
"...ощущение, что я попала в некое царство, не принадлежащее к миру сему."
Среди множества других стран Колумбия занимает первое место по количеству чудес на квадратный метр. С неба одна за другой спускаются Пресвятые Девы, проливаются божественные слезы, невидимые врачи вырезают аппендикс своим адептам, а ясновидящие предсказывают выигрышные номера лотерейных билетов. Это самое обычное дело: мы поддерживаем непрерывную связь с потусторонним миром — нация просто не выживет без ежедневной порядочной порции суеверий.
Чем хороша латиноамериканская литература - она даёт читателю большой простор для его свободы выбора. Правда, только под сенью великого Маркеса - улетела на небо Ремедиос, не улетела... И, правда, немного с оттенком тех краёв, про которые О. Генри говорил, что там хорошо растут бананы и революции. Так вот, Латинская Америка, она по-прежнему такая, и
я уселась смотреть национальные новости по телевизору: футбольный болельщик нанес смертельный удар ножом продажному арбитру, прокурор пристрелил из ружья двух своих деверей за то, что их мотоцикл слишком шумел, несколько партизан устроили побоище в поселке, обвинив его жителей в пособничестве военным, солдаты устроили побоище в поселке, обвинив его жителей в пособничестве партизанам, — одним словом, все как обычно, все та же карусель смертей, к которой мы привыкли.
Жизнь устроена по-другому, люди думают не нашими понятиями, и счастье - это нечто другое, чем привычно европейцам или северным американцам. Вот именно в такой среде и существует неистребимая вера в чудеса. Особенно в таком районе, как часть Боготы под названием Галлилея, не имеющей никакого отношения к библейской области, а скорее похожей на бразильские фавелы.
Да какой здесь может быть ангел?! Если он спустился на землю и попал в этот район, то наверняка сию же секунду сбежал обратно.
Молодую журналистку начальник посылает туда за материалом для статьи. Ему-то всё едино, есть там ангел или нет, главное - что пойдёт в печать, ведь буквально вчера ещё по самим США прокатывалась волна религиозных чудес, так что его газета имеет возможность быть на гребне такой же волны, которая должна вот-вот начаться и в Колумбии. Мона, которую зовут вовсе не Мона, но, поскольку она светловолосая и первый же встреченный человек её так назвал, так ею и останется, едет туда, настроившись абсолютно скептически. Ни в каких ангелов она не верит, а заданию даже обрадовалась только потому, что не придётся интервьюировать тупых участниц конкурса красоты. Но...
А может, он и вправду ангел… Почему бы и нет? Увидев его, легко поверить в такое.
Железобетонная вера жителей квартала и столь же жёсткое неприятие местного священника, вокруг которого уже успела образоваться группировка С.Ф.А. (Смерть Фальшивому Ангелу), не столь многочисленная, как его приверженцы, зато хорошо вооружённая, сеют сомнения в душе Моны. Далее они исчезают, при том, что Мона прекрасно видит: её ангел небесный по земным меркам болен, у него бывают припадки, и глазами не врача - это эпилепсия. Есть у неё подруга, врач, к ней Мона и привезёт ангела...
Какая я дура! Сжигаю миф об ангеле, зная, что из его пепла родится жестокая правда о человеке.
Именно подруга Офелия и определит целый букет психических заболеваний, не считая как раз эпилепсии и именно ей Мона в запале скажет:
Если ты хочешь хоть немного разобраться в его случае, то должна забыть о своей логике, потому что здесь от нее толку мало.
Если в этот момент вы подумали "ну понятно, он безумен, и те, кто вокруг, ненамного умнее", то спешу уверить: нет. Каждый читатель имеет право на выбор, так оно или нет. С одной стороны, ангел совершенно "во плоти", и последствия его пребывания в нашем мире имеют ...хм, реальное продолжение.
Офелия ругалась, что я не приняла мер предосторожности. — Неправда, ничего такого я не говорила, — заявила она позднее. — Ты не виновата. В конце концов, кому бы пришло в голову просить ангела, чтобы он надел презерватив?
А с другой стороны, перебивки между главами, где Мона рассказывает всю историю, включая её трагическую и непонятную концовку, настолько по-библейски тонки и прекрасны или ужасны, тут уж как воспринимать текст великой книги, особенно Старого Завета, что, понимая, что рассказы от имени ангела совершенно не похожи на канонические, поддаёшься их очарованию...
Слышишь? Шелест крыльев, слабое касание перьев… Воздух слегка колышется… Это и есть мой голос.
Говорю же: свобода выбора. Был ангел, не было ангела?
Но по мере того как число слушателей росло, в рассказах о нем стало все меньше правды и все больше мифов, словно бы речь шла о Супермене или о Пабло Эскобаре.









































