Сервантес — писатель с орлиным лицом
Сервантес — испанский гений, живший в одно время с Шекспиром, умерший с ним едва ли не в один день и в такой же степени одержимый написанием текстов. В отличие от британца прославился только одним из написанных им произведений — «Дон-Кихотом», но зато как! До сих пор, уже четыреста с лишним лет, «Дон-Кихот» — текст номер один во всей многотомной мировой литературе. «Анна Каренина» Льва Толстого где-то совсем рядом. Возможно, просто из деликатности. Впрочем, так же, как и «Гамлет» Шекспира по-прежнему главная пьеса мирового театра, с которой соперничают его же «Ромео и Джульетта» и «Король Лир». В том же ряду с краю — чеховский «Дядя Ваня». Сервантес жил дольше Шекспира: шестьдесят семь лет против пятидесяти одного, но разницу в продолжительности жизни, а следовательно, и во времени на творчество съела военная служба и, пуще того, алжирский плен, в котором Сервантес провел целых пять с половиной лет и где «научился терпеливо сносить несчастия».
На момент публикации «Назидательных новелл» Сервантесу шестьдесят четыре года. К тому времени у него всего шесть зубов, «очень неказистых и плохо расставленных, ибо соответствия между ними нет». И здесь он опередил Толстого, с ранних лет маявшегося зубной болью — до тех пор, пока во рту у него не осталось четыре зуба. На тот момент русскому писателю не было еще и сорока. «Новеллы» для Сервантеса еще одна попытка обрести материальное благополучие, которое ему не принесли ни военная служба, ни прославленный «Дон-Кихот Ламанчский». Сервантес понимает масштаб своего дарования, однако возможности испаноязычного книжного рынка еще слишком малы, чтобы обеспечить безбедное существование гениальному писателю, которому суждено прославить испанскую литературу в веках. Но ведь и британцы оставили умирать в нищете своего гения — Шекспира. Его завещание — в нем он распределяет между родственниками имущество, нажитое непосильным литературным трудом, — нельзя читать без слез.
«Назидательные новеллы» вызывают такое же любопытство, как пьесы Шекспира, оставшиеся в тени его сценических бестселлеров: в какой степени в них проявился этот возвышенный гений? Были ли предыдущие тексты случайностью, а может быть, и вовсе написаны другим автором? Тексты Сервантеса не вызывают сомнений: все они написаны рукой одного и того же автора. Здесь его и Шекспира судьбы расходятся. Репутация Сервантеса как автора не вызывает сомнений, Шекспир же и после смерти вынужден оправдываться: почему ты оказался таким гениальным? Как солдат морской пехоты однажды стал автором «Дон-Кихота», так офицер русской армии — автором «Анны Карениной». Гений проявляется в ком захочет. И тогда какая-то незримая сила приковывает автора даже не к письменному столу — к листу бумаги, по которому он принимается водить пером, не зная устали и не пытаясь объяснить себе, зачем это делает.
В «Новеллах» есть узнаваемый сюжет, успевший за прошедшие со времени их выхода в свет четыреста лет назад едва ли не набить оскомину: в «Цыганочке» молодой и прекрасный кабальеро сходит с ума от не менее прекрасной цыганки и ради нее вливается в цыганский табор, начинает воровать днем и ночью и добивается в том практически совершенства. Но однажды его дворянская природа берет верх: он не может снести оскорбление и ввязывается в поединок, заканчивающийся смертью его соперника. О ужас! Но счастье приходит, когда его уже не ждали. Чтобы вызволить возлюбленного, цыганка отправляется в когда-то бывший для нее родным дом, откуда ее похитили в бессознательном возрасте. И ее настоящий отец может решить судьбу ее избранника. О счастье! И вдруг среди прочих мы читаем новеллу «Лиценциат Видриера»: там главный герой воображает себя сделанным из стекла и начинает говорить по любому поводу правду, какой бы нелицеприятной она ни была, и убеждаемся: все-таки этот Сервантес был гением!
2 понравилось
