Лавка сновидений

Шикарный рассказ Варшавского, в чем-то перекликающийся с антиутопией "О, дивный новый мир" Хаксли. Двадцатый век, когда писался рассказ, остался далеко позади, прошло еще несколько веков, человечество живет в совершенно новом и право слово дивном мире, но классовая борьба по прежнему имеет место быть.

Теперь в мире царит новый тип неравенства - интеллектуального, и люди разделены всего на два класса: интеллектуалы, они же лопоухие, и просто люди, или, как они сами себя иногда идентифицируют - жирные свиньи для социальных экспериментов.

Дело в том, что главным дефицитом в новом мире является работа - абсолютно всё автоматизировано, даже существует некое подобие интернета, кстати, этот рассказ - единственное произведение середины ХХ века, в котором я встретил его прообраз. Интеллектуальная элита всё взяла под свой контроль, вплоть до деторождения, обычные браки не приветствуются, стало модным выходить замуж за импотентов, зачем плодить "интеллектуальную нищету". Существует специальная программа интеллектуального гороскопа, которая предсказывает кто, с кем и когда должен вступить в половой контакт, чтобы родился гений, который войдет в правящую элиту.

У людей есть всё, они живут в полнейшем изобилии, не испытывая нужды ни в чем материальном, духовной пищи - книг, фильмов - тоже хватает, но они все какие-то усредненные и бездарные, ведь настоящие гении больше не занимаются "неинтеллектуальной" культурой, они исключительно в большой науке - физике, химии, биологии.

Обычных людей превратили в совершенных потребителей, чей удел жрать (никаких ограничений) и развлекаться (то же самое), они лишены возможности созидать и творить, и это делает их чем-то вроде статистов-юнитов в компьютерной игре, или чем-то вроде тараканов.

Кстати, о тараканах. Да, в рассказе присутствует смысловая отсылка к этим не очень приятным насекомым, которую я только что привел, но есть и прямое участие их в сюжете. Один из героев рассказа обзавелся парочкой тараканов и развлекается с друзьями, устраивая тараканьи бега, просто в этом есть какая-то, не просчитанная машинами, непредсказуемость.

У Ильи Варшавского был свой определенный стиль, в его маленьких, но очень многозначительных рассказах, весь смысл раскрывался в последнем абзаце, часто - в последнем предложении. Рассказ "Побег" - идеальный образец творчества советского фантаста-шестидесятника.

В основе рассказа лежит история побега заключенного Арпа Зумби из лагеря. В неком обществе будущего с с тоталитарным режимом большое количество людей, этому режиму не угодных, сидит в лагерях. Пока они сильные и здоровые их используют на добыче урана, а когда силы истощаются, их отправляют умирать на хлопковые поля. Что там, на этих полях, никому не известно, потому что оттуда никто не возвращался. Страх заключенных перед этими полями безмерен, вот и подошла очередь отбывать туда Арпу Зумби.

И тут ему и группе товарищей поступает предложение бежать. Терять нечего, Арп соглашается. Ему с соратниками приходится пережить массу труднейших испытаний, несколько раз оказаться на грани гибели, но всё же благополучно добраться до лагеря повстанцев. В новом мире обретенной свободы тоже придется потрудиться, но это будет не рабский подневольный труд, а изъявление свободной воли строителей нового будущего. А чтобы максимально восстановить подорванное здоровье, с беглецами поработает психолог-гипнотизер.

И вот он - последний абзац рассказа - психолог вместе с охранниками наблюдает, как изможденные доходяги доживают последние дни на хлопковых полях, вкалывая при этом с невероятным энтузиазмом. И тогда она (психолог была женщиной) произносит:
Мощное излучение пси-поля способно только задать ритм работы и определить некую общность действий. Основное же — предварительная психическая настройка. Имитация побега, мнимые опасности — все это создало у них ощущение свободы, завоеванной дорогой ценой. Трудно предугадать, какие колоссальные резервы организма могут пробуждаться высшими эмоциями.

Я была страшно раздосадована, когда в игре мне попалась эта книга! У меня почему-то не складываются отношения с советской фантастикой, и вот тут попался еще один экземпляр. После того как я открыла книгу, я вновь расстроилась и мысленно приготовилась писать разгромную рецензию. Но не сложилось)

Первая же повесть была на библейскую тему, ИМХО, очень сложно написать подобную книгу/рассказ и не зацепить не чьи чувства, сделать это корректно. Но у автора, с моей точки зрения, это получилось. Ну, совершенно нельзя гневно сверкать глазами, когда главным героем является такой очаровательный лопух из будущего, все герои поданы с положительной, очень милой и невероятно забавной стороны. На всю историю показан совершенно другой непривычный взгляд, он демонстрирует, что мы не можем точно знать не то, что все, что было в истории человечества, мы не знаем даже малой ее части! Все могло бы быть совершенно по-другому (и скорее всего было), и я говорю сейчас не столько про историю описанную в книге, а скорее даже о более поздних событиях. Я получала массу удовольствия читая "приключения" попаданца, а под конец задумалась вот отправь меня с моим высшим образованием, почти что степенью, знанием экономики, истории, психологии и т.д. И какой там будет от меня толк? Почему-то мне кажется, что при всем багаже знаний, меня в первом веке воспримут откровенно необразованным, бездарным существом.

Дальнейшие рассказы невероятно забавны (в большинстве своем, есть пара очень печальных), представляют собой откровенную насмешку над нами и нашим миром. Меня даже несколько удивило, что это опубликовали в советское время, хотя в 70-х уже, наверное, не было такой жесткой цензуры. Я читала и тихонько хихикала. До тех пор пока не задумывалась о том, что это происходит на самом деле. Вспомните наших чиновников, изобретателей, ученых, писателей, все это есть в этой книге. Здесь так же описано будущее нашего мира, и мне кажется, что оно намного более вероятно, чем то, что писал тот же Оруэлл или современные писанины вроде Дивергента и иже с ним. Но от этого не становится легче.

Особо хочу остановиться на рассказе Ветеран, он последний в этой книге, он На грани фантастики. Основная канва рассказа, старый опытный моряк (или моряк-механик, как правильней исходя из текста?) делится опытом с молодым, который впервые отправляется в плавание. И как настоящий опытный морской волк, помимо прямых инструкций, он частенько уходит "в сторону" и делится своими воспоминаниями. Этот разговор (скорее монолог) невероятно живой! Я не читала, я как-будто в действительности слушала ворчание старика, и видела растерянный взгляд молодого морячка. Ох, ну, что там за истории! Опять же повторюсь это было бы невероятно забавно, если б не было так грустно. И что удивительно я действительно верю, что так бывает в нашей действительности.

Особо мне понравилась вот такая ситуация: представьте у вас ревизия на складе! Главного кладовщика на месте нет, он болеет/отпуск/отгул, нужное подчеркните. И тут комиссия обнаруживает, что медной Калябры нет! Что это такое за зверь никто не знает, но она вдруг всем очень нужна, не будут же из меди делать какую-нибудь ерунду. Но русской смекалке нет границ!

Вот так все и бывает. Калябры, ведропеды и все остальное замечательно живет в регистрах наших учреждений. Кстати, у меня эта самая калябра всю дорогу была канделяброй)

На этом я закругляюсь. Хочу на последок отметить прекрасную, живую манеру повествования. В книге чувствуется сам автор, его характер, мировоззрение, а еще у него замечательный, и добрый юмор без пошлости и издевок, что сейчас встречается крайне редко.
Эта книга отказалась одним из приятнейших открытий этого года.

Вторая часть условной дилогии Варшавского "Евангелие от Ильи". Произведения связаны только темой религии.
Если микрорассказ "Игра" — неостроумная юмореска о том как Сатана провёл Бога-лудомана, то повесть "Петля гистерезиса" сравнивают ни много ни мало — с "Се человек" Муркока!
Крайне отдалённое будущее (о христианстве уже забыли. Или придуряются? Или историю не учат?).
Исследователь Курочкин, которого я с первых строк начал представлять себе как товарища Новосельцева из "Служебного романа", приходит в Управление путешествий во времени, чтобы отправится в первый век и доказать мифичность Иисуса Христа. Пускается в глуповатые софистические споры с Хранителем Времени, получает реквизит, динарии и пшеничную, и отправляется в прошлое, доказывать, что Христа не было.
Буквально за пять дней, так и не осознав этого, как и Глогауэр из "Се человек", на ровном месте создаёт миф о Спасителе.
Надувной хитон, который не позволил Курочкину утонуть, помню с детства.
Все евангельские тезисы проистекли, по Варшавскому, из сложностей перевода. Курочкин им об одном, а они в меру своего развития всё поняли. Превратно.
Бузусловно, как с одной из деконструкций главного христианского мифа, с "Петлёй" стоит ознакомиться. Но нарочитая глуповатость учёного из будущего, и общий натужно-юмористический тон, не дают воспринимать эту повесть всерьёз.
7(ХОРОШО)

Иногда нужно выходить из зоны комфорта. Не зря гуру саморазвития настоятельно советуют время от времени делать что-то, чего боишься. Ведь можно всю жизнь пробояться непонятного и неизведанного, а можно однажды просто взять и изведать. Примерно так я уговорила себя прочитать "Петлю гистерезиса" - коротенький рассказ советского фантаста Ильи Варшавского, в котором меня поначалу не привлекло ничего - ни сам жанр, который я от души недолюбливаю, ни название непонятное, ни сомнительная аннотация.

Однако на первых же строчках мне удалось выдохнуть с облегчением: рассказ очень быстро увлек и даже стал нравиться. Первым, что меня зацепило, было имя главного героя, Курочкина, которое я вынесла в название этой рецензии, так оно въелось мне в память. С него начинается рассказ и юмор в этом рассказе: не то чтобы я хохотала в голос, но шутки автора оценила. Ему удалось каким-то неведомым образом облечь в анекдот библейский сюжет и при этом не перегнуть палку. Ну, по крайней мере, в моих глазах.

Рассказ читается на одном дыхании: легкий слог, колоритные персонажи, предсказуемый, но все-таки захватывающий сюжет. В конце концов, благодаря этому рассказу я узнала, что такое "петля гистерезиса". Познакомилась с новым интересным автором, о котором прежде даже не слышала. Между прочим, Илья Варшавский терпеть не мог фантастику и фантастические рассказы и начал писать их на спор. Вот вам еще один отличный пример того, что надо пробовать чуждое. Иногда из этого получаются классные вещи!

М.

Далёкое коммунистическое будущее. Уже создана и вовсю используется машина времени. Уже возможны экспедиции в прошлое. Уже раскрыты многие тайны истории. И всё же тёмных пятен ещё предостаточно. Вот, например, совершенно не изучена тема древнего христианства. Религия в развитом коммунистическом обществе уже, конечно, мало кого волнует, но всё же находятся энтузиасты, горящие желанием расставить все точки над и. Именно к таким относится незадачливый исследователь Леонтий Кондратьевич Курочкин, решивший отправиться в первый век н.э., чтобы

Изрядно попотев, Курочкин оформляет соответствующие разрешения и отправляется в Палестину. Приключениям глуповатого историка во времена зарождения христианского учения и посвящён рассказ "Петля гистерезиса" (1970 г.) Название мне почему-то показалось магически- завораживающим, но оказалось, что термин "гистерезис" с фантастикой совсем не связан. Гистерезисом именуют запоздалую реакцию некой системы на определенные раздражающие обстоятельства. Суть его состоит в том, что временное изменение одного фактора вызывает длительное изменение другого, причём эффект сохраняется даже после исчезновения первопричины. Как выяснилось, название рассказу подобрано просто идеально. Получился "эффект бабочки" по-советски. Околорелигиозный юмор и комичные ситуации сложились в лёгкую фантастическую комедию положений.

С удовольствием рекомендую всем любителям путешествий во времени.

Советская фантастика это не приговор. И Илья Варшавский – яркое тому подтверждение. Оказывается, об этической стороне науки можно размышлять весело и непосредственно. И хотя советский строй наложил свой отпечаток в виде различных Комитетов будущего, сборник кажется более чем современным. Путешествия во времени, эксперименты над обществом и мозгом, искусственный интеллект и внеземной контакт – собственно говоря, мы до сих пор не знаем, во что это всё может вылиться.
Слог у Варшавского лёгкий, рассказы то юморные, то философские, но неизменно интересные. Чем ближе к реальности, тем сложнее автору сохранять серьёзность. Даже если вам хватит сил сохранить мину на фантастике, то заключительная автобиографическая часть… Ничего, под столом места ещё много!
Между рассказами сборника сложно найти что-то общее, кроме потрясающего литературного чутья и остроумия. Они будто призваны охватить всю фантастику разом. Хотя кое-что есть: как бы мы не приблизили светлое будущее, всеобщего счастья не случится. Этот факт не вгоняет в ужас, как знаменитые антиутопии. Новое и неизведанное продолжает вдохновлять, привлекают перспективы открытий, изобретений, но только без наивных иллюзий и с полной ответственностью за каждый свой шаг. Мы не осознаём ни всех возможностей разума, ни глубины своей глупости: сами загоняем себя в Систему, а потом стремимся вырваться, переоткрываем колесо, безоговорочно верим машинам и их же опасаемся, собираемся в толпы, чтобы заявить о своей индивидуальности.
Какая святая простота! А посмотришь на мир глазами такого человека, и отступают злость, обида, безысходность. Это наш дом Земля, и никуда от любви к нему не деться.

Очень интересный сборник фантастических рассказов. Включенные в него произведения очень разноплановые, но можно выделить несколько общих идей. Большая часть рассказов посвящена путешествиям во времени. Пожалуй, мой самый любимый рассказ из всего сборника - "Петля гистерезиса" посвященная как раз проблеме перемещения, связей в пространстве и времени, вмешательства в структуру времени. "Петля гистерезиса" о молодом ученом, отправившемся из далекого будущего в первый век н.э., чтобы опровергнуть существование Иисуса Христа. Путешествие главного героя и сама идея рассказа - забавна и остроумна. По этой же теме интересен другой рассказ - "Любовь и время" - с неожиданной и печальной развязкой.

Варшавский играет со стилями, именами героев, местом и временем действия, сюжетами и поднимаемым вопросами. Некоторые рассказы похожи на забавные скетчи ("Контактов не будет"), какие-то на очень закрученную историю с неожиданным финалом (вроде "Ограбление произойдет в полночь").

В целом, рада была познакомиться с Варшавским, хотя впечатление от всего сборника осталось нейтральным. Какие-то рассказы, вроде "Лавки сновидений", оказались проходными, а какие-то запомню надолго.

Поклонницей ламповой советской фантастики я стала еще в детстве, когда, исследуя родительские книжные полки, то и дело натыкалась на Беляева, Стругацких, а однажды откопала там мало кому известного Михаила Михеева. Михеев покорил меня окончательно, и с тех пор я все надеюсь повторить этот опыт, открыв для себя какого-нибудь забытого советского фантаста с похожим отношением к жизни и творчеству.
Так что, получив сборник Варшавского в годовом флэшмобе, я очень обрадовалась, предвкушая возвращение в детство и полузабытый привкус советского футуризма.

Что сказать... повторить те чудесные ощущения, к сожалению, не удалось. Фантастику Варшавского "научной" можно назвать весьма условно, в основном это достаточно поверхностные жанровые зарисовки, зачастую очень простые, уровня одаренного школьника, делающего свои первые шаги в литературе. Есть попытки поднять остросоциальные темы, есть атмосфера той самой прекрасной эпохи наивных мечтаний о космосе и путешествиях во времени, но следа в душе, а зачастую и в памяти, они не оставляют.

К тому же начинается сборник как назло рассказами самыми "сырыми" и насквозь предсказуемыми. Что "Петля гистерезиса", что "Поездка в Пенфилд" не отличаются наличием глубокого смысла и насквозь вторичны.
Внимания заслуживает рассказ "Побег", приятное впечатление производят сентиментальные "Старики" и "Любовь и время", а так же достаточно остроумный "Ограбление произойдет в полночь". Неизвестно как попавший сюда не фантастический "Ветеран" по-хорошему ироничен, явно основан на личном опыте и радует деталями.
В общем, назвать Варшавского открытием я совершенно точно не могу, но благодарна ему за теплую атмосферу покрытых пылью книжных полок и если вдруг выпадет прочесть еще какой-нибудь из его сборников, отказываться не буду.

Рассказы Ильи Варшавского часто сравнивают с О.Генри. И, правда, они похожи чем-то. Возможно, своей любовью к неожиданным концовкам, возможно, юмором. Но для меня Варшавский оказался не самым приятным опытом. Потому что главное отличие от веселого и доброго О.Генри, - сарказм. Это не простая добрая и подтрунивающая ирония, это злой и жестокий сарказм, высмеивающий и издевающийся над всем, что попадет в поле зрения.

Рассказы хороши, одни интересны идеей, другие - неожиданностью финала, третьи - развитием сюжета, но после всех осталось неприятное чувство, какая-то брезгливость. Особенно после прочтения автобиографических рассказов. Ну вот неприятно мне и тут ничего не поделаешь.

Да и темы для сарказма то исчерпаны уже давным-давно и Зощенко, и Аверченко, Гоголем и многими другими. Бюрократия, политический строй, прогнивший капитализм, главенство коммунизма, управление человека посредством телевизора и радио и, конечно, выполнение плана.

Это и правда, очень хороший сборник, но мне не понравилась эмоциональная окраска. Автор то насмехается над своими героями, то издевается, то саркастически смеется. А я люблю более добрую литературу, ведь даже в самый темный период найдется луч солнца.