Скрытый космос

Книга Николая Петровича Каманина, генерал-полковника, заместителя главнокомандующего Военно-воздушными силами СССР по космосу (1960-1971 гг.) выстроена на его дневниковых записях.
Несмотря на специфичность темы «широкому кругу читателей» книга будет тяжела в прочтении лишь по причине немалого объема. В целом она читается легко. Интерес к описываемым событиям поддерживается за счет приведенных уникальных фактов, свидетельств очевидца и непосредственного руководителя, организатора наших первых полетов в космос.
Не случайно название книги. Читатель, мало-мальски заинтересовавшийся темой космоса, с чтением от страницы к странице книги увлекается все больше и больше. Настолько удивительную информацию, не схожую с официальной версией событий, приводит Н. Каманин.
Я читаю подобного рода книги с точки зрения профессионального интереса. Полученные сведения, разделяя на три категории «знакомо», «малоизвестно» и «встретилось впервые», по второй и третьей что-то записываю. В этот раз исписал почти половину блокнота. Увлекаясь новинами вместе с тем полезно было прочесть о вещах основополагающих, что стали забываться. Например, о том, что формально заказчиком первых пилотируемых полетов в космос было Министерство обороны СССР в лице ВВС, а исполнителем громадная промышленная корпорация, руководимая С.П. Королевым. Что С.П. Королев был главным конструктором лишь космических аппаратов (маленького отсека наверху огромной ракеты) и тяжелых обитаемых спутников-станций, а главным конструктором ракеты-носителя был Михаил Кузьмич Янгель. Еще были главные конструкторы по связи и навигации, по системам жизнеобеспечения, по системам катапультирования и спуска и даже по системе автоматического самоподрыва объекта…
Что с самого начала космической эры мы впереди по мощности и качеству ракетных двигателей, а американцы опережают нас по средствам связи, телеметрии, электронике. Кстати, ситуация с многочисленными отказами в системах управления и связи, выявляемыми незадолго или непосредственно перед пуском ракет, о которых пишет Н.П. Каманин напоминает недавний случай с кабелем при пуске с нового космодрома «Восточный». Приходится признать, что мы по-прежнему не дотягиваем до необходимого уровня надежности этих систем. Не догнали…
Впрочем, прекрасно зная, что у нас происходило почти 20 «отперестроечных» лет приходится удивляться тому, что еще сохранился хоть какой-то уровень. Зато достигнутый тогда уровень качества и надежности ракетных двигателей никем не превзойден.
Книга полна самых разнообразных сведений: о личных качествах, материальном благосостоянии и случаях из жизни первых космонавтов, о динамике и темпах развития космической индустрии в те годы, о страшной конкуренции с США за первенство в космосе, о борьбе между генералами Военно-воздушных сил и Ракетных войск стратегического назначения СССР за руководство космосом, об организации межпланетных пусков к Венере и на Луну, о непонимании престарелым управлением Министерства обороны СССР перспектив развития космической программы, о ненужном уровне секретности…
По ходу книги видна эволюция Н. Каманина. Если вначале, при описании подготовки полета Ю. Гагарина видно, что он занимается техническими вопросами, организует работу по совершенствованию средств поиска и спасания, то уже после полета Николаева и Поповича Н.П. Каманин целиком погружен в «организацию самих космонавтом».
Он становится их идейно-политическим куратором: правит и согласовывает заявления и речи на различных мероприятиях, организует заграничные поездки, зачастую лично их возглавляя, составляет планы мероприятий с участием космонавтов, следит за их здоровьем, организует проведение отпусков, отслеживает съемки фильмов и т.д.и т.п.
Очевидно, что Н.П.Каманин в космическом деле окончательно стал идейным отцом-вдохновителем, идеологическим руководителем не только в отряде космонавтов, о и всего космического направления. Очевидно, что он мастер интриг, знаток «под ковёрной игры» и нужных рычагов.
С другой стороны, из каждой строчки этой книги видится, что Николай Петрович Каманин человек дела, человек, поставивший целью своей жизни труд и службу на благо Родины. Человек чести и совести с гибким и свободным умом, он ставит цели и достигает их.
Для себя я так и не решил кто он на самом деле: этакий «серый кардинал» от космонавтики или человек дела и чести.
Однажды я услышал, что великой державой может называться страна, которая способна разрабатывать три программы: арктическую, ядерную и космическую. Дочитав книгу, я думал: люди, которые не жалея сил и здоровья, дали нашей стране перспективу называться великой, эти люди, среди которых был Н.П.Каманин, давно сами стали великими. Чтобы ни было…
И какое счастье что космическая программа продолжается, что многое в ней только начинается…
Вот она пошла, родная (космодром Восточный):

Все четыре тома даже не прочитал, а проглотил. Водоворот фактических деталей, бытовых подробностей жизни космонавтов, описание всех интриг, которые плелись вокруг космической программы СССР настолько увлек, что заставил на время забыть обо всех других книгах.
Конечно, к дневникам Каманина можно предъявлять разные претензии - и в некоторой тенденциозности (но это же дневники!), и в необъективности при освещении работы промышленности и чиновников. Хорошо, кстати, читать эти дневники вместе с корпусом мемуаров других участников космической программы - сразу становятся видны противоречия между текстами, проступает если не правда, то некая "нейтральная картина". Потому что каждый участник, конечно, тянул одеяло на себя и отстаивал свой взгляд на положение вещей. Так вот, претензий к книге Каманина можно найти немало, но это все равно - книга, которую необходимо прочитать всем, кто интересуется работами России в космосе. Многие факты здесь, что называется, от первого лица.
Сейчас, спустя десятилетия после первых полетов в космос, уже можно спокойно читать про "закулисье" жизни космонавтов. И про послеполетное поведение Гагарина, и про дебоши Титова, и про сложные отношения семьи Николаева-Терешковой. Это уже не сплетни, это детали истории.
Особенность книги такова, особенность ее интонации, что к генералу Каманину сразу привыкаешь, начинаешь ему сопереживать. Тем больнее воспринимать последние страницы дневника, написанные уже после отставки генерала. Это записи о погоде, о его повседневной жизни, о работе в партийной организации Дома на набережной, где генерал жил, о встречах с ветеранами. Понимаешь, что у человека был еще много сил, была кипучая энергия, которая уходила практически впустую. Но, к чести Каманина, надо отметить, что он неоднократно подчеркивал в дневнике, что с руководящих постов нужно уходить раньше, чем окончательно одряхлеешь, поэтому не боролся за свою должность и решительно ушел в отставку, когда сложились обстоятельства.

Кто такой Каманин, наверное, знают все - один из героев-летчиков, спасавших челюскинцев. А вот про то, что генерал Каманин опекал первых космонавтов мало кто знает.
Эта очень интересная книга - космические дневники Каманина. Особенно интересна она тем, кто любит сплетни. Потому, что Каманин методично и дотошно писал обо всем - о политике, о политиках, о кадровых перестановках, о взаимоотношении между собой всех участников космической программы, о дележе постов генералами, о характерах космонавтов и их личной жизни, в общем, до всего ему было дело.
Сыромятников в своих воспоминаниях пишет, что Каманин поддерживал в отряде космонавтов палочную дисциплину и космонавты всячески стремились от него улизнуть. Но из каманинских дневников видно, как он любил своих подопечных, как ревностно заботился о них. Он был движущей силой программы "восходов", он не давал увеличивать продолжительность полетов, он следил за техникой безопасности и готов был лезть в драку с конструкторами за своих птенчиков. Если бы в свое время этого твердолобого солдафона послушали, то Добровольский, Волков и Пацаев были бы живы. И, возможно, был бы жив и Гагарин.
Еще Каманин всеми силами пытался закрепить пилотируемый космос за своими родными ВВС и старательно оттеснял гражданских космонавтов. В общем, автор - личность неоднозначная, но безусловно симпатичная.
А еще Каманин записывал многие свои умные мысли, в том числе крамольные. Например, ратовал за свободное предпринимательство, особенно в сельском хозяйстве. Терпеть не мог Хрущева, которого обвинял в голоде 30-х годов, в развале сельского хозяйства и за осуждение культа личности Сталина, ибо у самого Хрущева было рыльце в пушку.

«Я при всех сказал Титову: «Своими поступками ты уже поставил себя вне партии и вне коллектива космонавтов. Есть все основания для исключения тебя из партии и лишения всех званий — депутат, Герой, летчик-космонавт, подполковник…» Но Титова знает не только советский народ, его знает весь мир. Позор Титова будет позором всех космонавтов, позором нашего народа. Мы не можем допустить этого и сделаем еще одну, последнюю попытку оставить Титова и в партии, и в отряде космонавтов. Все единогласно проголосовали за строгий выговор Титову.»

Вторая часть книги Каманина (годы 1964 – 1966). По сути все тоже самое: космонавтов продолжают использовать в качестве рекламных агентов СССР и идеологии пресловутого победоносного коммунизма. После единственного полета практически каждому космонавту предстоит поставить на космосе крест и превратиться в «говорящую» собачку, курсирующую по заграницам. Нужна реклама, например, Фиделю – и пожалуйста: сразу из ларца достают аж несколько космонавтов и реклама Фиделю и его политическим взглядам обеспечена. А тем временем потихоньку, но неумолимо мрут многие ведущие военные СССР. Некоторых, вероятно самых неугодных, оперирует самолично Вишневский. Максимальный груз рекламных поездок по заграничным странам приходится на Терешкову. В космической сфере, как выясняется, и бюрократия космическая. Причем бюрократия, преследующая своей целью поднять бучу среди космонавтов, частично унизить тех. «Начались неприятности в связи с решением Военного Совета о зачислении в слушатели Берегового и о переводе Волынова из группы командиров кораблей «Восток» в группу подготовки экипажей для «Союза». Все космонавты встретили это решение в штыки, они великолепно понимают, что это им очередная пощечина, и они ее запомнят. Гагарин уже звонил Рытову и передал, что среди ребят «пошел порох». Здесь уже Каманин кичится своей властью. Как видно, общее дело его интересует мало, хотя большую часть книги он «ноет» об отставании от американцев. «Правда, я могу так «выполнить» это решение, что Береговой никогда не увидит космоса. Но может случиться и так, что через 7-10 месяцев Береговой станет дважды Героем Советского Союза и первым космонавтом с генеральскими погонами.» Одним росчерком пера Королеву запрещают продолжать строительство «Востоков». Ему предстоит в краткие сроки переделать одноместный корабль сразу в трехместный! Гагарина же, то могут официально пригласить, то в самый последний момент отменить визит. Мол, плевать мы, итальянцы, хотим на вашего первого человека в космосе. Мать первого Героя Советского Союза Каманина получает пенсию совсем не космическую, всего лишь 30 рублей. А Хрущев вручает в Будапеште Яношу Кадару такую же звезду Героя Советского Союза. Причем сделано это было к тридцатилетию создания данной награды. Вероятно специально, чтобы советским героям больнее было. Себя Хрущев то же не забыл и наградил себя званиями Героя Советского Союза и Героя Социалистического Труда Болгарии. Звание Героя Советского Союза было первой ступенькой к дискредитации самого СССР. «Н. С. Хрущев выступал вчера по телевидению с докладом об итогах своей поездки в ОАР (Объединенная арабская республика — Ред.). Мне было неприятно слушать Хрущева, а многие слушали его с озлоблением. Генерал Г. П. Лешуков заявил: «Неужели он не понимает, что встречали не его, а советские деньги… Присвоение Насеру и Амеру званий Героя Советского Союза граничит с преступлением… Обирает свой народ и одаривает черномазых…» Я твердо знаю, что так же думают большинство советских людей.» Тем временем космонавты, незнающие чем себя занять и которых не допускают к полетам на самолетах, развлекаются гонками на авто в пьяном виде. Из-за Титова гибнет девушка, а он подставляет своего водителя… «Девушка сама вышла из машины, подождала такси и уехала. Титов перегнал свою машину на буксире в гараж ЦПК и ушел домой спать. Часа в три ночи на квартиру Титова в ЦПК приехали следователи ОРУДа — оказалось, что девушка, не доехав до больницы имени Склифосовского, скончалась в такси. Сейчас это дело расследуют комендант Москвы генерал-лейтенант Колесников и прокурор Московского гарнизона. Несмотря на целый ряд автопроисшествий, которые ранее случались с Титовым, и невзирая на внушения начальства и полученные взыскания, он продолжает пьянки, встречи с женщинами и бесконечные нарушения правил вождения автомобиля.»
О Титове: после его полета врачи не находят у Титова никаких отклонений, но характер Германа после полета изменился до неузнаваемости. Он излишне тороплив: всегда спешит и везде опаздывает. Ему трудно сосредоточиться на каком-либо одном деле, он с трудом может просидеть 10 минут на одном месте. Возникает мысль о возможной связи поведения Германа с воздействием на его организм факторов космического полета. Из материалов следствия и разговоров с работниками прокуратуры Каманину стало абсолютно ясно, что если бы на месте Титова был рядовой офицер, его бы судили. Следствие прошло мимо целого ряда ложных показаний Титова.
После того, как вопреки мнению космонавтов в космос было решено направить и неподготовленного Феоктистова, в отряде еще более усилились распри и конфликты. Контроля за подготовкой техники к полету в космос почти нет, кроме показушного. «При подвеске космического корабля под самолет датчики крена забыли заблокировать, а корабль крепили с креном, большим допустимого, и, естественно, датчики выдали команду на отстрел люка.» Несмотря на это, ради опять той же показушности перед миром, в полет решают направить на наскоро переделанном в трехместный корабле (из «Востока» в «Восход») трех космонавтов без скафандров. Быть может военные, ответственные за запуски и подготовку не так бы и спешили. Но почему-то кажется, что стать такими торопливыми им помогла катастрофа Ил-18, на котором недалеко от Белграда разбилась военная делегация СССР, погибли 17 человек, в том числе маршал С. С. Бирюзов, начальник административного отдела ЦК КПСС Н. Р. Миронов и другие товарищи. Королева не просто так подчинили военным, с которыми он ничего не мог сделать. Каманин так и пишет: «Для меня стало совершенно ясно, что Королев пытается создать в промышленности все необходимое для подготовки к космическим полетам не только техники, но и людей. Он стремится развязать себе руки и не зависеть от военных при испытательных полетах.» Но военным надо было поиграться в «космические войны». Ведь, как мы помним из первой части книги, основная цель была похерить к американским чертям армию и флот СССР в угоду «мощнейшему» космическому оружию. Даже книги издавались специальные под грифом секретно. «Сегодня получил монографию генерала Ануреева «Боевые возможности космического оружия». Книга имеет гриф «Совершенно секретно» и является докторской диссертацией автора. В книге много длиннот, излишне подробных таблиц и расчетов; но в общем это полезная работа, убедительно доказывающая, что космическое оружие — стратегическое оружие ближайшего будущего, и поэтому необходимо уже сейчас готовить технику, кадры и разрабатывать тактику его использования.» Каманин не зря ел свой коммунистический хлеб. Он умело находил отговорки, когда к нему приходили и жаловались на очень маленькие зарплаты люди, связанные с космической промышленностью, если так ее можно было называть. «Он часто говорит о малом (280 рублей) должностном окладе, с большими натяжками пытался получить 600 рублей за подтверждение звания летчика 1-го класса, жалуется на неясность перспектив ЦПК и своих собственных. Я сказал Кузнецову, что для него перспективой является вся Вселенная.» Из Гагарина Каманин сделал банального стукача на своих товарищей по отряду. Героизм Беляева, который едва не погиб в барокамере, выставили словно промах космонавта… Причем руководитель снова все узнает последним и через третьи руки. «А сегодня Леонов рассказал мне об этом инциденте следующее. Беляев в ходе эксперимента в барокамере начал задыхаться из-за непоступления кислорода. Но он проявил блестящую выдержку, обнаружил неисправность и устранил ее. В неисправности системы подачи кислорода была виновна группа товарищей с 918-го завода, но Беляев «не выдал» их и все взял на себя.» За то постоянно идет борьба с пресловутыми шпионами запада и так далее. Продолжает Каманин часто критиковать Королева. Временами повествуя о своих поездках на охоту. А вот было ли время у Сергея Павловича на охоту на уток? Вопрос, конечно же, риторический. Точно так же, как Рязанская область пообещала выполнить трехкратный план по мясу, Челомей обещает «построить за 1966 год и первый квартал 1967 года 12 кораблей для облета Луны.» И ему почему-то партия верит и дает финансы. Против Королева начинает выступать и Глушко. Складывается ощущение –а ведь Каманин совсем не симпатизировал Королеву – что космос никому, кроме Сергея Павловича и самих космонавтов был не нужен. А может быть Каманин просто хочет создать видимость конфликта? «Со слов Королева, Глушко выступил на заседании ВПК с резкой критикой в адрес ОКБ-1 и Королева — критика была нетоварищеской, со стремлением загнать в угол. Королев сказал, что выступление Глушко не понравилось всем присутствующим, а Смирнов даже вынужден был резко оборвать его. Я знаю, что уже несколько лет Королев не ладит с Глушко. Виновником этой затянувшейся ссоры я всегда считал Королева. Валентин Петрович очень умный и тактичный человек, и я не могу поверить, чтобы он строил козни против Королева. Скорее всего, Сергей Павлович неправильно воспринимает критику в свой адрес. Королев сказал мне вчера: «Глушко считает, что он главный последователь идей Циолковского, а мы — только делатели консервных банок».» А дальше – все, как всегда. Американцы просто «не заметили» выхода Леонова в открытый космос. А потом и вовсе сказали, что все это ложь! Пресловутые «какие ваши доказательства». Когда Королев, по вине советской медицины, умирает, то кажется, что большинство причастных к руководству ЦПК вздыхают с облегчением. Кстати говоря, Королева, словно в издевку, поместили в Кремлевской стене рядом с Курашевым, бывшим министром здравоохранения СССР. Даже Каманина такое «совпадение» покоробило. После смерти Королева на советские экраны выходит фильм «тридцать три». «Леонов, Гагарин и другие космонавты просили меня принять меры по запрещению выпуска на широкий экран кинокомедии «Тридцать три»: они считают, что данный фильм принижает заслуги космонавтов.» Космонавтам все больше приходится заниматься земными проблемами, а не космосом.
Эх, Каманин, конечно с точки зрения компартии СССР, совсем не зря занимал свой пост. Но он совсем не был похож ни характером, ни моральными качествами на Василия Сталина, который спас свой авиаполк от гибели. Когда в начале 1943 года 32-й авиаполк получил приказ прикрывать боевой вылет полка штурмовиков и после изучения задачи и маршрута полета выяснилось, что ни штурмовики, ни истребители из-за нехватки горючего не вернутся на свою территорию, Василий Сталин отказался выполнять боевое задание. В ответ на требование маршала А. А. Новикова выполнять приказ он заявил, что не может оставаться на аэродроме и полетит вместе со своим полком. Перед угрозой гибели двух полков и сына И. В. Сталина маршал Новиков тогда отменил боевой вылет. Каманин же, хотя и был первым лауреатом звезды Героя Советского Союза, на подобные споры с начальством был не способен. Ибо «настоящий» военный… Аминь!