Демографическая история Европы

Если вы боитесь, что эта книга написана сухим академическим языком, можете больше не волноваться – так оно и есть. Но это не означает, что она скучная.

Автор рисует перед читателем общую тенденцию подъемов и спадов численности населения Европы (включая в нее и наш восточный ее край). Книга порадовала меня тем, что Массимо Ливи Баччи не испугался т.н. «больших нарративов», которые часто скатываются к какому-либо виду детерминизма, и пустился в смелое повествование, не теряя при этом строгой связи с источниками.

Первое мое удивление было связано с тем, как легко автор пишет о германском «натиске на восток», колонизации славянских земель (при которой со славянами немцы обращались почти как испанцы с индейцами). Если бы об этом писал отечественный автор, его бы назвали консерватором, патриотом и традиционалистом. Если бы немец, то его бы сочли ревизионистом. А итальянцу можно, он чувствует себя достаточно свободно в этих вопросах.

Итак, что мы знаем о населении Европы в последнем тысячелетии? Во первых, основные узловые точки. Оно росло до середины XIV века, затем после Великого голода и Великой чумы уменьшилось на две трети, затем снова росло до XVII века, затем опять уменьшилось из-за малопонятного «общего кризиса XVII века». А потом ограничения «старого порядка», традиционной аграрной цивилизации, не знающей других источников энергии, кроме мускулов (людей и животных), дерева и угля, было снято промышленной революцией, и население стало быстро расти.

Вот грубая картинка в первом приближении. Автор ставит перед собой задачу определить ограничивающие факторы и максимально раскрыть их роль. И тут начинается самое интересное. Оказывается, что, несмотря на известную долю правды в классических мальтузианских построениях, не уровень потребления продуктов питания влияет на количество населения. Вернее, влияет не в первую очередь. И простолюдины, и знать имели в средние века крайне низкую ожидаемую продолжительность жизни, несмотря на разное потребление калорий. До XIX века, а кое-где и до середины XX самым мощным фактором были эпидемии.

Краткое, но обстоятельное исследование этих инфекций является настоящей жемчужиной книги. Тут и чума, и тиф, и оспа. Переносчики, социальная среда, причины появления и исчезновения волн заражений. Новые эпидемии и их влияние на демографическую систему – все это расписано живо, наглядно, впечатление о неравновесной и динамически изменяющейся системе складываются очень легко.

Автор великолепно описал процесс демографического перехода, не забыв указать и значительные региональные особенности. Тот самый процесс, который, после существенного увеличения продолжительности жизни европейцев, сначала привел к быстрому увеличению населения, а затем к сокращению рождаемости и увеличению доли пожилых в структуре общества. Как известно, этот процесс завершился прямо у нас на глазах, поставив нас перед фактом новой реальности, где рост населения сменяется спадом, а социальные системы будут рушиться из-за изменения пропорций возрастов.

Мимоходом книга вбивает несколько гвоздей в романтическую концепцию Российской империи, распространившуюся в первое десятилетие XXI века. Жуткие показатели ожидаемой продолжительности жизни (даже на фоне не столь уж хороших показателей других европейских стран того времени), постоянное запаздывание тенденций, проблемы с эпидемиологической защитой…

И так, постепенно, автор рисует многофакторную систему динамики европейского населения, расписывая сложное взаимное влияние еды, инфекций, цен, периодов подъема реальной заработной платы и спадов, колонизаций, распашки и мелиорации. Поневоле начинаешь думать, как сложна, прекрасна и хрупка человеческая жизнь.

Несколько книг из этой серии я купила, потому что Ле Гофф ее поддержал и даже написал одну из книг. Разочарованию моему не было предела (это касается книги ле Гоффа, не Баччи), хотя Баччи тоже не особо впечатлил.

Все демографические изменения, пишет Баччи, при общих биологических постоянных человека являются итогом противоборствующих факторов: климата, пространства, земли, формы расселения, болезней, источников энергии и питания. Все они сказываются на демографических изменениях, но медленно, и в каждом случае создают уникальные комбинации, влияющие на демографию. Выбор, коллективный и индивидуальный, также сильно влияет на демографию - есть ли контроль рождаемости, аборты, браки, миграции и т.д. Из главы в главу, Баччи рассматривает тему за темой: волны переселения и освоения земель, питание (то, что мы о нем знаем - хлеб, хлеб, хлеб), смертность по разным причинам, болезни (чума, тиф, оспа и т.д.), неурожаи, перестройка жизни в 20 веке и т.д.

По больше части, все то, о чем пишет Баччи, мы проходили на занятиях, только не с такими графиками и цифрами, но выкладки мне были знакомы, как и большинство параметров, влиявших на численность населения Европы.

В книге много полезной информации и тонны цифр с графиками, но как все это будет ложиться в голову людей, не изучавших все это раньше, не представляю. И я прекрасно понимаю, почему так часто Баччи пишет, что мы не знаем того, не знаем этого, но у читателя может возникнуть вопрос, а если не знаем, с чего вообще тогда пишем. Информация оказывается немного размазанной и разбавленной, местами недостаточно глубокой, так как охватываемая территория очень большая и демографической истории каждой можно было бы посвятить по отдельной книге, но Баччи нужно было все это дело систематизировать, упрощать, подгонять, обобщать, поэтому книга вышла такая, как вышла.

Очень интересно было узнать, Кто мы такие? Откуда пришли? Куда идем? В принципе, узнал.

Это нечто среднее между учебником и монографией, поэтому местами было скучно. Автор показывает демографическую историю Европы за последние 1000 лет. Европа настолько разнообразна, что строить какие-то общие для всех теории невозможно. В недалеко расположенных деревнях демографические процессы могут быть абсолютно разные. И данные о рождениях, браках и смертях в соседних приходах могут сильно различаться как формой, так и содержанием. Особенно это относится к давним временам. Если автор приводит таблицы или графики, кое-какую общую картину понять ещё можно. Но запомнить весь этот ушат информации, разумеется, невозможно. Данные части таблиц я в упор не понял. Вот, например: Загадочная таблица. Последующие пояснения противоречат комментарию после картинки. И никак не смог я понять, как данные последней строки соотносятся в предыдущими.

Мелкомасштабная география тоже путает карты. Ну не знаю я в таких деталях исторических областей Европы. Вот где, например, расположена Скания? Ясно, что грузовик с таким именем шведский, но речь не о всей Швеции...

Некоторые вещи стали откровением.

Демографический переход, например. Я думал, это, если и не прямо сегодня, то совсем недавно. Но нет. Во многих странах он произошёл ещё в XIX веке. Демографический переход -- это вовсе не переход от дикости к разуму за пять минут до момента, когда человечество начнёт плодиться с бесконечной скоростью, а планета приобретёт вид розового копошащегося шара, расширяющегося во все стороны со скоростью света. Нет. Это радикальное снижение смертности и рождаемости, которое случается в разных местах по-разному и имеет малое отношение к разуму.

И Москва, оказывается, одно из старейших поселений континента. 1147 год, разумеется, не Рим и не Самарканд, но настоящих городов в то время было совсем мало. Да и те, что были, размером не впечатляют.

Ну и там полно ещё удивительных чисел. Некоторые числа удивительны настолько, что я даже некоторые пересчитал по приведённым данным. Хотел автора ужучить. Не ужучил: всё верно у него.

Ещё мне интересна статистика инфантицида. По моим данным, родители нередко убивали лишних детей, особенно в среде сельских бедняков. Дело не в какой-то особенной дикости европейцев. Просто в деревне дети регулярно рождались и не менее регулярно умирали во младенчестве. И если в семье, несмотря ни на что, дети в достаточном количестве выживали, то, начиная с какого-то момента их становилось нечем кормить. В таких случаях младенца по-быстрому крестили, чтобы душа его не погибла, но мать его не кормила. Ну и через несколько дней новоиспечённый ангелочек тихо отбывал в рай. Статистики такой в книге не нашёл. Это и понятно. Об этом не говорили: соседи, вероятно, осудили бы. И нигде не фиксировали. В те времена смерть младенца вообще не была важным событием.

Разумеется, эта книга является литературой только условно. Написана суконно-научным языком. Понимаю, что не Пушкин это писал и даже не Карамзин, и тем не менее:

Продолжительность репродуктивного сожительства зависит от минимального возраста вступления в брак и от наступления бесплодия при менопаузе, а также от смертности по причине преждевременного прекращения брака из-за кончины одного из супругов: на первый фактор оказывают воздействие матримониальные установки, на второй - биологические переменные, на третий - уровень ожидаемой продолжительности жизни.

Что это ещё за "смертности по причине преждевременного прекращения брака"? Понятно, о чём речь, но смешно же звучит. И вот этот вездесущий "первый-второй-третий фактор", "последний из пяти обозначенных пунктов" (при том, что явно эти пункты не обозначены, а просто перечислены через запятую) и т.п. Как и любой автор монографии, Массимо Ливи Баччи твёрдо уверен, что я запомню не только суть его аргументов, но и порядок их следования. Вот честно: постоянно хочется такому писателю разбить лицо. Ещё забавное выражение вычитал: "единица населения". Это человек, что-ли? Ну да ладно, бог с ним. Это не художественная литература.

Оценить историческую точность не могу, но один ляп бросился в глаза:

В 1927-1928 и 1928-1929 гг. кампании по продразверстке оказались крайне неудовлетворительными

Ещё бы! А как вы хотите, если Ленин заменил продразвёрстку продналогом ещё аж в 1921 году? Ладно. Будем считать это оговоркой, хотя повторена она не менее трёх раз. Надеюсь, всё остальное рассказано точно.

Вот ещё чудо: книга закончилась неожиданно. Мы как раз подошли к современности, осталось вроде бы достаточно -- 40 страниц... и тут здрасссьте, пожалуйста! Оказывается, все эти страницы занимают примечания. Интересно, кто-нибудь их прочитал?

Информация часто ходит кластерами. Вот и в этот раз N+1 прислали мне статью. Тема совсем другая, но там есть картинка, имеющая непосредственное отношение к демографии: Это средняя смертность от всех причин в развитых странах мира на 1000 человек населения в логарифмическом масштабе Очень интересно, что смертность на 1000 человек в 1841 году выше, чем в 1941. Ещё интереснее, что относительные потери в первой мировой войне намного больше, чем во второй. Ясно, что тут вмешалась "испанка", и тем не менее...

Книгу надо бы внимательно изучить идеологам демографической и миграционной политики, ни в коем случае не пропуская таблиц, схем и графиков. Может, в современных условиях не стоит так уж переживать из-за сокращения населения?

Тех же, кто не идеолог, ещё раз предупреждаю: местами количество чисел и географических названий зашкаливает настолько, что читать невозможно. Несмотря на это (а также и на остальные недостатки), прочитал с большим интересом. Такая литература, в отличие от почти всей художественной, даёт представление о том, как на самом деле работает наш мир. На том автору и спасибо.