География служила орудием пропаганды «преимущественного» значения в мире немцев, их «права» на «господство» над другими народами. Германо-фашистская «идеология» разнуздала самые дикие и низменные инстинкты. Фашисты возвели в принцип произвол, насилие, надругательство над людьми, они объявили опасными для «расы господ» идеи свободы, идеи просвещения и требования гуманности. (обвинитель от СССР Руденко Р. А.)
Книга представляет собой дневник/записки психолога Густава Гилберта, работавшего с подсудимыми на Нюрнбергском процессе. О самом суде над фашистами написано немало, есть даже документальный фильм. Здесь же речь пойдёт о том, что происходило за кадром: как подсудимые общались с непосредственно с психологом, между собой, как вели себя на суде, как реагировали на обвинения, что делали в камерах, и так далее. Книга в каком-то смысле даже превзошла мои ожидания, так как теперь мне стало более ясно, какие эмоции и мысли скрывали на самом деле люди, окружавшие Гитлера. Может быть, они и не были до конца откровенны, но, явно это совсем другая картина, не та, что на заседании.
Итак, на скамье подсудимых 20 человек, суд вынесет 12 смертных приговоров (включая Бормана, который на тот момент считался пропавшим без вести). Здесь такие лица как: Герман Геринг, Рудольф Гесс, Иоахим фон Риббентроп, Эрнст Кальтенбруннер, Альфред Розенберг, Ханс Франк, фон Папен, Кейтель и др. Примечательно, что все эти люди вели себя по-разному, по-разному мыслили, кто-то признал свою вину, а кто-то нет. Герман Геринг пытался организовать некую солидарность в этой компании, старался настроить каждого спасать друг друга в ходе процесса, но, чем дальше шёл допрос и суд, тем всё больше разваливалась эта самая солидарность и взаимовыручка, вскоре фашисты стали давать показания друг против друга.
Автор начинает свой рассказ с реакции на обвинение:
Герман Геринг: Победитель – это всегда обвинитель, а побеждённый – обвиняемый.
Риббентроп: Это обвинение против всех, связанных с Гитлером. Мы были всего лишь в его тени /последнее он не стал фиксировать письменно/.
Рудольф Гесс: Я ничего не помню /написано по-английски/
Розенберг: Я отклоняю обвинение. Антисемитизм был всего лишь защитной мерой.
Ялмар Шахт: Я вообще не понимаю, в чём меня обвиняют.
Фон Ширак: Всё это несчастье из-за расовой политики.
Зейсс-Инкварт: Это последний акт этой войны. Я надеюсь.
Кейтль: Для солдата приказ – значит приказ.
Интересен здесь и Гесс, если верить Автору этой книги и по тому, что Гесс отвечал ему, то и вправду создаётся впечатление, что он не симулянт и действительно потерял память. Невменяемым его не признали, в общении с тем же Герингом и Риббентропом в непринуждённой обстановке он так же не узнавал их и ничего не помнил. Геринг же считает, что Гесс сошёл с ума ещё тогда, когда, не поставив никого в известность, без необходимых документов, отправился в Англию на переговоры. Он также добавил, что на одном судебном заседании Гесс вдруг обратился к нему и произнёс: «Вот увидите, этот призрак исчезнет. Через месяц фюрером будете Вы». Герингу доставляли удовольствие спектакли, которые разыгрывал Гесс в суде и как на это всё реагировали судьи.
Новость о самоубийстве Гитлера Геринг воспринял как само собой разумеющееся: Это символ Германии. Я не могу представить его, сидящим в клетке. Не все разделяли это уважение к фюреру, некоторые утверждали, что Гитлер – лжец, и кляли себя за то, что не осмелились его убить или хотя бы сказать, что война проиграна.
Ширак более-менее осознал произошедшее и стал утверждать, что он был против войны. Упомянул свою жену, которая осмелилась спросить Гитлера напрямую, куда увозят евреев из их квартир (этот случай действительно имел место, о нём подробно рассказывала секретарь Гитлера в своих воспоминаниях).
Автор приводит результаты и виды тестов, которые он давал подсудимым для выявления их IQ:
1) Запоминание увеличившихся рядов цифр
2) устная арифметика с увеличивающейся сложностью
3) вопросы на понимание
4) картинки и определения
5) паззлы
6) распознавание отсутствующих частей на картинках
и др.
Если говорить кратко, то согласно тесту, все показали высокий результат, немного не дотянул лишь Штрайхер со своими 106 баллами.
Не помню, показывали ли в документалке о Нюрнбергском процессе самих подсудимых во время трансляции на заседании фильма об ужасах концлагерей, но здесь прописана реакция каждого:
• Фритцше сидит бледный и охваченный ужасом.
• Гесс смотрит в стену;
• Кайтель снял наушник и тоже смотрит через очки в стену;
• Геринг облокотился о балюстраду и большую часть фильм не смотрит;
• Розенберг осматривается, несколько раз рискует посмотреть на экран;
• Функ в слезах;
• Риббентроп закрывает глаза, отворачивается в сторону.
Автор приводит и дальнейшую реакцию, уже когда подсудимые находились в камерах. Равнодушным не остался никто. Впрочем, чуть позже Геринг высказался, что он не верит в это, дескать, трупы специально сгрузили в кучу и подвезли трактор – всё для фильма, в действительности такого не было.
Геринг много наговорил лестного в адрес англичан, не скрывал ненависти к России, говорил о том, что англичане сами виноваты, что не захотели сотрудничать. Он же остерегал товарищей по несчастью, чтобы те не отзывались негативно о национал-социализме и Гитлере. Но, показания на суде свидетеля фон дем бах Зелевски серьёзно вывели его из себя и его, он ругался как сумасшедший. Его сдержанности и внешнему спокойствию был положен конец. Эти его реплики запечатлены в этой книге.
Риббентроп, наоборот, сдался довольно-таки быстро. «Мы – всего лишь, живые тени», говорил он. Камера его, и он сам находились в постоянном беспорядке, его бумаги с защитной речью и документами валялись где попало.
Воистину шокирующими были показания Гёсса (коменданта Освенцима), точнее, не показания, а сказанное им психологу о газовых камерах.
Уничтожить 2,5 миллиона – это несложно, за 24 часа можно было убить 10 000 человек. У нас было 6 газовых камер, в каждую из которых помещались от 1500 до 2000 человек. За полчаса можно было покончить с 2000.
Гораздо более трудоёмко было сжечь тела.
Гёсс не отрицал, что верил в то, что «еврейство» угрожает Германии. «Я верил это также как католик верит в католические догмы». Но, как он утверждал, «сначала никто не верил в физическое уничтожение евреев, а потом Гиммлер отозвал меня к себе и отдал приказ. Тогда я ещё не знал, скольких мне придётся уничтожить».
Если во всей этой истории и говорить о каком-то намёке на симпатию, то её вызывает лишь Франк. Он действительно считал себя виноватым и что он и остальные должны быть наказаны.
Да, все они получили обвинительный приговор. Автор описывает то, как себя вели эти люди, находясь в камерах, после того как услышали о своей участи. Тут даже Геринг не выдержал – «глаза его были влажными, а руки дрожали».
Автор приводит последний свой разговор с бывшим рейхсмаршалом:
«помните тест с карточкой с красным пятном? Невротики часто говорят, что это кровь. Вы же, засомневались, но начали пытаться стереть пятно. Точно также Вы вели себя на протяжении всего процесса. Когда свидетельство против Вас звучало безоговорочно доказательно, вы снимали наушник и не слушали».
Сказать что книга была полезной – ничего не сказать. Кто что думал, кто плёл против кого интриги, кто верил в идею национал-социализма, кто просто подыгрывал – здесь есть если не ответы на эти вопросы, то хотя бы приблизительное представление о том, что было в голове у окружения Гитлера. Шайка эта не была дружна, здесь каждый был сам за себя. Что объединило этих людей? Фюрер? Стремление к власти? Каждый из них был обманут.
Цитаты здесь.
Документальный фильм здесь.
84 понравилось
