Страсти по Максиму. Горький. Девять дней после смерти

Нет ничего страшнее, чем лишить ребенка любви. Его разум однажды начинает делать свои горькие выводы об этом мире, этих людях, об этом Боге.

Так бы и бил этой палкой по башке всех, кто не понимает, что Человек – это звучит гордо!

Не торопитесь осуждать! Осудить – всего проще, не увлекайтесь этим. Смотрите на всё спокойно, памятуя об одном: всё проходит, всё и изменяется к лучшему. Медленно? Зато прочно!.

Водка размягчает сердце русского человека.

Есть загадки истории, которые обречены быть вечными тайнами.

Порой самые банальные чувства трогают живее драматических страстей.

Но что общего у Горького со Сталиным, кроме густых усов?

Всякая попытка радикально изменить то, что создавалось веками, оборачивается дурной пародией на старое.

Если веришь в Бога, то и есть Бог, а если не веришь, то и нет. Именно эта формула Луки наиболее комфортна для современного человека.

Он вообще проделывал над собою какие-то небезопасные опыты: принимал бромистый калий и вслед за тем курил опиум, отчего едва не умер в судорогах; принял сильный раствор какой-то металлической соли и тоже едва не погиб. Доктор, суровый старик,
исследовав остатки раствора, сказал:
– Лошадь от этого издохла бы. Даже, пожалуй, пара лошадей!