Избранные произведения

Апостол Петр, как известно, струсил и отрекся от него… А учитель так остроумно ему сказал: "На сем камне воздвигну я церковь свою". Какая ирония! Дальше уж некуда!

Я говорил всякому встречному и поперечному, как мне жаль, что теперь уж нельзя поступать подобно некоему русскому помещику, восхищавшему меня своим характером: он приказывал кучеру стегать кнутом и тех своих крепостных, которые кланялись ему при встрече, и тех, которые не кланялись, наказывая и тех и других "за дерзость", ибо считал ее в обоих случаях одинаковой.

И, застряв где-то на полпути между этой бездной и этими горными вершинами, они не жили, их несло волною вырвавшихся из повиновения дней и бесплодных воспоминаний - они, беспокойные, блуждающие тени, которые могли бы обрести плоть и кровь, лишь добровольно укоренившись в земле своих скорбей.

Il n’y a rien ici pour qui voudrait apprendre, s’éduquer ou devenir meilleur, ce pays est sans leçons. On le connaît dès l’instant où l'on en jouit. Ses plaisirs n'ont pas de remords, et ses joies restent sans espoirs. Ce qu’il exige, ce sont des âmes clairvoyantes, c’est à dire sans consolation.

Mais tout le monde sait que la vie ne vaut pas la peine d'être vécue.

Je crois que j'ai dormi parce que je me suis réveillé avec des étoiles sur le visage. Des bruits de campagne montaient jusqu'à moi. Des odeurs de nuit, de terre et de sel rafraîchissaient mes tempes. La merveilleuse paix de cet été endormi entrait en moi comme une marée.

Meursault, homme pauvre et nu, amoureux du soleil qui ne laisse pas d'ombres. Loin qu'il soit privé de toute sensibilité, une passion profonde, parce que tenace, l'anime, la passion de l'absolu et de la vérité... Le héros est condamné parce qu'il ne joue pas le jeu, il est étranger à la société où il vit, il erre, en marge, dans les faubourg de la vie privée, solitaire, sensuelle...

Важен не закон, а наказание.

Общественное мнение - это же святая святых.

Все разыгрывалось как по нотам, естественно, размеренно, спокойно, и у меня возникло забавное ощущение, как будто я здесь — член семьи

Не следует опережать Господа своего и тщиться ускорить ход незыблемого порядка, установленного Творцом раз и навсегда.

«Нет, не любовь и не великодушие подстегивали меня, когда мне грозила опасность оказаться покинутым, а только желание быть любимым и получать то, что, по моему мнению, мне полагалось по праву.»

А в конце концов доктор Риэ мысленно подставлял фразу, которой в учебнике завершается перечисление симптомов: "Пульс становится нитевидным, и любое, самое незначительное движение влечёт за собой смерть." Да, в конце концов мы всё висим на ниточке, и три четверти людей - это уж точная цифра - спешат сделать то самое незначительное движение, которое их и сразит.

Мне следует убить себя или выпить чашку кофе?

Если бы я мог, покончив с собой, увидеть, какие у них будут физиономии, тогда да, игра стоила бы свеч. Но в земле темно, гробовые доски толстые, саван не прозрачный.

Тут вопрос в том, чтобы как-нибудь ускользнуть, да, главное -- увернуться от суда. Я не говорю -- ускользнуть от наказания. Наказание без суда можно перенести. У него есть название, гарантирующее нашу невиновность, -- несчастье. Нет, речь идет о том, чтобы избежать суда, избежать придирчивого судебного разбирательства, сразу его прервать, чтобы приговор никогда не был вынесен.