Нина Берберова - поэт, прозаик, критик. В начале 20-х годов XX века уехала из России в эмиграцию.
В книгу "Повелительница" вошел одноименный роман, цикл "Рассказы не о любви" и пьеса "Маленькая девочка". Автор рассказывает о судьбах людей, вынужденно вырванных из своего круга, из своей страны, и существующих отдельно. Они не дома, хотя читают русские газеты, ходят в русский синематограф, и должны обустраивать жизнь здесь... В том числе и личную жизнь.
Это мир чувственной любви, зашкаливающих э...
Несколько лет назад прочитал "Курсив мой" Нины Берберовой и просто заболел эмигрантской прозой. Купил всё, что смог : Ирина Одоевцева, Василий Яновский, Георгий Иванов... при том, что автор - катализатор всего этого процесса - мне не понравился. Эгоцентричная и высокомерная Берберова считала себя ровней своим великим современникам, называя себя писателем, хотя по моему представлению была просто музой, женой, а потом и роковой женщиной для Владислава Ходасевича.
С предубеждением и некоторой опаской я приступил к "Повелительнице", и надо же как я ошибался! Очень короткий роман (всего 85 страниц в бумаге), но какой насыщенный текст! Такую книгу не будешь читать по диагонали, наоборот, некоторые предложения приходилось перечитывать. О чем? Об ожидании и поиске любви:
Той любви, которая когда-нибудь должна же будет прийти, не было... Когда уходило то, что называлось любовью, оставалось недоумение, легкий укол самолюбия, но бережное отношение к самому себе приказывало ему освободиться от этого бесполезного веющего песка. Это не был разврат, это не была влюбленность, это был суррогат любви. В суррогате этом было все, что бывает и в любви, но в таком жалком, приниженном виде, что минутами становилось стыдно себя самого. Уж лучше бы это была только влюбленность, с потением рук и дрожью голоса, с умышленными нечаянными прикосновениями, длительная, изнуряющая, на грани душевного обморока, но зато чем-то по-своему полная. Лучше бы это был прямой разврат - жаркий и короткий, но уже одной подлинностью своей имеющий право на существование...
Текст по стилю напоминает недавно прочитанного Брюсова. Никакой эмигрантской тоски, хотя действие происходит в Париже. В общем читал - смаковал. Может понравиться любителям прозы Гайто Газданова (собственно они современники и писали в одном городе).
Рассказы из сборника мне как-то не пошли (да я вообще не люблю малую форму). А вот биографию Чайковского Нины Берберовой поищу - читал, что это наиболее объективная биография композитора.
И снова я оказалась жестоко обманутой в своих ожиданиях. Фамилия автора и некоторые факты ее биографии мне были знакомы, но вот творчество - нет. Более того, даже желания такого не возникало. И все же я позволила себе ждать от книги чего-то определенного, чего-то вроде:
Я давно на родине не был,
Много в сердце скопил тоски.
(А.Яшин)
или
В большом и радостном Париже
Всё та же тайная тоска.
(М.Цветаева)
Но нет. Здесь нет тоски по Родине, хотя все без исключения произведения в этом сборнике необычайно депрессивны. Кроме того, я очень не люблю малые формы, мне сложно их воспринимать, поэтому вся надежда была на то, что в аннотации названо гордым словом "Роман". Впрочем, надежда была вялой, потому что указанное количество страниц книги упрямо нашептывало, что впихнуть роман, целую кучу рассказов и пьесу в 315 страниц нереально. Ну что ж, к сожалению, в этом я не ошиблась - роман оказался всего лишь повестью.
Так уж получилось, что и "Роман", и 19 "Рассказов не о любви", и даже "Пьеса" оказались практически калькой друг друга. Во всех какие-то совершенно никчемные персонажи, почти все они - русские эмигранты, живущие преимущественно в Париже, хотя встречаются и американские варианты, и пара-тройка жителей других европейских стран.
Кажется, впервые в жизни мне попалось такое огромное количество произведений оптом, от которых в ближайшее же время не останется никакого следа. Я не могу сказать, что мне все образы оказались неприятны, но и симпатии не вызвал ни один из них.
Как же так?! Казалось бы, "весь цвет российской интеллигенции" покинул Родину, чтобы дальше процветать в привычной для себя обстановке под хруст французской булки и периодически тосковать по березкам и петербургским балам. Нет, нет и нет! По версии Нины Николаевны, каждому из них вдали от дома была уготована судьба "никчемного человека" - несчастливые семьи, неумение любить, неумение дружить. И практически ни одно произведение в этом сборнике не имеет хотя бы более-менее логического завершения. И вот опять выступает на передний план мой личный субъективизм - я не люблю открытых финалов. Не имею ничего против таковых, когда того требует сюжет, но такое нагромождение недоговоренностей, как здесь, заставляет думать, что автору просто-напросто нечего сказать. Появляется ощущение, что посреди спектакля прима тихо покидает театр. Но это же прима! Ее уход замечают все!
В "романе" рассказывается история двух взрослых братьев, мать которых покинула их, выйдя замуж за американца, а "мальчики" вынуждены прозябать в сером и унылом Париже. Честно, я не знаю, как автор это делает, но у нее и Париж серый, и старший брат накануне собственной свадьбы блеклый и тоскливый, и младший братишка, ни в коей мере не утешается близостью великолепной юридической карьеры, а впадает в какой-то маразматический любовный угар, чтобы вдруг:
он...не заплачет, оттого что холодно и злобно в омертвелой душе, и скука, бессонная скука в ядоносных мыслях.
Между прочим, это последняя фраза так называемого "романа".
Обычно я подобные истории называю "соплежуйскими", потому что они после себя не оставляют ничего, кроме одной-единственной мысли" "Что это было???"
Когда я говорю, что не люблю малые формы, а в особенности рассказы, это совсем не означает, что я их не знаю, никогда не читала и мне не с чем сравнивать. Поверьте, я в состоянии оценить качественную прозу. Взять, например, Мопассана или Куприна, Чехова или Цвейга. У них есть небольшие произведения, но такие, которые оставляют в душе след на долгие годы. Рассказы же Нины Берберовой - это некие зарисовки, которые чаще выглядят как "один день из..." Все 19 историй "не о любви" пронизаны даже не тоской, а какой-то безысходностью, больше напоминающей огни приближающегося поезда в тоннеле, из которого нет выхода. Бог с ними, с хэппи эндами, но не могут же все без исключения люди быть не просто несчастными, а безнадежно больными, хроническими неудачниками и пессимистами. Здесь нет места ни единому лучику света, нет ни следа юмора, а одна-единственная сцена, в которой герои смеются (Аукцион), больше напоминает истерику. Возможно, описывая возвращение одного из эмигрантов на экс-Родину (не навсегда, нет, а только с экскурсией), автор сделала попытку пошутить, описывая его мысли:
...ведь я не турист, я, знаете, еду туда, как к себе домой немножко. У меня там даже есть одна знакомая дама, вдова известного русского художника, современника Поленова и Сурикова, очень интересный человек. И вообще, знаете, это такая страна, в которую время от времени необходимо возвращаться…
(Петербургский сувенир)
Но и здесь получился недобрый такой стеб, ибо персонаж этот не посчитал нужным даже парой слов перекинуться с "очень интересным человеком".
Не вижу смысла пересказывать содержание всех рассказов сборника, потому что они совершенно идентичны - женские и мужские персонажи в них похожи друг на друга если не как близнецы, то как родные сестры-братья - точно. И общее звучание историй одинаково минорное, какой из рассказов ни возьми. На этом фоне Салтыковское "пьют и воруют" звучит как ода оптимизму.
Кстати, эротическая составляющая во всех произведениях этого сборника выражена достаточно ярко, но при этом очень и очень целомудренно. Вроде как "все со всеми", но так все скромненько, по-тихому, за закрытыми дверями с полунамеками или недоговоренностями. Жизненно получилось, не то что у Аксенова с его "Сагой" ))
Пьеса. Вот она казалась мне полной засадой, потому что если я что-то и не умею читать, то это драматургию. Как ни странно, но она мне почти понравилась. Интересно было следить за тем, чем весь этот гештальт с удочерением великовозрастной девицы закончится. Ну и, конечно же, более всего волновал вопрос адюльтеру быть или не быть? К моменту чтения пьесы я уже понимала, что автор не даст ни единого шанса на счастье никому из своих персонажей, но все равно было интересно, как она это обыграет. Ну что ж... И этих героев она не пощадила. Начиналось с водевиля, а закончилось, как водится, драмой. С приоткрытым финалом, естессно.
Пишу сейчас свои впечатления и пытаюсь понять, что же должно происходить в жизни женщины, если она пишет такое? Сейчас, наверное, психиатры смогли бы поставить диагноз только на основании анализа ее произведений, написанных в конце тридцатых - начале сороковых годов прошлого века. Других не читала, судить не берусь, но конкретно этот сборник необычайно депрессивный. Каждому положительному персонажу автор приготовила либо персональную гнильцу, либо какую-нибудь пакость от жизни. Но даже таких положительных героев мало, в основном ее герои такие, что оставляют равнодушными. Какая-то серая масса.
Почти в самом начале чтения я поняла, как будет выглядеть моя фотография - тоскливо и мрачно. Именно в таком виде оно как нельзя лучше отражает впечатления от прочитанного, увядшие цветы - это всегда унылое зрелище:
Все внутри, время остановилось, но это "всё" не глубоко и не драматично, если не считать драмой само отсутствие глубины. Описания выражения чувств хороши, но не сами эти чувства. "Роман" является таковым лишь как описания отношений между героями - ну да, у них любовный роман, с кем не бывает, предполагаю, задумка была масштабной, но осталась не реализована, смотрится аккурат как конец сериального сезона. Авторский стиль можно было бы называть "живительно классическим и приятным", если бы не периодические ухабы и подножки в виде однокоренных слов рядом, неоправданных повторов и прочих неприятностей для таких придир, как я.
Малая форма сослужила автору лучше, но это не означает, что рассказы чем-то объединены или вызывают восторги. Низменное, мелочное, как купленный на аукционе топорик и в тот же день потерянный за комодом. Хотя в основном речь не только и не столько о быте, а о том, что в самом деле важно персонажам, чем они живут, и это оказывается в словах Берберовой жалким, пыльным и несостоятельным. Лишь рассказ о реке произвел на меня большое впечатление, напрашиваясь в личный сборник, стоящий на воображаемой полке в голове, с надписью на обложке "Лаконичное, но сильное".
Пьеса интриговала-интриговала, да не выинтриговала. Так и напрашиваются на дописывание полдюжины альтернативных концовок. Тема адюльтера актуальна во все времена, а вот те финалы, которые я нафантазировала, ещё не узнав, что выбрала для своих троих Нина Берберова, пожалуй, тогда бы наделали в приличном французском обществе много шума, а то и не были бы опубликованы. Вот интрига так интрига!) Так, ладно, это штука с известной долей правды. Берберовский сюжетный поворот наверняка бы шокировал Льва Николаевича (см. "Анну Каренину"), хотя итог-то один (сомнительный спойлер - ничего хорошего).
А вот итог от чтения сборника не так однозначен. Пожалуй, я оцениваю данный опыт положительно. И возлагаю большие надежды на "Курсив мой".
54 понравилось
