Глаз урагана

Иллюзии – как матрешки. Сколько кукол не разламывай пополам, тебе никогда не добраться до последней. Но почему возникает само желание ломать снова и снова? Ст.277

(«воскресают только самоубийцы…»). Но какой ценой! Ст.346

Нечистая совесть сжигала меня изнутри; змеи, черви, крысы – кто там еще пожирал мои внутренности? Нескончаемая пытка – наказание за то, чего я пока не совершил! Ст.343

Сколько можно кривляться? Сколько можно пытаться «быть мужчиной», изображая безразличие к собственной судьбе? Кому нужен этот глупейший театр, в котором всем заправляет наша греховная гордость? Ст.331

Я пришел в себя, но долго боялся пошевелиться, чтобы не разбудить боль. Она была уставшим палачом, отдыхавшим где-то поблизости. Прошло довольно много времени, прежде чем я понял, что больше нечему болеть.
Мозг превратился в осиное гнездо. Осы вылетали из него и возвращались обратно, ничего не принося с собой. Внешний мир исчез для меня. Я был вывернут наизнанку. Остались лишь куклы-тени, оживляемые неискоренимой памятью. Проклятие, почему вы не сожгли мою память вместе с моим лицом?! Ст.328

Пока нет мыслей, нет прошлого и будущего. А пока нет будущего, нет и страха за свою жизнь. Ст.327

И сразу накатила тошнота. Утонченный Мозгляк назвал бы это «плохим предчувствием». Наверное, мой желудок куда нежнее сердца!.. Солнце превратилось в глумливый глаз, висящий в фокусе голубого параболоида небес, – и отчаянно захотелось выбить его камнем или пулей, чтобы наступила тьма, которая сокроет мой позор.

«Это я сделал!» – подумал он с идиотским торжеством и понял, что в большинстве случаев люди совершают преступления против совести из любопытства. Хотят узнать, каковы будут последствия, – действительно ли все так страшно, как уверяют попы? В конце концов, только страшное и осталось интересным… ст.271

Если бы он мог взглянуть на ситуацию со стороны, то наверняка уже давился бы от смеха. Оказалось, что быть героем анекдота не очень-то весело. Ст.230

Дьявольски изощренная и утешительная ложь доминировала во всех средствах массовой информации – от сети Интернет до устаревших книг, переполненных жвачкой для размягченных мозгов. Ст.218

И еще неизвестно, что больше нравилось Мозгляку – сама окружающая хрупкая красота, застигнутая в растянувшийся момент крушения, или ощущение сатанинской власти и мощи: ведь тот, кто может уничтожить совершенство, почти подобен тому, кто его сотворил… ст.312

Кто ты, если уже нет людей, знающих твое имя? Персонаж городского фольклора? Призрак подворотни? «Летучий голландец» забегаловок и баров? Глюк обдолбившегося наркомана? Плод больного воображения?.. Ты существуешь лишь как двойное отражение собственных представлений в представлениях тебе подобных. Трагическое отчуждение создает повод для сомнений во всем. Существование становится зыбким… до тех пор, пока не напомнит о себе пустой желудок или переполненный мочевой пузырь. Ст.239

Страх противоречил философии нигилизма и даже универсальной формуле «жизнь – дерьмо». Это служило отличным доказательством того, что жизнь не есть сумма счастья или сколь угодно тяжких бед, а представляет собой самодостаточную ценность. Но это не могло служить и утешением… ст.232

Доблестные и неизлечимо верные присяге вояки забавлялись своими компьютерными играми, которые только казались им нескончаемыми. Большинство их погремушек уже утратило смысл, но бессмысленность – лучший друг террора. Ст.218

Окружающие люди и предметы мстили ей за то, что она не придавала им должного значения. В каком-то смысле она была самым легким человеком на свете. Она скользила по жизни – и не замечала, что соскальзывает в пропасть. Ст.217

«…— Каждый из вас — слон в посудной лавке, какими бы всезнающими и добрыми вы ни казались…» ст.207

«…Где найти силы, чтобы расколоть самого себя, добраться до сердцевины, до мякоти, и попытаться слепить из нее нечто такое, ради чего стоит продолжать жить и бороться?..» ст.184