Цитаты из книги Пигмалион

Есть ли на свете рабство более гнусное, чем это рабство мужчин у женщин?

-Только не вздумайте гипнотизировать меня. Я видел, как люди становились круглыми дураками от этой штуки. - Успокойтесь. Я видела, как люди становились дураками без всякого гипноза.

Это грозное рычание неба, знаменующее его отвращение к нам, жалким, бесполезным тварям.

Неужели я разбила Вам сердце, Мистер Менген? Я же ведь не знала, что оно у Вас есть. Ну откуда я могла знать?

«Берегите пенсы, а уж фунты сами себя сберегут», — эта пословица так же справедлива для формирования личности, как и для накопления капитала.

Вы знаете, в чëм секрет, Элиза? Не в том, что человек ведëт себя плохо или хорошо или ещë как-нибудь, а в том, что он со всеми людьми ведëт себя одинаково.

...ибо правильно сказал шотландский менестрель, что создающий песни народа могущественнее, чем создающий его законы.

Мир никогда бы не был сотворен, если бы творец его боялся кого-нибудь обеспокоить. Творить жизнь - значит причинять беспокойство. Есть один только путь избежать беспокойства: убийство. Вы заметили, трусы всегда требуют, чтобы беспокойных людей убивали?

Пикеринг. Послушайте, но неужели у вас совершенно нет чувства морали? Дулиттл (не смущаясь). Оно мне не по карману, хозяин. Будь вы на моем месте, у вас бы его тоже не было.

Миссис Пирс. Но все-таки, как это все будет? Вы собираетесь положить ей какую-нибудь плату? Будьте же рассудительны, сэр.

Хиггинс. Ну, платите ей, сколько там нужно; можете записывать это в книгу хозяйственных расходов. (Нетерпеливо.) Да на кой черт ей вообще деньги, хотел бы я знать? Кормить ее будут, одевать тоже. Если давать ей деньги, она запьет.

Мешок с гвоздями у вас вместо сердца.

Женщины всё переворачивают вверх дном.

... какие у всех людей чувства, такие и у меня...

Современные Деяния Апостолов составили бы целых пятьдесят Библий, найдись кто-нибудь, кто сумел бы их написать.

Нечего сперва раболепствовать передо мной, а потом возмущаться, почему я не интересуюсь вами. А кто может интересоваться рабом? Если вы хотите вернуться, возвращайтесь ради настоящей дружбы.

Морелл. Человек может подняться на самые высокие вершины, но долго пребывать там не может. Марчбэнкс. Неправда. Он может пребывать там вечно, и только там! А в те минуты, когда он не там, он не может ощущать ни покоя, ни тихого величия жизни. Где же, по-вашему, должен я быть, как не на вершинах?

Человек может подняться на самые высокие вершины, но долго пребывать там не может.

Честный человек понимает, что он должен платить небу за каждый счастливый час доброй мерой сурового, бескорыстного труда, который состоит в служении ближним. Мы не имеем права пользоваться счастьем, если мы не насаждаем его, как не имеем права пользоваться богатством, не заработав его.

Оставим позади Рим – Рим, который достиг величия только затем, чтобы узнать, как величие порабощает племена и народы, коим не удалось стать великими.