The Unconsoled

Сон. Это просто сон. Чей-то безумный сон. Душный, как раскаленный город перед грозой. Липкий, как растекшаяся сосновая смола. В нем все люди - назойливые мухи, жужжащие о своих проблемах. В нем не работают привычные понятия о времени и пространстве. Все искорежено, исковеркано. Все перевернуто, "отзеркалено". Я полтора месяца пребывала вместе с героем в этом кошмарном бреду. Зачем? Почему? Не знаю. Всякий раз любопытство брало верх. Я ждала каких-то объяснений, толкований для всего происходящего в этом сумасшедшем калейдоскопе картинок. Но сны на то и сны, чтобы каждый интерпретировал их сам на свой лад. Одно знаю точно - я не хочу больше видеть чужие сны. Своих достаточно.

У человеков какая-то непреодолимая тяга к страданиям. В моём возрасте пора бы уже наслаждаться дарами жизни, но нет, — что-то держит, что-то постоянно заставляет жрать кактус, ибо без него жизнь становится какая-то… без остроты. Время от времени меня, — я даже не знаю кто, но явно не чёрт, — дёргает поиграть с высокими материями. В такие моменты я откладываю нормальные библиотеки и принимаюсь за папку с названием «Нобелевские лауреаты». Достаточно высокие материи? «С высоты таких материй я вижу, как боги копошатся в грязи у ног моих!» — сказал бы Заратустра. Впрочем, на деле, в который раз уже это выглядит как «отложу-ка я эти хрустящие круассаны и пожру немного отборного г%#а».

Культура постоянно развивается, постоянно появляются новые надстройки, которые делают модернизм и всякие «нео-» вчерашним днём, делая вздорных поэтов из «Бродячей Собаки» героями школьных учебников, а всяких подпольных рокеров лауреатами престижных премий (прошлогодний батхёрт, простите). Постоянно бурлят споры о том, что эстетично на самом деле, что высокое и светлое, а что всего-лишь позёрство и уйдёт в забвение. Люди уходят и течение лет расставляет их бюсты по полочкам, с которых уборшицы сдувают пыль и отколупывают жевачки, щедро налепленные шаловливыми руками школьных лаботрясов. Складывается канон, короче.

Ой, я как всегда убежал от темы. Пьяные плутания по пестрящим дорожкам логики меня постоянно уводят к тому, что трава всегда была жухлой, а солнце всегда за облаками. Должен отдать должное папке «Нобелевские лауреаты» за то, что она в своё время меня познакомила с Кутзее и Сарамаго, без которых моя жизнь была бы всё такой же, но без них. Как говорит один мой коллега: «Зачем? Неужто твоя жизнь тебе ещё не кажется достаточно депрессивной?» и в такие моменты я действительно начинаю задумываться о том, почему люди читают Достоевского? "Срочно несите ему томик Достоевского! Тут человеку очень хорошо!". Таким что, действительно не хватает доказательств отвратительности нашего мира и обитающих в нём человеков, что им непременно это надо высоким слогом сказать? Однако, — высокая культура, канон и элитизм, тут нельзя писать про розовых единорогов, звездолёты и ведьмаков. А жаль.

В прошлом году Нобелевскую по литературе, слава Сатане, дали не за хип-хоп. В 2016 году я был в полной фрустрации в стиле «то ли лыжи не едут, то ли я ....» и хотел съесть свой диплом, смешав его с гуакамоле. Но, как водится, Нобелевка без горящих сфинктеров — дело не каноничное. Ещё со времён Салли-Прудона (вы вообще не то, чтобы знаете, вы хотя бы имя такое слышали, а?) так завелось и, наверное, тут надо отдать должное тем академиками, что они уже сотню лет назад схватили тренд, что без хайпа не будет профита. И применили его на практике.

Так вот. Ещё пол шага назад. Нобелевку по литературе в прошлом году дали Кадзуо Исигуро. Ой, восток и экзотика, девочки пищат и анимешники, достав ушки из задниц, носятся по городу с криками кавай в поисках книг, однако, разобравшись в вопросе, немного мрачнеют и бегают по магазинам в поисках верёвок и мыла. Это вам, вашу Машу, совсем не аниме. А жаль, — опять же… наверное.

Это не могло не сыгарть на руку раскрутке и без того раскручивающегося бренда. Зачем давать её, например, Мураками? Его продажи и так уже не поднять никакой Нобелевкой, хоть и японец и тоже народ бы подхватил. Хм, а давайте дадим премию Мисима, ну, посмертно как бы, а? Это же какая сенсация будет, шок и так далее, на такое даже Рен-ТВ не смогло бы замахнуться: Нобелевскую премию дали посмертно! Да ещё и гомосексуалисту — тут и толерантные слои общества смогли бы флаги поднять. Это же как выгодно… тут даже денег отдавать не надо будет, ведь мёртвым баксы не нужны, а вот почёт и слава как раз только покойникам в наше время и пригодятся.

Так вот. Ещё шаг назад. Я взялся за Кадзуо и был… был совсем не удивлён. Мне кажется, что некоторые писатели стали понимать, как надо писать, чтобы получить премию. Такой вот новый уровень таланта. И пишут не для читателей, а для комитетов, которые тоже премию дают не для того, чтобы читателю было легче ориентироваться в гигатоннах макулатуры, а… не знаю уже и зачем они их дают: наверное, потому что должны дать? Это как Гамлет, только без выбора: «дать — или дать?». Постмодернизм, который мы заслужили.

С психологизмом, слогом, приёмами и прочей страшной филологией у Исигуро — без претензий. Однако, на кого расчёт? На единичных пожирателей кактуса (вроде меня), которые стараются не просрать последнюю квалификацию, между деланием фоточек в сортире? Это же не выгодно. Мы книги скачаем с Фибусты и прочитав, насладимся горечью бытия, и забудем, потужив, что Достоевский мрачнее писал. На массового читателя, который захочет щегольнуть «я читал нобелевского лауреата»? Мамочки, а перед кем? А где же тут идея и «писать для вечности» у писателя и «читать для вечности» у читателя? Ну, как однажды решил Татарский из «Поколения П» — вечности, оказалось, нет. А если и есть, то не для нас.

Мне всё это напоминает Пелевина и Сорокина в роли «популярных» писателей. Серьёзно? Их даже на эстонский переводят. Серьёзно!? Да, да. Кстати, тиражи-то доставляют. Однако, каков процент хотя бы на десятую часть понявших основные посылы? Ну, собака с пятью лапами, лиса за хвост себя дёргает, Энлиль Маратович, Кика и всё такое. Я не поверю, что среди ста тысяч купивших и двух миллионов скачавших хотя бы 0.5% будут тех, кто слышал имя Бодрийяр и знает, что такое симулякр, например. Не, ну честно: а какой смысл читать Пелевина без этого фона? Чтобы сказать «я ничего не понял и мне не понравилось… бред какой-то!» — так? Или покривить душой с умной миной? Чтобы почитать Сорокина и сказать, что это про какашки? Серьёзно? То есть двести лет русская литература шла к тому, чтобы нам рассказывали про то, как есть какашки? Кстати, как по мне, но со времён Сократа «Норма» это лучший способ назвать своего читателя говноедом, при этом ловко обойдя это всё дело эпитетами и не задев ничьих чувств. Кажется, даже феминистки ещё ничего не поняли. Вообще, это вопрос моей жизни под номером два. Когда-нибудь я обязательно у высших сил стребую на него ответ. Прямо вижу себя на великом суде и перед всеми предъявами грехов, говорю так, эй, постой бородатый — у меня тут один важный вопрос! Честно-честно, так и будет. А пока буду продолжать жрать кактус, а после уже примусь за какие-нибудь литературные круассаны. А то вдруг высокая культура сдохнет без моего вклада?

Флэшмоб 2011. Книга от StarrySky . На эту книгу можно плеваться с высоты птичьего полета. И все равно попадешь. Нет, я не хочу сказать, что книга плоха, но слюна моя, и летит она прямо в эту книгу. Начинала читать произведение в полнейшей уверенности, что оно понравится. До этого были "Когда мы были сиротами" и "Не отпускай меня". Очарование, которое не покидало меня от этих книг, быстро улетучилось после первых же страниц "Безутешных". А книга большая, тем более в серии "Интеллектуальный бестселлер". Долго я мучила, долго я мучилась (по моим меркам). Получилось попадание в чужой сон, в чужой скучный кошмар. Лица, лица, лица. Унылые дети, добродушные прохожие. И пианист, сходящий с ума среди этого. Сюрреализм, картина Пикассо на литературный лад. Скорей всего, чтобы прочесть эту книгу, надо дорасти. Но дорасти до чего?