Вот уж неожиданно, я просыпаюсь сегодня с утра и начинаю думать об этой книге, хотя не вспоминала её несколько лет. Думала, что исправлю какую-нибудь свою нейтральную оценку на два балла, но, смотрю, уже давным-давно выставила полбалла. Штош. Моему отношению это вполне соответствует, так что пусть стоит. Лет в тринадцать-четырнадцать мне не хватало знаний, чтобы сформулировать претензии. Я видела, что мне нагло лгут в лицо, но не могла понять, в чём. Теперь знания появились (а вот сведения о книге выветрились, так что я разберу только несколько запомнившихся моментов).
В начале десятых очень любили форсить эту книгу в ВК, мол, вон у Оруэлла ничего не сбылось, а вот у Хаксли... Вытираю слёзы смеха. Да, Хаксли - это отличный инструмент, чтобы пихать его, расписывая ужасы капитализма. Но дело не только в том, что жителям оруэлловского общества Дивный Новый показался бы идеальной утопией (причём всем, вплоть до высших слоёв), но и в том, что так как писал эту книгу человек тупой и ханжеский, он не только не предсказал пути развития, но и законно возникших опасностей будущего. Потому что для этого надо обладать способностью к анализу. Потому что для этого надо обладать мозгами. И я не боюсь называть Хаксли тупым (и пох на последствия). Тогда, в своём юном возрасте, я готова была признать, что умный он, а это я по молодости и тупости многого не догоняю. И я прочитала "Через много лет". За давностью времени я не скажу про весь спектр моего о... ошеломления от книги, я помню ощущение от концовки: "И эта малокреативная тупизна выдана за философию?". Далее я просто пользовалась своим правом (спасибо, что есть или было и такое право) говорить, что попросту "Мне Хаксли не нравится". Но вот теперь, видимо, время пришло объяснить ПОЧЕМУ он мне не нравится.
Начну с того, что и обеспечило книге популярность, что и задело меня, но, по вполне очевидным причинам, хотя я понимала, что тут явно что-то не то, опыта в подростковом возрасте мне не доставало - с секса. Ну, где-то до 60-х годов прошлого века тема была запретной, потому само упоминание выключало мозги публике. Уууу, общество, где есть свободный секс... Сжечь их!
Я помнила многие годы эпизод, как мальчик в одном из "детских садов" заплакал, когда в кустах более раскованная девочка попробовала сыграть с ним в сексуализированную игру. Два битья по инстинктам публики - интерес к сексу (который всегда регламентируется сотней запретов) и инстинкт защиты потомства, который тоже на отличненько вырубает способность к анализу. То, что это не могло быть, билось у меня в голове долго, но объяснить, что именно, я могу уже только сейчас.
Болезнь этой книги и Хаксли ваще - это в убеждении, что мораль имеет ценность сама по себе. На самом деле мораль - это инструмент, меняющийся от общества к обществу. Иногда мораль становится инструментом, чтобы угнетать население, но обычно её назначение - сделать правило там, где для объяснения резона не хватает знаний. Почему вообще существует запрет на слишком раннее вовлечение детей в сексуальную сферу? Вот, что меня зацепило, вот, что стало постоянным диссонансом. Потому что у Хаксли не только нет ответа, но и при любой попытке задать вопрос он зажигает факел: "Ах ты аморальная паршивка! И тебя сжееечь!".
На самом деле запрет совершенно логичен. Вовлечение детей в интимные сферы, пока их тело не готово, очень сильно ударяет по их психике. Три-четыре тысячи лет назад как можно было бы объяснить, что такое "психика"? Даже как суеверие это не оформишь, потому что поведение у выросших людей будет крайне разным. Но всё равно с проблемами. Заключение брака во время полового созревания, лет в двенадцать-тринадцать - это не просто "мораль", это защита общества. А лучше ещё подождать года три, чтобы девочка попросту выросла и смогла выносить ребёнка. Равно же её муж-ровесник стал бы работником (пахарем, охотником, живописцем) наравне со взрослыми. Плюс для психики опять же лучше.
Может, у меня недостаток знаний по всем предметам, но я не помню тысячелетних обществ, где была бы традиция брать в жёны семилетнюю. Такие общества существуют, но им сто-двести лет максимум. Далее их завоёвывают по причинам якобы совершенно с этим несвязанным. Ну, прежде всего, в таких обществах женщины не решают вообще ничего, тихо где-то тенями проходят по кухням, плюс психика девочек лучше восстанавливается, чем у мальчиков. Но это всё равно половина общества с сильным психическим сдвигом, с проблемами в восприятии и мировоззрении. И это будет влиять на мужчин так или иначе.
Система "сломаем кость в детстве, а потом срастим гипнозом" - бессмысленна. Она сделана, чтобы попугать идиотов. С этим справляется. Счастливых потребителей веществ и секса было бы в обществе процентов пять. Остальные были бы, как Дикарь - чё-то себе запретить, чтобы почувствовать получше и побольше. Процветало бы безумие во всех его формах. Те, кому разрешено всё, сами бы себе придумывали запреты "не есть все продукты жёлтого цвета" или "не спать с теми, у кого в имени буква К". Но общество при этом идеально психически здорово. Сома всё-таки лекарство, не иначе. В обществе даже нет извращений. Я сейчас вспоминаю и прихожу в ужас, что это Дикарь вдруг открыл этим невинным няшкам, что в мире есть бдсм. То есть люди, которые начинают половую жизнь лет с пяти, вдруг внезапно поняли, где в сексе всё сладкое. Вау. А, может, мы всё-таки в голове ханжи 30-х годов, а не в каком-то там обществе? Потому что слово "секс" он уже научился говорить, а думать о сексе - ещё нет. Или вдруг это полигамия делает общество совершенно здоровым, что в нём нет изнасилований, похищений, желания замучить? Это мы, типа, тысячелетиями понять не могли, что полигамия сделает нас здоровыми?))) Ещё мне дико нравится способ воздействия на моногамов - общественное осуждение)))) На кого оно когда действовало? Даже на "аморалов" в СССР, которых пропесочивали на общих собраниях.)))) О, да, я так верю, что множество пар не стало бы держаться вместе именно потому, что общество их осуждает, а значит именно моногамия стала бы самым быстрым и доступным извращением)) Я помню, что в книге есть какие-то рычаги против диссидентов. Опять же: кого и когда останавливали законы при жажде секс-наслаждений?
В общем, это пугалка. Причём пугалка ханжи для ханжей. Вот, в чём проблема этого произведения. Отсутствие анализа. И попытка нацепить на других людей мировоззрение человека очень больного и закомплексованного в качестве рабочего.
Ну, про общество атеистов ваще молчу. Воспитание детей государством - это ещё Платон предлагал. И не действовало это предложение никогда и нигде вовсе не потому, что не было пробирок. Страх смерти - главный двигатель общества во все века. Но проблема в том, что Хаксли достаточно туп, чтобы не суметь написать книгу про людей, он написал про андроидов, которым выдал ту психологию, которая ему нравилась (вернее, не нравилась), а все несоответствия объясняются гипновнушением и "пасть заткни".
Я почитала другие отрицательные рецы. Там заданы очень верные вопросы: например, на фига воспроизводится столько людей? Они не нужны в качестве рабочей силы. Если их функция - это функция андроидов и потребления, то их не требуется столько. Тем более всякие дельты и эпсилоны. Уничтожение тупых эмбринов или даже младенцев - и вся недолга. Мы понятия не имеем, кто там обществом правит (истеричный Хаксли это и сам не придумал), но понятно, что мораль там можно нагибать, как угодно, а за младенцев никто не заступится, они собственность государства и родственной эмоциональной связи с ними ни у кого нет. Но Хаксли надо накидать, как можно побольше краденного (видимо, у Уэллса с морлоками), ему не до того, чтобы продумывать мир.
Я бы ещё поняла, если бы все касты были нужны как раз для секса. Эти любят такие позы и верёвки, эти вот любители кожи и тентаклей и так далее. Имеет тогда смысл делать много людей, а правителям мира выбирать себе касту в связи со своими предпочтениями. Но опять же... Почему у меня ощущение, что писал книгу девственник? Наверное, потому, что я вижу глубокую любовь к себе любимке, и попытку свои очень убогие представления нацепить на весь мир. Соответственно, страх секса - один из главных двигателей Хаксли. Но этого я ещё коснусь.
Людьми управляют страх смерти и невозможность остановиться на одном уровне наслаждения. Самая рейтинговая реца (между прочим, хвалебная) на книгу содержит вопрос: "Есть ли хоть один изъян у этого общества? Не поиск ли счастья главная цель человечества?". Легко, я могу назвать этот изъян. Это общество не нужно. Оно уже достигло той самой цели - счастья. А потому имеет смысл им всем разом умереть, опившись сомы. Никогда не испытают страдания те существа, что не родились. Прекращение детовоспроизводства было бы идеальным для этого общества. Если нет страха индивидуальной смерти, то не будет и страха коллективной. Но опять же это должно было бы быть произведение человека думающего, а не занимающегося растравлением собственных комплексов.
Страх смерти - это то, что заставляет людей "оставлять что-то после себя". Детей, свои произведения. В конце концов, соблюдать религиозные правила, чтобы получить вторую жизнь, согласно религии. Но в этом мире обрублены все хвосты, всё, что могло бы быть идеологией. А чтобы мы полностью ощутили себя в мозгах ограниченного пту-шника, у людей нет желания бесконечно продлить удовольствия. Ведь при отсутствии вечной жизни все наслаждения конечны. Единственный вариант продолжения - это увеличить продолжительность жизни. Но, разумеется, никому это на фиг не нужно. Потому что потому. Потому что автор с последователями тебе такую истерику закатят, что держись)))
Ну, и стремление людей к цели, а следовательно невозможность удержаться на одном уровне удовольствия. То, что приносило удовольствие вчера, сегодня уже станет скучным. Во многих удовольствиях за наслаждение отвечает эффект новизны. Люди спиваются, сторчиваются, даже умирают от истощения - именно потому, что стремятся к бесконечному "дольше, выше, сильнее". Но общество этих выдуманных Хаксли андроидов на редкость неприхотливо. Они не ищут новых наслаждений в извращениях, в веществах. Ну, про получение удовольствия от боли, я уже выше написала. Я от итога книги обязательно начинаю ржать))) Какая-то невинность, доведённая до гротеска! Во всех этих ощущалках негативные эмоции стали бы давать через год. А если у них есть нелегальные ощущалки, так сразу.
Итожа: это общество никому не нужно. Те, кто правил таким бы обществом, либо бы стали создавать касты для своего наслаждения, либо, согласуясь с человеческой жаждой экспансии, все были бы одержимы идеями покорения космоса. Небо - вечный бзик человечества. В двадцатом веке, когда покорение неба путём отбивания молитв, стало немодной практикой, небо стали обещать тем, кого покрутят на центрифуге и закинут в космос. Ну, людям это нравится, даёт ощущение цели, а я чё? Я молчу, мне-то что. Но это общество нужно одному человеку. Тому, кто его выдумал. Я оттягивала этот момент. Но пришло время поговорить о Дикаре, вернее, о самом Олдосе Хаксли.
Да, этот персонаж - полное выражение болезни автора. И хотя он явно задумывался, как вольтеровский Кандид, на самом деле Дикарь тут для того, чтобы прокричать в харю всем этим сволочам, насколько он тут д`Артаньян. Не я первая писала, насколько отвратный образ у этого Джона - он лезет со своим уставом в чужой монастырь, шеймит женщину, причём мужчины-то могут спать, с кем попало, а вот женщины и именно женщины - шлюхи, избивает её, а потом ещё и себя бичует. Я чужую рецуотцитирую:
Но если Бернард просто пытался Линайну переделать, то Дикарь даже не пытался интересоваться ей. Он придумал себе Джульетту и принялся натягивать этот образ на несчастную девушку. И беситься от того, что она в этот образ не вписывается! Бедный Шекспир, Хаксли - это, пожалуй, худшее, что с ним случилось. Финальный поступок Дикаря по отношению к ней - это просто апофеоз скотства. Автор упорно пытался продвигать тему "любовь невозможна без страданий", но на деле сотворил какое-то уродливое чудовище из страдашек ради страдашек.
Но чуть сместите акцент, увидьте в Дикаре самого Хаксли и всё встанет на свои места. Насколько помню, никто Джону читать Шекспира дальше не мешал. И даже своё писать. Одна проблема: всё, что из себя бы выдавил Дикарь, никому не было бы интересно. В этом-то и причина того, что меня от романа "блеват бросат". Хаксли хочет не своего духовного роста, он хочет признания от этого самого ненавидимого им общества. Равно как и Джон. Равно, как и Бернард, и Гемгольц. А вот бабы, шлюпки такие, этого не ценят! Им нужен какой-то там мужик для удовлетворения тела, а чтобы рядом был высокодуховный гений, желания которого они будут исполнять и высоко ценить, что их тушкам позволили ошиваться рядом, им не нужен. Сжеееееечь ведьм!
Трагедия Дикаря не в том, что ему не дают быть, каким хочет, а в том, что все вокруг не поступают так, как сложилось в его голове. И потому "Дивный новый" - это не антиутопия. Это истерия никому неинтересного мальчика "Я весь такой прекрасный и духовный, а вы все заняты своими жизнями и этого не цените!".
И ужас как раз в том, что именно это и стали ценить. Подростковые страдашки тридцатилетнего тела. Кстати, пыталась я почитать уже во взрослом возрасте "Двери восприятия", не пошло. Дико скучный был этот морализатор Хаксли. Очень глупый мужик, уверенный, что он-то умный и точно знает, как лучше.
И то, с чем я проснулась и какую проблему Хаксли не только не предсказал, но создал, вернее вложил кирпичики в её созревание. А главная беда капитализма, которую пока мало замечают - это современное японское аниме. И все сейчас такие: "Ну, у тебя реца не без минусов, но читать было интересно, но теперь ты окончательно поехала крышаком, мать!"))) Ладно-ладно, это я написала это, чтобы проверить, кто там меня читает и немного взбодрить. Проблема капитализма (и Хаксли, и нашего общества, и общества тридцатых) - это сентиментализм. И он есть повсюду. Но да, кое в чём я сказала правду: именно современное аниме вовсю пропагандирует сентиментальщину. А это крайне опасная штука, приводящая к реальным, а не выдуманным антиутопиям.
В основе сентиментализма очень хорошее человеческое чувство - сопереживание. Но нет таких вещей, которые человек не способен вывернуть во зло. Сентиментализм учит тому, что прав не тот, на кого указывают наши логические построения, а тот, кто громче плачет. Сентиментализм, пострадашки оправдывают любое зло. "Вот тот две тысячи человек увёл в газовые камеры, но он так страдал от неразделённой любви! Давайте поймём его и поплачем вместе с ним!".
Фактически, Хаксли написал книгу про очень, очень, очень плохой мир без страдания. И про очень страдающего по этому поводу героя, которого мир не принимает, так как герой страдающий и духовный, а мир - весёлый и гедонистический. Обычная подростковая хня, вызванная взрывом гормонов и обычной подростковой проблемой "не-дают". Правда, эта фигня вышла из-под пера тридцатилетнего мужика. И ещё сдобрена уверениями, что "эттта филасофия!".
Страдание - очень плохая вещь. Человек не должен стремится к страданию. Когда ему не жалко самого себя, ему тем более не будет жалко окружающих. Размазывание страдашек ровным слоем лишает человека верного понимания мира. И ко всему приводит к тому, что страдашки становятся самоценны, человек получает от них удовольствие. И Дикарь, и публика, скандирующая "Хотим бича!", вместе получают от страдашек удовольствие. Разное. Но удовольствие.
Знаю точно возражение от тех, кто никогда не включал своей головы и пользуется чужой - "Нельзя всю жизнь прожить просто получая удовольствие". Вот тут мы выходим на очень сложную религиозную тему. Человек, который хочет духовно расти, не должен любить страдание. Он не должен бежать от него, но не должен любить. Если страдание должно увеличивать душу, то оно не должно быть перверсией. Иисус в Гефсиманском саду должен молиться о том, чтобы его "миновала чаша сия", а не о дополнительных бичах.
Сентиментализм и создаёт из страдания перверсию. Дикарь не хочет страдать сам, вместо любимой, как сделали бы даже герои Шекспира. Это сентиментализм, детки! Он хочет, чтобы страдали другие, а он бы показал, насколько он их превосходит в страдании, а следовательно намного духовно круче их! Это идея Хаксли. И это идея всех тоталитарных режимов. В их основе всегда что-то сентиментальное, всегда якобы сострадание. Но обычно "счастье для всех" всегда быстро сменяется "духовно очищающим страданием".
"Дивный новый" - книга очень страшная и очень указывающая на своё время. 1932-й год - время начала великой тьмы. Тридцатые закончатся самой страшной войной в истории человечества и перекроят мир. Ни в коем случае я бы не стала запрещать эту книгу. Я бы даже в школе её преподовала. Но только с обратной коннотацией. "Вот, к чему приведут ваши подростковые страдашки". Это мир, сконструированный подростком, которому не просто хочется, чтобы "женщины его любили", но и чтобы женщины были целомудренны, прекрасны, а ещё бы ценимы обществом, чтобы ему досталась такая баба, чтобы все ему завидовали. Но эта книга ещё и вскрывает очень страшный подростковый эгоизм - уверенность, что никому не должно быть хорошо, если подростку сейчас плохо. Уверенность, что люди не должны получать удовольствие от жизни. Что он, подросток, имеет право кого-то учить просто потому, что начитался энного количества книг.
Просто держите это в голове. Ни секунды не забывайте. Эта книга была написана в 1932-м. Если сейчас вы будете слушать уже новых любителей страдания, если будете отдаваться на волю "пострадаем с нами", а не логики, то вот такие же мрачные подростки, которые ненавидят общество потому, что не могут найти изъянов в себе и ищут их в окружающих, эти подростки заставят вас страдать уже по полной программе, без всяких перверсий. Потому что вот такая хня творится у них в голове. Вот такое неумение строить сюжет, мир и тому подобное. Потому что они глубоко убеждены, что надо силком научить слишком легкомысленное общество ценить тех, кто ничего обществу дать не может, но умеет очень красиво "духовно страдать".
68 понравилось
