Горький запах осени

Кто не знавал, как безнадежно тяжелы бывают иногда попытки объясниться с самым близким человеком, когда вы говорите с ним будто на разных языках или вообще не получаете ответа, что особенно невыносимо. Чем дольше и подробней растолковываете положение вещей, необходимость прийти к соглашению, тем глубже делается между вами пропасть. Вы увязаете в дебрях ненужных слов и доказательств - доказывающих только вашу потерянность или уязвленность, а иногда и недоброжелательство и досаду - и окончательно теряете способность разорвать порочный круг воспоминаний, укоров, проглоченных обид, невысказанной горечи...пока не остановитесь вдруг в изумлении и отчаянии: как же могло такое получится?! И тут же перестаете узнавать самих себя и произносите фразы и слова, в которые сами не верите, но которые, раз произнесенные, начинают жить самостоятельной жизнью, пускают тоненькие цепкие корешки в мозгу другого, которому вы так хотели все объяснить, которого хотели обрести, а вместо этого лишь ранили и потеряли. И бесполезны клятвенные заверения, что вы хотели как лучше, что вы...и новая лавина ненужных фраз, пока, вконец не ободравшись о камни преткновения - для каждого свои, для каждого в особом месте, - не умолкаете, сраженные опустошением, которое произвели в самих себе и в том, другом, вам близком человеке. Но уже сделать ничего нельзя, осталось только постараться забыть, дать времени загладить недоразумение мягкой терпимостью - к себе и к тому, другому, - и любовью, главное, любовью. Если, конечно, ее хотят или в ней нуждаются.

С чувствами происходит то же, что и с человеческим зародышем. он в нас. Запустил свои корешки обычно неожиданно-негаданно, а уж потом, слегка злорадствуя, созревает. Набирается сил в тишине и покое материнского лона. В урочный час, не внимая стонам, появляется на свет. И вот он, ребенок, настоящий человек, пусть еще маленький и на вид совсем беспомощный. А потом он уже растет независимо от родителей, хотя очень нуждается в них, а они - в нем. То же происходит и с необыкновенно сильными чувствами. Они ждут, созревая в тиши разума и сердца какое-то время без адресата. Пока что это только чувства. Определенно направленные, глубокие, но до поры до времени затаенные. Когда наступит их час, они отыщут и человека, которому предназначены и который предназначен им.