они все так щепетильны, когда речь идёт об их зарплатах. никак не могу этого понять, но всем до смерти хочется знать, сколько получают другие, и все до смерти боятся, чтобы кто-нибудь не узнал, сколько получают они сами
(стр. 42)
что может быть свято для рекламщика? мы всё своё время проводим, задавая интимные вопросы совершенно незнакомым людям, и это, разумеется, притупляет наши чувства
(стр. 90)
- что же, в рекламе совсем нет правды?
- конечно же, какая-то правда в рекламе есть. дрожжи в хлебе тоже есть, но из одних дрожжей хлеб не испечёшь. правда в рекламе - всё равно что закваска, которую кухарка замешивает в тесто: она способствует выделению газа в количестве, достаточном, чтобы в поднимающейся массе спрятать грубый обман и придать ей форму, способную привлечь публику
(стр. 105)
при всём при том, при всём при том... бревно останется бревном
(стр. 130)
ужас, внушаемый лесом в темноте - древние называли паническим страхом, или страхом великого Пана. интересно наблюдать, что прогресс ничуть не преуспел в изгании этого страха из распущенных душ
(стр. 205)
- зачем вы ведёте себя как идиот?
-главным образом для саморекламы. нужно уметь быть разным. я всегда разный. вот почему, милая леди, не я добиваюсь, а меня добиваются. вы можете сказать, что это дешёвый способ произвести впечатление, и это правда; но для пропитанных джином душ он достаточно хорош
(стр. 205-206)
мы неотвратимо влюбляемся в высокое, когда видим его
(стр. 207)
и не бойтесь убивающих тело, души же не могущих убить; а бойтесь более Того, Кто может и душу, и тело погубить в геенне
(стр. 336)
перед Господом званий не существует. - если Ему было угодно сделать вас сержантом, это одно, а когда речь зайдёт о том, чтобы предстать перед Его судом и отвечать за свои деяния, - другое. подумайте об этом: в Его глазах и вы, и я, и хоть бы эти рыбы, всё едино - что черви безо всяких там костей
(стр. 341)