Собрание сочинений в двенадцати томах. Том 2. Путешествие к центру земли. Путешествие и приключения капитана Гаттераса

То, что он сделал для истории, я сделаю для географии!
Жюль Верн, после знакомства с Александром Дюма.

— Самым счастливым животным на свете, — рассуждал он, — была бы улитка, если бы она могла по своему желанию построить себе раковину. Постараюсь же быть разумной улиткой.

Ничего я не знаю, говорю вам, за исключением того, что я величайший невежда. Но мне дают возможность пополнить, или, вернее, уточнить, мои познанья — в области медицины, хирургии, истории, географии, ботаники, минералогии, конхиологии, геодезии, химии, физики, механики и гидрографии: ну что ж, я согласен и, уверяю вас, не заставлю себя просить!

— Когда «Форвард» одновременно идет под парусами и под паром, то под парусами он идет быстрее.
Приятель Клифтона, по правде сказать, не слишком-то понял смысл этой сентенции, но ему казалось, что всего можно ожидать от корабля, которым командует собака.

Но если бриг не был ни военным, ни торговым судном, ни увеселительной яхтой, — ибо никто не совершает прогулок с запасом продовольствия на шесть лет, — то что же это был за корабль?
Быть может, он отправлялся на поиски сэра Джона Франклина и его кораблей «Эребуса» и «Террора»?

Злые языки утверждали, что он намагничен и притягивает железные опилки... Сущая клевета! Он втягивал только табак, и, правду сказать, в большом количестве.

Нередко встречались также морские коровы, морские собаки — животные, известные под общим наименованием тюленей. Они представляли особенную ценность как из-за своих шкур, так и из-за жира, который является прекрасным топливом. Впрочем, и печень тюленей в случае надобности могла служить превосходной пищей. Тюленей насчитывали сотнями, а в двух-трех милях к северу от брига ледяное поле было все избуравлено отдушинами этих огромных амфибий.

Но, по милости неба, за великими огорчениями следуют и великие радости...

Ах, можно ли понять женщин, молодых девушек, словом, женское сердце! Если женщина не из робких, то уж ее храбрость не имеет предела! Рассудок не играет у женщин никакой роли…

Целую зиму несчастный экипаж находился в плену у льдов, постоянно готовый бросить свои суда. Три недели спали, не раздеваясь. В таком ужасном положении, продрейфовав добрую тысячу миль, суда были отнесены на середину Баффинова залива.