Со всем уважением к Вам, сэр, позвольте напомнить, что мы вместе с мистером Вандермаром сожгли древнюю Трою. Мы принесли во Фландрию Черную Смерть. Мы лишили жизни десяток королей, пяток пап, полсотни героев и двух уполномоченных божеств. Нашим последним заданием было замучить до смерти целый монастырь в Тоскане шестнадцатого века. Мы чрезвычайно профессиональны.

Мне нравится думать, что когда пьешь это вино, ты пьешь солнечный свет тех дней, которые уже не вернуться.

Она посмотрела на него с грустью, как смотрит мать, пытающаяся объяснить ребенку, что любой огонь жжется. Да, и этот тоже. Уж поверь мне.

Маркиз скептически уставился на потертые доски, ободранные плакаты и кривые гвозди - впрочем, он всегда и на все смотрел скептически.

Аббат знал, что ожидание - грех. Следует ценить каждое мгновение. А ожидание - это неуважение по отношению к будущему и настоящему одновременно.

А сейчас – вперед. Людей убивать, себя показать.

“Лондон вырос и стал огромным и разнородным. Это был хороший город, и те, кто здесь оказался, вынуждены были дорого платить – потому что за все хорошее приходится платить. Впрочем, и сам город заплатил немало".

- У тебя, похоже, отличное настроение...

• Еще бы! Я вернусь домой. Все будет как раньше. Скучная, прекрасная жизнь!

Бывают такие ситуации, когда выбора нет.

Девушка плакала - так, как плачут взрослые. Они стараются сдержаться и сердятся, когда слезы все равно прорываются, и от этого вид у них уродливый и смешной.

Мгновения следует переживать, а ожидание - грех как против времени, которое еще настанет, так и против минут, которыми пренебрегаешь ныне.

- ты кошек любишь?

• да

• что будешь - ножку или лопатку?

  (с) неточное цитирование

— Прошу прощения, — сказал он. — Я знаю, это очень личный вопрос. Но вы клинический психопат?
— Возможно, но весьма маловероятно. А чем дело?
— Ну, — сказал Ричард. — Один из нас точно тяжело болен.

«Старине Бейли не нравился «Сентр Поинт», однако, как говорил он своим птицам, с крыши этого здания открывается шикарный вид, и к тому же это единственное место в Вест-Энде, откуда не видно самого «Сентр Поинта».»

– Мы всегда поим чаем тех, кто приходит за ключом. Это испытание для нас. Не для тебя.

– Потерянное, утраченное! Потерянное, утраченное! Никаких подделок, все честно, легально, все официально

Ангел Ислингтон, стоявший рядом с ней, повернулся и широко улыбнулся. В его улыбке читались сочувствие и теплота, и Ричарду стало страшно.

У тебя доброе сердце, – проговорила она. – Этого бывает достаточно, чтобы не пропасть.

Нет большего дурака, чем старый дурак

Маркиз с детства знал, каким он быть не хочет. Он определенно не хотел быть похожим на Перегрина. Он вообще ни на кого не хотел быть похожим. Он хотел быть элегантным, неуловимым, великолепным и, самое главное, исключительным. Совсем как Перегрин