Баня

Владимир Маяковский у большинства современных читателей вызывает обычно легкую бессознательную дрожь от воспоминаний о советском паспорте в широких штанинах, о том, что такое хорошо и что такое плохо, и фантомную головную боль от мыслей о его рваных, резких строфах. Еще выползает из подсознания что-то расплывчато-смутное о лошадях, облаках в штанах, чужой жене с занимательными взглядами на брак и печальном конце жизни поэта. Маяковский находится где-то рядом с красным квадратом и прочими разноцветными геометрическими фигурами, за которые любители готовы платить тыщи-миллионы на каком-нибудь аукционе Sotheby's, а собрание его сочинений благодарные потомки приобретают на Авито...
И когда мне говорят, что самые ужасные воспоминания об уроках литературы в школе связаны именно с ним, я испытываю постоянную неловкость от того, что сердце мое возбужденно трепещет при мысли о поэте с такой беспощадной брутальностью рифм. Но я обычно молчу и веду себя как утонченная аристократка, уставшая от рафинированности окружающих хилых бледнолицых мужчин и время от времени наведывающаяся в лесную хижину, где обитает чрезвычайно симпатичный мускулистый лесоруб, почитывающий Маркса... Он - мой маленький секрет:)
Зачем мне слышать: "Фу-фу-фу! Мало того, что простолюдин, так еще груб, неотесан и скушен... "Баню" его почитай - пропагандистский плакат, серый, несовременный и занудный..."
Зачем мне тыкаться лицом в то, что я и сама прекрасно осознаю...
Увы, какая жизнь - такой и Comedy Club...
Пьеса "Баня" была актуальна в тридцатые годы прошлого века и, вероятно, вызывала искренний хохот публики, как нынче зритель, утирая слезы, смеется над какой-нибудь "Табличкой", а лет через сто наши потомки будут недоумевать, что могло вызвать бурную реакцию в обоих случаях.
Написанная за заказ "Баня" - вещь абсолютно проходная, но позволяющая заглянуть современнику, как будто-то на той самой машине времени, изобретенной товарищем Чудаковым, в жизнь и проблемы тех, кто жил сто лет тому назад. И что самое смешное, заставит обнаружить, что хоть и изменился общий антураж, а проблемы, поднимаемые Маяковским, актуальны до сих пор... Век прошел, а артисты со сцены в современных костюмах шутят все о том же. Разница лишь в том, что Маяковский в пьесе дает читателю и зрителю надежду на то самое "светлое будущее", а мы... мы просто хихикаем и ничего не ждем...

Пьесы читать - это преступление. Даже слушать их - больно. Нужно обязатель смотреть их в театре, именно там они в полной мере расскрываються. Естественно есть исключение, но это явно не тот случай. Может все дело в том, что книга устарела. Дело не только в том, что 2030 год явно ничего общего с этой историей не имеет, соответственно воспринимать ее всерьез практически не возможно, даже как сатиру воспринимать сложно. Проблема еще в том, что пьеса устарела в мелочах, даже начитка у нее советская, ее не возможно слушать с оригинальной скоростью, минимум нужно ее увеличить в полтора раза.

Товарищ Победоносиков рассказывал мне, что такое социализм, но все это как-то не смешно...

Удивительно смелая пьеса обличает нарождающуюся диктатуру. Написана в 1929 году, и государственный корабль из нее можно найти на плакате Капитан Страны Советов. У Маяковского капитана зовут Победоносиков, а на плакате - Сталин.
Будущему стилю - сталинскому ампиру тоже досталось в Бане:

Другие моменты - политическая демогогия "Лев Толстой, Большая медведица нашей литературы", история секретарши Ундервуд "Чьи губы красили - так свои же!!!" будут актуальны далеко не только для Союза.
Маяковский остается верен себе: после мировой революции таких безобразий больше нет. Победоносиков оказывается посрамлен, когда в будущее в виде Фосфорической женщины в прямом смысле стучится в дверь.
А я просто очень полюбила Баню, и уже повторяю за бедной Полей "Смешно!? Не Смешно!" и "Играл наш великий учитель!" - за растратчиком Ночкиным.