Мысли и сердце

Очень откровенная и жесткая книга. Восемь дней из жизни кардиохирурга - дни, разделенные промежутками от полугода до двух лет. Дни, каждый из которых наполнен вопросами, тревогами и сомнениями. Помогут ли в лечении новые сердечные клапаны? Не навредят ли, не сделают ли хуже? Как облегчить больным послеоперационный период? Не повредился ли во время операции какой-нибудь крохотный сосуд, из-за чего пациент может просто истечь кровью? Как доказать, что клинике нужна новая операционная и кислородная камера, в которой можно оперировать даже самых "тяжелых" больных?
Это скорее книга-исповедь, чем книга-дневник. Наверно, ее будет полезно почитать людям, желающим связать свою жизнь с медициной, чтобы ответить для себя на вопрос: "Смогу ли я взвалить на свои плечи ответственность за жизнь каждого своего пациента?"

Книга-исповедь, книга-дневник описывающая восемь дней из жизни хирурга. Мне кажется ее должен прочитать каждый, чтобы понять, что врачи, а хирурги в особенности, тоже люди, и у них есть душа, которая болит за каждого пациента.
Что такое человеческая жизнь? Это 300 граммов , которые находятся в руках хирурга, и только хирург знает как тяжелы бывают эти 300 грамм. Операция прошла успешно-хорошо, можно вздохнуть спокойно и смотреть на жизнь гордо. Пациент умер-это плохо, чувствуешь себя виноватым, хотя сделал все что мог , тяжело смотреть родственникам в глаза, а надо.
Не дай Бог конечно потерять близких из-за ошибки врачей, или из-за того, что уже ничего нельзя было сделать. Но нужно всегда помнить, что хирурги не боги, и каждая смерть пациента оставляет рубец на их сердцах .

Мощная книга! Мощнейшая! Особенно интересна для меня тем, что приблизительно в то же время, когда она была написана (если быть точным - пару-тройкой лет позднее), мою бабушку успешно оперировал сам автор. Ей была сделана сложнейшая операция по вшиванию тех же искусственных клапанов в сердце, о которых и пишет Николай Михайлович. Но речь идет не только о клапанах и операциях - это мысли на бумаге талантливейшего кардиохирурга и просто мудрого Человека относительно всего в этом мире.

— Детишки есть?
Улыбается. Вся осветилась сразу.
— Двое. Вот карточка, поглядите.
Карточку из под подушки. Плохонькая фотография, деревенский фотограф.
Два мальчика — лет пяти и подросток. Бедно одеты.
— И муж у нас больной.
Это талисман. Должны защитить.
— Хорошие ребята. Не беспокойтесь, все будет хорошо.
Смотрю в список: оперировать должен Володя. Переставить, пусть Петро. Не одна жизнь — три.
Перечеркиваю. Володя расстроен. Не так много операций перепадает ординаторам. Он вполне уверен в себе. Несправедливость. Успокоить.
— В другой раз. (Взглядом на карточку.) Видел?

Да, иногда проскакивает тогдашняя коммунистическая пропаганда, но надо не забывать, что книга написана в 60-е, а в то время без этого ее (книгу) просто бы не издали нигде. Да и написано об этом достаточно дерзко, как для того времени:

Не буду хаять, каждому своя родина хороша. И у нас дряни много, но мы все таки здоровее, проще. Все таки ближе к тому далекому будущему.

Одна из тех книг, читая которую болит сердце, испытывается физическая и душевная боль, а сопереживание достигает крайней точки. Но, возможно, такое испытывают только очень впечатлительные читатели.
Когда-то хотела стать хирургом...Всю тяжесть ответственности поняла после этой книги. Тяжесть становится невыносимой, когда на операционном столе умирает ребенок. И какое же сердце нужно иметь врачу, чтобы жить дальше?! Автор попытался ответить пытливому читателю на этот вопрос. Здесь действительно мысли и сердце, сердце и мысли, мысли в голове, а сердце - в руках, живое сердце, истекающее кровью...

Дочитав «Богач, бедняк», решила переключиться на другой жанр. Потому что начинать новый роман или тем более семейную сагу, снова вникать в новые переживания новых героев (когда прежние еще так живы в памяти) не хотелось. Поэтому решила прочитать книжку с совсем другими декорациями и героями, документальную, основанную на реальных событиях. Тем более, у меня последние дни сильная депрессия и мне хотелось ее пришибить чем-то таким, жизненным и честным. А что может быть эффективнее в таком случае, чем воспоминания кардиохирурга?
Книга пробирает. И слезы пару раз на глаза появляются во время чтения, и черные мысли всякие, и думы о скоропостижности нашей жизни. Недаром первая глава сразу начинается таким абзацем, после которого некоторые сразу чтение и закончат и пойдут выбирать что-то менее травмирующее. Вот какое там начало:
«Это морг. Такой безобидный маленький домик стоит в углу институтского сада. Светло. Яркая зелень. Цветы. Кажется, по этой тропинке ходит Красная Шапочка. Нет. Здесь носят трупы».
А мне после этих вот предложений сразу в голове картинка увиделась – вот именно такая… из детства… Моя бабушка живет в доме через дорогу от городской больницы… И когда мы идем к ней в гости, то всегда проходим мимо больничного сада – деревца, зелень, дорожки, скамейки, все такое нарядное, бело-зеленое… И есть там в глубине этого садика такой холмик… Как бы домик или погреб внутри холма, весь поросший травой… Как землянка хоббитов… И я, маленькая, почему-то точно знала, что там морг… Даже не знаю, на самом ли деле это так. Но это ощущение одновременности жизни и смерти, наличия вот этого домика без окошек – и наличие нас, весело идущих в гости мимо него, - оно такое определяющее в моей жизни… Это напоминание о том, что все не вечно, оно всегда со мной…
Отвлеклась.
Просто хочу сказать, что книга эта с первой страницы и до последней захватывает, дышать не дает и заниматься чем-то другим тоже не дает. Все брось, сиди-читай. Она не совсем автобиографическая, там и имена изменены (в книге дочку хирурга зовут Лизой, а внучку Леночкой, хотя на самом деле они Катя и Аня), и у самого главного героя в книге имя-отчество другие… Наверно, и персонажи-пациенты переименованы там. Но в целом книга реальна настолько, что иногда бывает страшно или больно. А иногда при чтении ощущаешь просто гордость за человека и человечество. Как до всего доходили своей головой. При существовании на Западе аналогичных разработок – аппаратуры, операционных инструментов, тех же клапанов искусственных для сердца, - приходилось все изобретать самим… И провалы были, и ошибки, и клапаны эти через год переставали работать, и приходилось делать операцию по замене – или с болью смотреть, как угасает пациент, которого год назад вытаскивали с того света…
Кто читал «Сердце хирурга» Углова – тот и эту книжку проглотит за один вечер. Да и мозги она хорошо вправляет, как и другие книги такого рода. Живи и радуйся, пока живешь и более-менее здравствуешь. А то потом оглянешься на эти, в сущности, неплохие годы и подумаешь: вот я дурак был… на что тратил лучшее время жизни…

Восемь дней и восемь зарисовок из больничной жизни известного кардиохирурга Н. Амосова. Каждый день полон сомнений, тревог и раздумий, разбавленных размышлениями о долге, о совести и чести медика: сможет ли он помочь вшив тяжелому пациенту митральный клапан? есть ли осложнения после сделанных операций? где был прокол в неудачных операциях? как помочь всем нуждающимся в помощи? как помочь тяжелым больным легче переносить послеоперационный период? как дольше использовать АИК (аппарат искусственного кровообращения) при операциях на открытом сердце? как доказать необходимость новой операционной и изобретении камеры высокого давления?
Каждый рассказ о прожитом дне ставит неразрешимые вопросы перед профессором, и он делится своими сомнениями с читателями в непринужденной беседе и рассуждениях. И не важно, что книга написана давно и уже не так актуальна рассматриваемая проблематика. Читаешь, и создается ощущение диалога с врачом в неформальной обстановке. И нет, это не жалобы на несовершенство медицины, не трусость, а разговоры о наболевшем и накипевшем, о чем молчать уже нет сил. Темы о родителях больных деток, о случаях смерти пациентов от осложнений, о несчастном случае с его коллегами и подопечными во время эксперимента в кислородной камере и праве работать дальше несмотря ни на что. Переживаешь, читая о ходе операции на открытом сердце другу-кибернетику Саше, веришь, что все закончится хорошо, ему помогут и он будет дальше заниматься своими теориями. Радуешься когда докторам удается помочь деткам и они открывают глаза после операции, поправляются и покидают больницу. "Все больные дороги поле тяжелых операций. В них вкладывается труд." Злишься, как и профессор, на неудачные эксперименты с камерой и непредвиденные результаты с первыми образцами сердечного клапана. Принимаешь сторону доктора, когда его одолевают сомнения в самом себе и боишься ответить честно самому себе: смог бы ты продолжать после поражений?
Никакого малодушия в книге, и это подкупает. Послевкусие от этой книги как от разговора с умным, сомневающимся (не Боги же горшки обжигают) и необыкновенным человеком со своей интересной жизненной философией.

Хирургия - это не только операции, волнения, страсти. Это также ожидание, сомнения, мучения: что делать? Две причины осторожности у хирурга: жалко больного, жалко себя - расстройство, если неудача. Но риск неизбежен. Иначе не будет прогресса.

В борьбе, которую ведут хирурги, умирают только больные. Но в тот момент, когда сердце останавливается в твоих руках и жизнь, как вода, утекает между твоими пальцами, сколько раз хотелось все отдать, чтобы ее удержать! Полжизни. Всю жизнь. Но никто не берет в обмен. И больной умирает, а я остаюсь. Проходит время, и я не соглашаюсь меняться. Раздумал. Однако от каждого такого случая остается что-то, уменьшающее желание жить.

В жизни есть два крепких якоря - работа и дети, все остальные невзгоды можно перенести. Только тот получает стойкое счастье, кто нашел себя в работе. К ней не привыкнешь - все время новые загадки дает. Их решаешь и получаешь порцию счастья. Ну конечно, и неудач достаточно - так без них нельзя, без них и удачи не будут радовать. Адаптация - враг счастья. Ищите себе страсть в работе - будете счастливы. Не все время, но будете...

Тот случай, когда название идеально отражает содержание книги. Безо всяких метафор, иносказаний, символов и т.д. Сердце в книге доктора Амосова – это именно сердце. Орган. Из плоти, крови и всего остального, что там по анатомии положено. Орган, с одной стороны – выносливый, олицетворяющий мотор, а с другой – подверженный патологиям, крайне ненадежный, хрупкий, уязвимый. На грани между этими состояниями в поисках гармонии балансирует в своей реальной жизни автор книги – врач, практикующий кардиохирург, профессор, заведующий большой хорошей больницей Николай Михайлович Амосов (1913-2002). В своей напряженной, загруженной под завязку делами, работой, наукой, ответственностью жизни он нашел время и силы, чтобы написать книгу и рассказать о том, чему он посвятил всего себя – о сердце. Его патологиях, способах лечения, поисках решений на операциях.

Дальше...

О, операции – подробнейшим образом автор описывает их ход и это поистине увлекательное чтение. Подготовка, разрез, что-то пошло не так, надо здесь и сейчас принять решение, взвесить все возможные варианты развития событий и бросить камень на чашу весов, где лежит ни много ни мало – жизнь человека. Оторваться от чтения в такие моменты невозможно – напряжение, риск, страх, непредсказуемость красота решений и непоправимость ошибок – всё в этих операциях. Сколько секретов в наших сердцах открывается кардиохирургам – целая вселенная! Вот только разгадывать эти таны порой приходится не на операционном столе, а в морге – в поиске причин операции неудачной, которых тоже у доктора хватало. Вообще, понимание того, что автор книги – абсолютно реальный, выдающийся врач, и пишет он практически документально, еще добавляет этой остроты. Что там фантастика с её космическими далями, когда такой космос внутри человека! И есть люди, осмеливающиеся в этой вселенной выходить в открытый космос – в невесомость, в темноту и неизвестность, обладая крупицами знаний и возможностей, буквально в муках продвигая человечество – куда?

Книга выходит в свет в 1964 году и, подозреваю, что сегодняшние врачи её могут читать примерно как программисты - о первых опытах советских инженеров с ЭВМ. Амосов подробно описывает механизмы, инструменты, которые помогают проводить операции - машина для манипуляций против свертывания крови, кислородная камера, держатели-расширители. Думаю, сегодня их можно увидеть разве что в музее. Но тогда, в середине века это было новаторство, прорыв, риск – не всегда оправданный. Люди погибали, но помогали врачам понять роковую ошибку в подходе к операции и перейти на новый уровень. Цинично? А тут на сцену выходят мысли. Тоже всё предельно просто с этим определением в названии книги – доктор оперирует сердце и очень, очень, очень много думает. Не только - кому и как провести операцию. Его мучают философские вопросы, на которые каждый день наталкивает профессия – рисками, неизбежными человеческими потерями, ответственностью. Всё, оказывается, очень неоднозначно и нет простых решений по плану: «болит-отрезали-живет дальше» или то же самое, но в конце «умер». На каждом этапе - сомнения, ибо есть множество вариантов. Жить пациенту вполсилы, но подольше? Рискнуть, проиграть, но избежать долгой мучительной смерти? Рискнуть, выиграть и жить полноценно? Рискнуть, выиграть бой с больным сердцем, а проиграть какой-то другой? Не думаю, что развитие медицины до сверх-супер-нано-био-технологий когда-нибудь снимет с врача эти вопросы. Ощущение, что развитие технологий эти вопросы только обостряет. Где грань, где врач бросает вызов природе, эволюции, Богу? Где он может и должен остановиться? ЭКО, клонирование, искусственные органы – даже на бытовом уровне масса вопросов, что говорить о профессиональной среде. И нашему доктору приходиться как-то постоянно возникающие этические, социальные, психологические задачи каждый день решать с нуля. Ибо нет готовых решений. Есть жизни. Матери, которые смотрят в глаза и верят. Синенькие больные детки. Тающие на глазах друзья. Коллеги, сгоревшие заживо в экспериментальной кислородной камере. Продолжать опыты? Сказать матери, что ребёнок умрет всё равно, вопрос времени? Забыть, занеся скальпель над телом, что это друг лежит здесь, под яркими лампами?

Книга сильная, яркая, сложная. Все минусы, которые заметила, оставлю при себе. Автор книги – величайшая личность, спасибо ему за то, что писал, что дал возможность прикоснуться к уникальной судьбе человека, который мыслил сердцем.

Книга написана скорее в форме дневниковых размышлений. Описаны восемь дней разных лет жизни. ГГ Михаил Иванович, профессор медицины, доктор наук, практикующий хирург, подробно раскрывает не только повседневную жизнь, но и глубинные переживания врача. Как совладать с немыслимой ответственностью, пережить разочарование неудач, бесплодную борьбу? А как жить дальше с грузом собственных ошибок особенно если их цена - жизнь человека? Как собирать себя по кускам, когда хочется все бросить и уйти? Умереть вместе или вместо больного? Как остаться человеком и пройти по тонкой струне не предав себя и других? Очень глубокая книга. Наверно без твердой брони, защищающей от саморазрушения, никак не прожить, и оправдано правило не лечить своих...