Забавный и в меру абсурдный роман из жизни двух преподавателей, охватывающий один академический год. Роман смешной, умный, местами неожиданно суровый и претендующий даже на серьезную подкладку. Но сама тема как-то упорно мешала мне задуматься, поэтому "Плоть" так и осталась в сфере чистого удовольствия от хорошо написанного текста. Впрочем, я и не думаю, что Дэвид Галеф действительно собирался читателя чему-то учить - для этого он слишком умен.
Для преподавателя английской филологии Дона Шапиро очередной учебный год начался со знакомства с новым соседом Максом Финстером, преподавателем истории, который поселился за стенкой вместе с двумя своими велосипедами, скудным набором мебели и, как покажет будущее, богатейшим (хотя и несколько однообразным) набором сексуальных фантазий. Макс оказался человеком загадочным и знающим, чего хочет, что привлекло к нему массу самых разных людей. Макса же привлекали главным образом... толстушки. За год он провернул несколько романов, с каждым разом выбирая все более весомый "объект для завоевания" и все больше давая волю своим желаниям.
Но, разумеется, в таком небольшом городке ничто не может остаться незамеченным, и приключения Макса становятся предметом обсуждения и - часто - осуждения. Дон Шапиро так и вовсе находится в непосредственной близости от событий - спальня Макса располагается прямо за стенкой его домашнего кабинета. В какой-то момент любопытство Дона выходит из-под контроля, он проделывает дырочку в стене и принимается наблюдать за Максом и его подружками. И тут, действительно, встает вопрос, справедливо заданный в одной из рецензий. Кто же больше одержим: Макс, помешавшийся на плоти, или Дон, подглядывающий за чужой жизнью, пока его собственная незаметно отходит на второй план?
Дон и Макс - это в каком-то смысле две противоположности, две крайности. Дон зарастает уютным жирком, а Макс с 25 лет как одержимый носится на велосипеде, избавляясь (и весьма успешно) от лишнего. Дон скучно женат на стройной Сьюзен, Макс завоевывает одну пухлую красавицу за другой, безжалостно избавляясь от надоевших любовниц. У Макса есть план и осознание (и принятие) своих желаний, Дон же свои желания едва различает. Макс живет, Дон наблюдает. Так, впрочем, было всегда: Дон признается, что настоящей жизнью для него всегда были книги (здесь место, чтобы вспомянуть Стоунера), что он всегда был наблюдателем, что он, в общем-то, и не знает, что интереснее: быть Максом или читать о Максе. Макс стал для Дона аналогом книги, объектом наблюдения, чего ему, Дону, было вполне достаточно.
С самим Максом все несколько сложнее. Он побеждал плоть или плоть побеждала его? Он вожделел этих женщин за их формы, но и презирал за них же, за алчный аппетит, за чревоугодие. Для человека, так рьяно отдающегося своим желаниям, Макса ждало закономерное, хотя и абсурдное, развитие событий.
Даже если отстраниться от размышлений о теле, в романе еще остается достаточно всего, чтобы стать неплохим экземпляром "campus novel". Жизнь университета американского Юга, много подробностей учебного процесса, много размышлений Дона на тему преподавания и еще больше сатиры на академическую среду. Мне, к слову, эта сторона романа была интереснее, чем показавшаяся несколько надуманной тема одержимости избыточной плотью. Но, надо признать, без нее роман, вполне возможно, потерял бы и свой перец, и свой изюм, лишившись заодно полюса напряжения между жизнью интеллектуальной и чувственной.
17 понравилось
