Сила сильных

К заголовку моего отзыва можно ничего не прибавлять. Ингредиенты космооперы достаточно стандартны.
В далеком-далеком-далеком будущем человечество расселилось по множеству звездных систем, попутно разделившись на два противостоящих общества...
Нет, это я не "Легенду о Героях Галактики" вспоминаю, это я про "Силу сильных", потому что дальше имеются нюансы. Точнее сказать, никаких нюансов нет, с черным и белым всё однозначно, никакой серой морали.
С одной стороны - светлое коммунистическое общество, с другой - темная империя упорствующих пережитков.
Темные собрали такие красочные ингредиенты как властолюбивое интриганство, клонирование рабов, наркотики, юные адмиралы и седые гросс-адмиралы с волчьим взглядом, а также оружие древней цивилизации, которое одним плевком способно стереть звездную систему.
Светлые взяли себе гуманизм, интернационализм, продвинутые психотехники, добро с кулаками ввиду гнета обстоятельств и способность перевербовать даже искусственный интеллект.
Читала, то есть перечитывала, из ностальгических побуждений. Страницы журнала "Уральский следопыт" стояли перед глазами.
Обнаружила, что мне интересна дальнейшая судьба Шорра-младшего. Отомстил ли он коммунистам за папу и порушенные планы? Или осознал, перековался и где-то на строительстве путепровода Марс- Юпитер встретился с обожаемой им актрисой Дэзи Грант, приехавшей с концертами для стройотрядовцев?
Хочу такой фанфик! А нету.

Великолепный рассказ, в котором есть всё необходимое - напряженный экшн, теплые дружеские отношения, проработанный фантастический антураж, захват читательского внимания с первых строк.

Волк, спеша к своей подруге, встречает в парке мужчину, недавно вернувшегося с инопланетной экспедиции. Мужчина решает похвастать перед зверем своим трофеем, о чем, в свою очередь, Волк рассказывает Сель. И тут начинается самое интересное. Очень классно, что даже для такого маленького произведения автор продумал все нюансы, которые могут вызвать вопросы у искушенного читателя, вплоть до карантина после экспедиции и запрета на провоз непроверенных "трофеев". Мышление животного показано очень отличным от человеческого - и это тоже плюс, ведь мы до сих пор почти ничего не можем сказать о разуме братьев наших меньших.

Это определенно лучшее произведение всего сборника Под одним солнцем. Наша старая добрая фантастика

И вот пришло время старой доброй социальной фантастики от Дмитрия Биленкина, да в старой доброй серии Библиотека приключений и научной фантастики. И стоит признать, что исконная рамочная концепция здесь соблюдена, есть место и приключениям, и научной фантастики - не Азимов, конечно, но тоже неплохо.
Вообще, если рассуждать о вкладе Биленкина в советскую фантатику, то он не был писателем передовой, скорее крепким апологетом социальной фантастики с сильной моральной составляющей. Прямых заимствований у писателя в творчестве нет, но ту или иную степень влияния от крупнейших представителей своего времени он получил, как то Станислава Лема, Ивана Ефремова, братьев Стругацких и Рэя Брэдбери, или более олдскульного Герберта Уэллса.
Первое произведение сборника, вышедшее в название на титуле - это повесть Сила сильных, продолжение цикла о Полынове, и здесь конечно нельзя не отметить, что у Джека Лондона есть рассказ, аналогично называется . По указанной повести сняли сериал, но смотреть не довелось. Если говорить о составляющей произведения, то это типичная олдскульная советская фантастика с определенными претензиями, с четкой дихотомией добра и зла, хорошими коммунистами и плохими капиталистами, это делает концепцию произведения несколько устаревшей и наивной. Ничего нового, - коммунизм продолжаем набирать могущество, а капитализм продолжаем смердеть и загнивать. Если смотреть художественную составляющую, то это чуть модернизированный вариант творчества Ивана Ефремова.
Следующая по очереди - темпоральная фантастика, попаданцы иже сними, рассказ Прицнип неопределенности, художественная попытка переосмыслить прицнип неопределенности Гейзенберга, как я понял, в принципе, одна из самых интересных вещей в сборнике. Косвенно продолждаем тему темпоральной фантастики и рассказ Знамение, где повторяется любимый писателем ход "умный взрослый - ребенок", можно провести параллели и с крапивинскими темами. Взаимодействие возрастов посвящен и другой рассказ, Здесь водятся проволоки (аллюзии на Здесь водятся тигры). Проблематика эстетики и сохранения чудес мироздания посвящен рассказ Ничего кроме льда, где финал остается открытым; сходная тема нам встретится и в рассказе Во всех Вселенных. Любимые писателем метафизическое рассуждения разбросаны по всему сборнику, но в рассказе Последняя тайна Земли Биленкин развернулся во всю ширь, полностью заняв канву рассказа, и опять же, главными действующими лицами являются ребенок и взрослый. К рассказам с явной моральной подоплекой можно отнести и почти что эссе с юмористическим подтекстом и скрытом моралите Ремонт электронов.  Тихий звон колокльчика - это уже ухоженная тропа Станислава Лема, с его Солярисом и концепцией чужие среди нас, но с лайтовой подачей. Тема человека, как регулятора природы и сопутствующие этому этическое вопросы отражены в рассказе И все такое прочее, по своему продолжит тему общения с животным миром и рассказ Бремя человеческое, только от последнего здорово веет Айтматовым. Животная тема в конце концов замкнется на рассказе Город и волк.
Создан, чтобы летать, - это уже тема искуственного интеллекта, к слову, уже отраженного в повести Сила сильных. В свете реалий выглядит и рассказ Прогулка вчетвером, а вернее о том, можно ли удивить молодежь, избалованную доступностью знаний и гаджетами. И опять же, это тема отцов и детей. Ну и финальный рассаз сборника - это уже критическое мнение Биленкина о писателе, творящем в жанре фантастики, и попытка расширения границ в поиске.
Несомненно, это фантастика, только медитативная, направленная внутрь. Неспроста, любимым набором действующих лиц у писателя является взрослый и ребенок, когда взрослый не только вынужден отвечать на вопросы ребенка, но и искать ответы в себе, разрывая какие-то шаблоны и пытаясь выйти за пределы материализма и чистого прагматизма.
Что можно сказать о книге вкратце? Болшая часть рассказов устарела, но это касается только языка изложения и стилистики, которые порой довольно косноязычен, и конечно, в Биленкине чувствуется советская традиция, особенно в несколько выхолощенных диалогах, сразу вспоминается мне Георгий Адамов. Но при этом, моральная составляющая актуальна, и достойна как минимум упоминания.