Всё, чего бы вы от меня ни потребовали. Приказывайте — я готов! — На всё? — На всё! — вскричал д'Артаньян, знавший наперёд, что, давая подобное обязательство, он рискует немногим.

"Вы, конечно, очень милы, но будете просто очаровательны, если уйдёте!"

Убежденный, что будет убит Атосом, он, вполне понятно, не очень-то беспокоился о поединке с Портосом.

Я не стараюсь ничего отгадывать, я жду, чтобы мне доверились<...>

"Но, как говорил Планше, сколько ни съел, все ж поел только раз".

Д'Артаньян чувствовал, что тупеет; ему казалось, что он находится в доме для умалишенных и что сейчас он тоже сойдет с ума, как уже сошли те, которые находились перед ним. Но он вынужден был молчать, так как совершенно не понимал, о чем идет речь.

Интересы одного человека-ничто перед всеобщим благом. Я за тех, кто спасает государство!

Это была первая записка, которую он получил, это было первое свидание, которое ему назначили. Сердце его, полное радостного опьянения, готово было остановиться на пороге земного рая, называемого любовью.

Но как говорил Планше, сколько ни съел, все равно поел только раз

• Господин Портос может принять вас за кого-нибудь из моих домочадцев и в порыве гнева проткнуть вас шпагой или пристрелить вам голову.
• Что же вы это ему сделали?
• Мы просили у него денег.

Чем больше в сердце гордости, тем труднее бывает покорить его

"Всё это были химеры и иллюзии, но для слепой любви, для подлинного чувства ревности разве существует какая-либо действительность помимо иллюзий и химер?"

"Молчание - последняя радость несчастных, не выдавайте никогда своей скорби, любопытные пьют наши слезы, как мухи кровь раненой лани".