Подходцев и двое других

- Деньги, деньги...- задумчиво прошептал Клинков. - Вы читали, Анна Марковна, роман Золя "Деньги"?

- А вы читали когда-нибудь повеству о выселении? - полюбопытствовала хозяйка квартиры.

- И все из-за того, что ты разругал его картину?

- Да как я ее там ругал? Просто сказал: глупая мазня. Только и всего.

- Вот пойду сейчас и утоплюсь в реке!

- Ну что вы! Кто же из нашего круга топится в декабре, когда на реке двухаршинный лед.

Дружба со мной - это было единственное, что спасло тебя от побоев в приличном обществе.

- Эй, Подходцев! Не стыдно ль спать, когда цвет русской интеллигенции бодрствует? Вставай!

- Ушла, Петя, поэзия из жизни...

По тумаку за строчку - самый приличный гонорар.

- Прехорошенький мальчишка! Ваш?

- Девочка. Моя.

- Учится?

- Помилуйте. Ей 3 года.

- Что вы говорите! 3 года - а как 12!

Ты знаешь, соловью в клетке опасно показывать свободного соловья на ветке. Затоскует и издохнет.

Ресторанная жизнь, — заметил повеселевший Клинков, — приучает человека к чтению. Сколько приходится читать: сначала вывеску, потом меню, потом — счет…