Классика зарубежного рассказа. Выпуск 2

Художнику стоит обращаться лишь с теми, кто красив и в то же время глуп, - любил повторять он. - Когда на таких людей смотришь, отдыхает твой глаз, а когда с ними беседуешь, отдыхает твой мозг.

На пустяки растрачивая дни,
Мы в грёзах разуверились давно.
Но наше место нам сохранено.
В ночи не гаснет ни одна звезда,
Преобразиться нам дано всегда.

Ах, надо ль говорить, как краток сон?
Хоть сладок, но недолговечен он.
Ах, надо ль говорить, что годы слез
Собой сменяют час блаженных грез?
Богатство, роскошь, коим равных нет -
Но все мрачнее тень, что застит свет..

- Каково же было последнее сообщение?
— Синица в руках, — с превеликой торжественностью прочел джентльмен свою последнюю запись, — лучше журавля в хлебе.
— Я, безусловно, того же мнения, — произнес я, — но разве не следовало бы сказать — в небе?
— Мне было сказано — в хлебе, — отрезал джентльмен.

Не скажу, что в доме не было совсем уж ничего примечательного — потому что я вообще сомневаюсь, будто хоть что-то можно так назвать, разве только на взгляд совсем уж ничем не примечательных людей

Ни один человек не может сказать: "Сегодня я буду счастлив". Эту истину, признанную уже давным-давно величайшими философами, до сих пор не знает значительное количество простых смертных и большинство влюбленных.

Единственные люди, с которыми должен водить знакомство художник, это люди красивые и глупые; смотреть на них — художественное наслаждение, а беседовать с ними — отдых для ума.

Женщины, наверное, не такие правдивые, как мужчины. Они не могут ничего сделать силой, вот и добиваются своего изворотливостью.

С каждым новым стаканом сердечность их отношений увеличивалась.

...на растирание висков ушло столько уксуса, что хватило бы замариновать приличных размеров лосося.