Кажется, Фэш тоже об этом подумал.
Он резко остановился и повернулся к Василисе.
— Ну прости меня за все, ладно? — сказал он, виновато улыбнувшись, отчего на щеках показались ямочки. — Я же не знал, что ты совсем не такая…
И он вдруг очень нежно сжал ее запястье. Его ладонь оказалась сухой и горячей.
— Правда, я до сих пор думаю, — медленно продолжил он, глядя прямо в глаза и беря ее за вторую руку, — зачем тебе все это?
Василиса моргнула, но глаз не отвела. Даже постаралась успокоиться.
— Ты… про что?
— Часодейство, Ключи, борьба…
Фэш еще немного подступил, не сводя с нее странного взгляда, и шепнул:
— Мне кажется, Василиса, ты в очень большой опасности.
Василиса подумала, что сейчас она действительно в опасности: голубые глаза Фэша были почти рядом.
— Я тебе не верю. — Она вдруг тоже перешла на шепот.
На его щеках опять появились ямочки. Фэш еще немного придвинулся к ней, провел ладонями вверх до ее локтей и чуть сжал их. Василиса, совсем растерявшись, перестала дышать. Расстояние между ними было таким близким, что она ощущала на щеке его дыхание.
— Я все хотел тебе сказать, что… — Голос его прервался.
Василиса ощутила, что ее наполняет некое незнакомое чувство, словно хочется взлететь и провалиться сквозь землю одновременно. Фэш не отрывал от ее лица пристального взгляда и, словно забывшись, нежно провел пальцами по ее руке вверх, осторожно погладил плечо, а после тронул за волосы — забрал прядку за ухо ласковым жестом.
— Ну, хотел тебе сказать… — снова начал он как-то непривычно робко.
Его руки скользнули вниз и сжали ее ладошки.
— Так что хотел? — не выдержала Василиса и тут же прокляла себя.