Игрок

Удивляюсь самой себе: как это сокровище русской классики прошло в свое время мимо меня, всерьез увлеченной литературой девятнадцатого столетия? Разумеется, я слышала об этом романе Ф. М. Достоевского, я давно знала о нем, как и факты об истории его создания. Возможно, именно последние и не давали возможности прикоснуться к великому творению мастера. Роман, написанный за месяц... В голове - сомнения. Как выяснится затем - напрасные. Федор Михайлович без преувеличения гениален, а сроки создания произведения искусства - вещь весьма и весьма условная. Можно и за три года написать бессмыслицу, можно за месяц сотворить чудо...

Рассказывая о русской (да и мировой в общем-то) классике, так и тянет свалиться в патетику, вещая всем известное. А ведь на самом-то деле все просто: роман о нас с вами. Все мы подвержены дурным привычкам, зависимостям, все мы пытаемся по мере сил воспитать самое себя - вылепить характер, выковать волю. Но, как в Алисе в Зазеркалье, надо бежать, чтобы остаться на месте. так и здесь: гений русской мысли наглядно показывает к чему приводит процесс воспитания своего лучшего "я", пущенный на самотек. Снежным комом наваливаются проблемы, угрожая похоронить заживо.

Здесь дал малюсенькую слабину, потакая слабостям, и думаешь, что ничего, что завтра исправлю, ну ерунда же... Нет! Большое начинается с малого. Дурные привычки, дурной характер, дурные поступки - и вот ты уже не принадлежишь самому себе. Друзья отворачивается, любимая и любящая женщина бежит прочь от тебя, ты не можешь смотреть на себя в зеркало без слез, угрызений совести (если она, конечно, еще шевелится там, в глубине души). Ты поставил все и проиграл... самого себя. Без права отыграться.

Была наслышана о том, что это самое непохожее на перо Достоевского произведение. Что оно выбивается из общего ряда по ритму, стилистике, выбранным выразительным средствам, слишком резкое, слишком нервное для него. Не соглашусь, пожалуй. Для меня как раз таки это типичный Достоевский с его мучительным выбором, тяжелейшими внутренними конфликтами, раздирающими на части персонажей, и непростыми философскими вопросами-размышлениями.

Восхищаюсь мудростью книги (это же надо - так поучительно показать обуреваемого страстями человека!) и наслаждаюсь увлекательностью сюжета. С умилением взираю на романтическую линию Алексея и Полины, втянутых, помимо воли, в сложнейшие взаимоотношения меж собой. Тут даже не треугольник, тут квадрат: за сердце прекрасной русской девушки борются англичанин, француз и русский. Но жизнь - не алгебра с геометрией, ту нельзя просчитать плюсы и минусы, подвести сухой остаток...

С волнением наблюдаю ярчайшие сцены в игорном доме - бабуленька, с легкостью просаживаюшая последние деньги, чувствую, нескоро выветрится из моей памяти. Наивно надеюсь на счастливую концовку - ну вдруг? Обманываюсь, конечно, ведь я читаю русскую классику, какой тут радужный финал?..

С грустью наблюдаю за молодым человеком, не лишенным дарований и катящимся на дно жизни...

Хочется верить в счастье хотя бы для него...

И за классиком повторяю:

Шикарная книга для того, чтобы взглянуть в потаенные уголки собственной души и сердца. И чтобы никогда уж более не поддаваться бессмысленным страстям: мы ведь знаем, к чему они могут привести. Зря, что ли, Достоевский писал свой роман...

Было время - зарекся я едва ли не публично, что Достоевского больше никогда, ни за что и ни с кем. Отродясь шел у меня великий классик с таким трудом, что я почти всегда бросал начатое.

Так чего же, спрашивается, я вдруг взялся за "Униженных и оскорбленных"? Отвечаю - коллега посоветовала, которая писала по "Униженным" диплом. Она сказала, что это лучшая книга у Федора Михайловича. Теперь, прочитав ее я могу сказать следующее. Все книги писателя, я конечно, не читал, но из всего дочитанного и недочитанного ("Преступление и наказание", "Братья Карамазовы", "Идиот", "Бесы" и "Бедные люди") это и впрямь лучшее произведение.

Как известно, это первый роман Достоевского после ссылки и второй в библиографии, и Фёдор Михайлович еще не настолько заматерел, чтобы писать длиннющие монологи, в словесной воде и бездонном нравоучительстве захлебнуться можно. Здесь всё гораздо проще. Явно выигрышная композиция романа - быстрый и интригующий старт и не менее быстрое развитие сюжета. Потом повествование немного замедляется, но читатель уже проглотил крючок, и назад не выплюнет - так и хочется узнать, кто там кого развенчает, и развенчает ли, и победит ли добро, и простят ли оскорбленные, и унизятся ли унизившие. Получилось как по жизни получается - хорошее в конце есть, но его слишком мало, сильнейшие мира сего торжествуют, а слабейшие остались живы, и слава Богу. Впрочем, не все и живы остались, и как хочется упрекнуть автора - ну почему вы, Фёдор Михайлович уважаемый, не пожалели бедняжку Нелли, дали бы бедному ребенку, хлебнувшему горя почище, чем иному старику, пожить хорошо в кругу новой семьи. А то и зубами в отдельных сценах скрежетал: но почему эта сволочь князь Валковский не понес никакого наказания? Ну хоть бы спьяну с кареты упал и руку сломал. Так ведь нет, ничего плохого с ним не происходит, как назло, хотя это не хорошо человеку зла желать, каким бы гадом он не был.

На самом деле князь - это худший сорт людей, ибо он не просто открыто признает, какая он сволочь, но и кичится этим, выставляет это как главное свое отличие. На минутку представил подобного человека рядом с собой - сразу затошнило. Понятно, что этого типа не исправит уже ничего - ни нравоучение, ни церковное покаяние, ни тюремное заключение... Только могила, пожалуй. Кстати, сынок его Алеша, на мой взгляд ничем не лучше, просто это противоположная форма своего отца. И лично мне непонятно, как такого славненького, миленького, но абсолютно бесхарактерного и в конце концов предавшего свою любовь мальчика могла полюбить Наташа? Но это мне, мужику, непонятно, а у женщин свои заморочки. Слышал я конечно о том, что "любовь зла...". Вот Наташа и полюбила...

Достоевский мастер описания подвалов, клоак, трущоб и прочих злачных мест, а также диких человеческих эмоций, пьяных побоев, морального опустошения, в какой-то степени садизма. Но финал "Униженных и оскорбленных" - это рассвет. Пусть пасмурный, пусть как бы дождливый, но это рассвет. Самое главное - что Ихменевы (в первую очередь, конечно, старик отец) не потеряли себя, остались людьми и сохранили родительское чувство к Наташе, а сама Наташа не сошла с ума, как это бывает в лучших традициях классической отечественной литературы 18-19 веков.

Так о чем эта книга? О том, что одни через трудности, нечеловеческие испытания и весь спектр внешних козней остаются людьми и сохраняют в себе человечность, а другие, живя легко и беззаботно, оказываются "с грязцой", как говаривал Валковский. Фу, гадость...

P.S. Марина! Если ты это читаешь - спасибо тебе за совет.

За эту книгу в моей жизни спасибо margo000

Вот как-то так совпало, что все время, пока я читала эту, несомненно, прекрасную книгу, мне на глаза попадались интервью и фильмы Тарантино, так что я, наверняка, слишком предвзята в том, что сейчас скажу, но

Мне кажется, что Тарантино - это Достоевский в кино.

Опустим мораль.

Я, признаться, Достоевского не за мораль люблю. Слишком циничное я существо, чтоб искренне переживать всем его персонажам, которые сами себя радостно загоняют в безвыходное положение, выбраться из которого возможным уже не представляется.

Но вот просто вспомните, с чего начинаются Бешеные псы. Правильно, с обсуждения песни Мадонны. Как это влияет на сюжет? Да никак, но ведь хорошо-то как!

Вот в Достоевском мне всегда нравилось именно это.
То, что сюжет и диалоги у него существуют отдельно друг от друга. Все эти нескончаемые разговоры, которые ведут персонажи ну никак не приближают нас ни к развязке, ни к чему бы то ни было. Просто автору хотелось рассказать пару забавных историй - и он их рассказывает. И, кажетсчя, делов-то - взять и бросить читать.
А у меня, тем не менее, ни разу в жизни не вышло бросить читать Достоевского. Вот потому что начала - и он не отпускает меня до самого конца.

И вот я читаю все эти истории про эксгибионистов, жестокость, несчастье, публичные дома, пьянство, бедность, патологическую гордость и все такое прочее, а на их фоне случается невероятного накала история расставания. И остановиться я решительно не могу.

Это я к тому, что Достоевский прекрасен.

Роман Достоевского "Игрок" довольно необычен из-за нескольких аспектов. Во-первых, он был написан в рекордно короткий (для Достоевского) срок. Денежные затруднения обязали писателя заключить кабальное соглашение, установив кратчайший срок для написания романа – один месяц. Во-вторых, произведение во многом автобиографично. Взявшись за его написание, Достоевский поведал публике о собственных внутренних демонах – о своей страсти к Игре.

Игру можно по праву считать главным героем этого небольшого по объёму, но не по смыслу произведения. Место действия – вымышленный город Рулетенбург и его шикарное казино, где кипят страсти, решаются судьбы, рушатся жизни. Заглянуть хоть одним глазком в этот мир лёгких денег и ослепительного блеска мечтает каждый, но не каждый обладает силой духа и решительностью вовремя покинуть его. Так случилось и с главным героем, учителем Алексеем Ивановичем. Сознательный и умный молодой человек он поддался пагубной страсти, которая начала превалировать над всеми его жизненными приоритетами. Она не только подвела его к разорению, но и отодвинула на второй план любовь к Полине, ради которой прежде он был готов на любые безумства. В отличии от Алексея, генеральша Антонида Васильевна, первый раз познавшая зависимость азарта, сумела сбросить его крепкие оковы. Проиграв практически всё своё наличное состояние, она разумно рассудила, что безопаснее будет вернуться в Москву.

Играют в этом романе не только в рулетку за карточным столом, но и чувствами и взаимоотношениями. Полина играет чувствами Алексея, наслаждаясь его любовными мучениями; маркиз Де-Грие играет чувствами соблазнённой им Полины, мечтая прибрать к рукам состояние гипотетически богатой наследницы; "бабуленька" Антонида Васильевна вертит всеми ожидающими её скорой смерти родственниками, желающими наконец-то вступить в наследство; а интриганка Бланш завлекает в свои очаровательные сети сначала стареющего генерала, а затем и самого Алексея Ивановича, сумев обанкротить обоих. Единственный положительный персонаж в романе, пожалуй, – это англичанин Астлей. У него оказался иммунитет как против азартных игр, так и против козней и интриг. Честный и благородный человек, он искренне пытался помочь и генералу, и Алексею, и Полине, но в конечном итоге каждый из них остался верен своей испорченной натуре.

В повести два главных героя: Алексей Иванович Вельчанинов и Павел Павлович Трусоцкий, причем первый подается читателю в качестве все же чуть более главного, поскольку автор рисует картину происходящего, с позиции Вельчанинова. Алексей Иванович представлен нам как человек, впавший в ипохандрию, а говоря современным языком, скорее всего, он переживает кризис среднего возраста, поскольку нам известно, что ему около 40, семья не состоялась, от светской жизни он тоже отошел, женщины, которые раньше представляли для него жгучий интерес, потеряли свою былую привлекательность, а тут еще усиливающиеся грудные боли. Перед человеком, когда-то ярким и способным, но растратившим себя на что-то проходящее и малозначимое, встает вопрос о смысле жизни...

И в этот непростой момент в его размеренное и в какой-то степени болезненное существование врывается "гость из прошлого" - Павел Павлович. Когда-то, а если быть точным, то 9 лет назад, Вельчанинов был другом семьи Трусоцких, а "по совместительству" и любовником жены Павла Павловича - Натальи Васильевны. Это событие производит настоящий взрыв в жизни Вельчанинова, ему становится известно, что Наталья Васильевна умерла, что у неё осталась 8-летняя дочь Лиза, которая, скорее всего, является его - Вельчанинова - дочкой.

В дальнейшем это предположение подтвердится, но Алексея Ивановича настигнет новый удар - Лиза заболеет и все усилия докторов окажутся напрасными - она умрет. Ипохондрия от этого события только усугубится, еще большая тоска охватит Вельчанинова.

Но всё большую роль в его жизни начинает играть официальный Лизин отец, вдовец Натальи Петровны, бывший друг - Павел Павлович Трусоцкий. Это крайне противоречивая личность, истинно "достоевская", маленький смешной человек, в котором борется мелкое и презренное с великим и достойным. Человеческие качества Трусоцкого не вызывают симпатии, да в самой фамилии как-бы заложена одна из его определяющих черт - трусость. Чем-то он напоминает другого героя Достоевского - шута Лебедева из бессмертного "Идиота".

И все же в нем живет больная душа "униженного и оскорбленного" человека. Он прожил с Натальей Васильевной в полной уверенности, что у них счастливая семья, он восторгался "друзьями дома", искренне разделяя восхищение ими с супругой. Он хотел любви и дружбы, и думал, что всё это у него есть. Да, он по мелкости души своей заискивал и перед женой, и перед друзьями, но эта мелкая душа жаждала чего-то великого, и пыталась его придумать так, как ей казалось должно быть.

После смерти Натальи Васильевны, когда он прочел её любовные письма, перед ним открылась правда всего того, что происходило у него прямо на глазах, и что он упорно старался не замечать. Кроме Вельчанинова у покойной жены были и другие любовники, но Алексей Иванович обидел Трусоцкого больше других. И не потому, что именно он оказался отцом Лизы, а потому, что к Вельчанинову Павел Павлович относился, как к божеству, запоминая его слова и мысли, стараясь ему подражать.

Любовь и ненависть борются в душе этого униженного человека. Он готов одновременно и простить Вельчанинова, и убить, он даже делает неудачную попытку. Но... Трусоцкий вечный неудачник во всем: в отношениях с женщинами, с друзьями, поэтому и отомстить бывшему своему сопернику как следует он не может. Наверное, потому что он трусит, он привык быть ведомым, он привык подражать, упреждать, заискивать.

Другим он быть не может. Через несколько лет Вельчанинов случайно встречает Трусоцкого в поезде с новой молодой женой, при паре имеется, как и раньше, - "друг дома", откровенный любовник супруги, которого снова в упор не видит Павел Павлович. Вельчанинов знакомится с его женой и сразу завоевывает её расположение, получая приглашение пожить месяц у Трусоцких. И Павел Павлович готов принять бывшего любовника первой жены в своем доме, он страшно не хочет этого, но из "благородства" перед супругой и перед Вельчаниновым готов снова наступить на те же самые грабли - "вечный муж".

Вечный, всегда и всеми обманутый, упорно продолжающий верить в идеальную любовь и дружбу - «Самый уродливый урод — это урод с благородными чувствами» - выносит своё резюме Вельчанинов. Что же, может он и прав, в том смысле, что сам Вельчанинов - тоже урод, но не такой уродливый, потому что в благородство он не верит, но иногда поступить благородно может, например, отказавшись гостить у Трусоцких, хотя... мне показалось, что новая жена Павла Павловича ему просто не очень понравилась...

Достоевский — глубокий, даже в жаркую погоду ледяной омут, после погружения в который остаётся только долго отфыркиваться и жадно глотать воздух, растирая промёрзшие конечности, клятвенно обещая себе, что больше никогда-никогда ты не решишься погрузиться в эти глубины человеческих невзгод. И всё же через некоторое время тёмные воды снова притягивают тебя к себе, и ты ныряешь, прекрасно зная, что всё вновь повторится после прочтения очередного произведения.

«Записки из мёртвого дома» прочувствованы автором на собственной шкуре, невозможно не узнать его в рассказчике, так что иногда невольно забываешь, что написанное от первого лица произведение говорит устами какого-то выдуманного персонажа. Четыре года провёл Достоевский на каторге, осуждённый по делу петрашевцев, и в результате на свет родилось это отчаянно угрюмое произведение, несущее в себе перл света, надежды и человеколюбия, запрятанный так глубоко, что его не каждый читатель и найдёт. Это произведение читается, как фантастический роман о жизни марсиан, настолько чуждыми кажутся все эти обычаи, понятия и реалии человеку «с воли». И описаны они таким же «марсианином» внутри каторги (которым, несомненно, был не только рассказчик, но и сам благородного происхождения Фёдор Михайлович) — дворянином, которого все не любят и сторонятся, отчего он так и остаётся чуждым всеобщей жизни и может описывать её отстранённо. Это всё-таки не художественное произведение, а чистой воды документалистика, тем более, что о себе рассказчик почти не распространяется, описывая, в основном, характеры других каторжан и их быт.

Кстати, очень любопытный момент в сюжетной канве, повествующей о рассказчике. Говорится, что он до конца своих дней жил максимально уединённо и никого старался к себе не пускать. Не от того ли это, что годы, проведённые на каторге, были стопроцентно на виду у других? Один из важнейших аспектов подобного заключения в том, что преступник ни на долю секунды не остаётся в одиночестве со своими мыслями. Может быть, своим отшельничеством рассказчик компенсировал эти годы вынужденного варения в одном слишком тесном котле с другими каторжанами.

Итак, вот она, каторга:

Мне всегда было тяжело возвращаться со двора в нашу казарму. Это была длинная, низкая и душная комната, тускло освещённая сальными свечами, с тяжёлым, удушающим запахом. Не понимаю теперь, как я выжил в ней десять лет. На нарах у меня было три доски: это было всё моё место. На этих же нарах размещалось в одной нашей комнате человек тридцать народу. Зимой запирали рано; часа четыре надо было ждать, пока все засыпали. А до того — шум, гам, хохот, ругательства, звук цепей, чад и копоть, бритые головы, клеймёные лица, лоскутные платья, всё — обруганное, ошельмованное… да, живуч человек!

Каторга — особое субпространство и государство со своими законами, правилами и обычаями. Достоевский старается описать всё максимально беспристрастно, так что председатель Цензурного комитета даже запрещает первоначально печатать «Записки…», ибо получились они чересчур «мягкими». Дескать, недостаточно потенциальных преступников стращаете, Фёдор Михайлович. И, действительно, начитавшись других источников про тюрьмы или даже (к примеру) современную армию, понимаешь, что на каторге не так уж и плохо: нет драк, нет дедовщины, все необходимые вещи предоставляются государством, а многие арестанты, если они не лентяи и пьяницы, могут позволить себе кушать мясное каждый день. Главного героя, дворянина, никто не любит, но за всё время отбывания срока никто и пальцем не тронул. А то, что воруют… Ну, так где же не воруют-то? Прячь свои вещички лучше.

И всё же… Это не воля, это неволя.

Зимой, особенно в сумрачный день, смотреть на реку и на противоположный далекий берег было скучно. Что-то тоскливое, надрывающее сердце было в этом диком и пустынном пейзаже. Но чуть ли не ещё тяжелей было, когда на бесконечной белой пелене снега ярко сияло солнце; так бы и улетел куда-нибудь в эту степь, которая начиналась на другом берегу и расстилалась к югу одной непрерывной скатертью тысячи на полторы вёрст.

Каторга своё дело делает, люди в ней мучаются. И настоящее сходство заключения с адом можно увидеть в сцене банного дня. Даже ничего не буду говорить про это, надо читать самим, а не слушать многочисленные сравнения с дантовским адом, всплывающие в критике, или просто возгласы, насколько это страшно и мощно. Что это напомнило лично мне? Фашистские концлагеря.

Но Достоевский не был бы самим собой, если бы на первый план вышли не описания быта и подробности существования арестантов, а люди. Характеры. Личности. Цельные и собирательные образы. Даже здесь, в таком пространстве, где все должны бы быть «плохишами», собраны и хорошие, и плохие… И обычные люди, про которых нельзя сказать, хорошие они или плохие. Про каждого персонажа, кратко обрисованного в «Записках из Мёртвого дома» можно написать отдельное произведение, однако их дальнейшую судьбу остаётся додумывать нам самим. Всё, что касается рассуждений о человеческой природе, все описания лучших и худших черт характера арестантов — блестяще, филигранно, мастерски. Любому начинающему (да и практикующему) психологу — обязательно стоит почитать.

Бонусом для тех, кто хочет узнать о «Записках…» чуть больше: о документальной стороне (комментарии И.Д. Якубовича) и о художественной стороне (так нелюбимый многими со школы Д.И. Писарев со статьёй «Погибшие и погибающие»).

Жесткая, мучительная даже книга, вгрызающаяся в мозг, обнажающая закрома человеческой души, полные плесени и паутины. В некоторые моменты, когда читала, даже возникало ощущение удушья от книги. Надо же, произведение небольшое, а какой впечатляющей силой оно обладает! Шаг за шагом разворачивается картина падения человека из-за болезненной привязанности к рулетке.

В моем окружении никогда не встречались люди, помешанные на игре или рулетке (увлечение всякими компьютерными игрушками, не переходящее в манию - не в счет). Может быть поэтому картина, нарисованная Достоевским показалась мне настолько эмоционально тяжелой, подавляющей. Рулетка в один миг может разрушить жизни людей, а само описание душных залов, бешеных глаз, загребущих рук, полного помешательства пугает своей яркостью и реальностью.

Редко встречаются книги, в которых симпатию не вызывает ни один герой. Мне сложно читать их. И не потому, что я склонна идентифицировать себя с персонажем, что я делаю исключительно редко - только, если сам созданный автором мир вызывает жгучее желание в нем оказаться. Нет, причина в другом - сложно читать произведение, в котором некому посочувствовать, некому сопереживать. Мне кажется, Достоевский не просто так обнажает перед читателем все отрицательное, что есть в благообразной с виду семье, он погружается в самую пучину человеческих страстей, вызванных жаждой денег, показывает ничем не прикрытые нарывы на ткани общества.

Странно, что мы не проходили "Игрока" в школе, а ограничились "Преступлением и наказанием". Даже не беря в расчет литературную ценность произведения, мне кажется, оно может послужить очень неплохой "прививкой" от страсти играть, от жажды легкой наживы.

ЗЫ А вообще, любопытные произведения выбирает себе Зеленоградский книжный клуб на прочтение - то легкую, милую, конфетно-романтическую "Апельсиновую девушку" Гордера, то депрессивно-мрачного "Ирока" Достоевского.

Для большинства людей, особенно не читающих, Достоевский -  это история Раскольникова. Моё же первое и очень удачное знакомство со "знаменитостью" получилось с этой книги. Счастье, что я столкнулась с романом будучи более взрослым человеком, нежели каким ещё не являешься в школе. Когда читаешь не по долгу учёбы и не по наставлению учителя, а собственному выбору - очень разные вещи. Одна и та же история может оказаться вымученной и скучной или трогательной и яркой, с отпечатком на всей последующей жизни.

Безусловно для меня, молодой тогда девушки, более всего был интересен любовный треугольник Алёша-Наташа-Ваня. Удивительно, насколько же не меняется человечество спустя века и сквозь ошибки прошлых поколений. Тогда, равно как и сегодня деньги превалируют над чувствами и семьёй. Уже после меня тронула проблема отцов и дочерей. Сама являюсь дочерью своего отца, папиной дочкой. И мне было жутко печально наблюдать за событиями, разворачивающимися между  Николаем Сергеевичем и Наташей.

Этот роман перечитывался мной уже трижды, и всё-равно с трудом даётся питерская повседневность, представленная Фёдором Михайловичем. Проспекты и улицы, захожие дома и рюмочные, мрачные и тесные каморки и тут же обширные княжьи поместья. Ох уж эта унылая и промозглая атмосфера русских писателей.

Не знаю отчего данный экземпляр творчества Достоевского не включён в обязательный школьный курс литературы. На мой невзыскательный взгляд этот роман более динамичный, чем как раз и можно заинтересовать молодого читателя. Конечно "Преступление и наказание" - важная веха в истории русской литературы, ни в коей мере не умаляю значение романа. Однако, Достоевский это нечто больше, чем автор одного романа.

Уникальный шедевр русской классики, который я посоветовала бы каждому читающему человеку.

В какой-то год, уже не помню какой, ставила себе цель — прочитать все малые и менее известные работы Достоевского, перед перечитыванием ПиНа и первым знакомством с оставшимися книгами из пятикнижия автора. Но цель оказалась слишком амбициозной.

Не стала сильно расстраиваться, но и надолго откладывать её не хочу, здесь звучит барабанная дробь, добавился новый роман в копилку прочитанного.

Мне близко творчество Достоевского. Всегда трогают темы, которые он поднимал в своих работах, очень нравится его чуткая и искренняя подача чувств и переживаний. И этот роман не стал исключением, он мне в какой-то степени откликнулся даже больше, чем Бедные люди и Белые ночи.

Начало романа открывают детализированные портреты, которые в ярких красках описывают сразу же характер и нрав старика, сидевшего с собакой. Он ничего толком не делает, просто сидит, но глубина его образа прописана так прекрасно и точно.

Если так посмотреть, то центральной темой романа является любовный треугольник и неразделенная любовь, но в самой глубине лежит тема прощения. Не даром Достоевский начинает повествование с этого самого старика, который не смог простить и умер одиноким, никому не нужным человеком.

Возращаясь к центральной теме, могу признаться в своей симпатии к антагонисту романа, а именно князю, который не скрывал свою сущность от других людей. Не старался прикрыться за добродетелью, которая была бы лишь фикцией. Жаль, что его не смогли принять и понять, им осталось лишь его порицать.

Его же противоположной версией был Иван Петрович, который ничего не знал про корысть, не чурался маленьких людей, смог принять выбор любимой и приютить сиротку. Но я не смогла поверить в такую самоотверженность и чистоту. Почему-то думается, что таких людей просто не существует.

По итогу автор склоняет к свету, а именно на сторону Ивана Петровича, как мне показалось. Но, если представить, что эти персонажи инь и янь, частицы целого, то весь цимус будет именно в балансе.

Не могу сказать, что роман попал в мои любимые у Достоевского, но это хороший представитель его творчества. Очень рада, что наконец прочитала. Появились мысли для размышления, он так и подталкивает посмотреть на свои ориентиры. Из головы теперь не выходит образ старика, впечатлил сильно.