Men Who Hate Women and the Women Who Love Them: When Loving Hurts and You Don't Know Why

Мизогин, как и все мы, нуждается в чувстве, что о нем заботятся, что его любят, в ощущении безопасности. Будучи взрослыми людьми, мы реализуем эти стремления посредством физической близости, общих эмоций, родительства. Однако мизогин панически боится этих стремлений. Его нормальная потребность в близости с женщиной смешана со страхом, что она эмоционально опустошит его. Он таит в себе скрытое убеждение, что если он полюбит женщину, она получит власть причинять ему боль, лишать его всего, он в ней увязнет, а она потом его покинет. Как только мизогин приписывает женщине всю эту огромную мифическую силу, она начинает наводить на него страх.

В попытках утишить эти страхи мизогин задается целью, обычно бессознательно, отобрать у женщины, вошедшей в его жизнь, как можно больше сил. Он исходит из тайного убеждения, что если он лишит женщину уверенности в себе, она станет зависеть от него точно так же, как он от нее. Стараясь сделать ее как можно слабее, чтобы она не смогла уйти, он успокаивает один из своих собственных страхов - страх быть покинутым.

КАК ВЕДЁТ СЕБЯ ВАШ ПАРТНЁР

• Настаивает ли он на том, чтобы контролировать вашу жизнь, ваши мысли, ваше поведение?
• Критикует ли он вас без остановки, находя все новые и новые недочеты?
• Вызывает ли он у вас страх своими скандалами или угрозами прекратить любить вас или покинуть вас, если вы не будете делать то, чего он хочет?
• Заставляет ли он вас уступать, угрожая физическим насилием?
• Переходит ли он без предупреждения от нежности к гневу?
• Отзывается ли он уничижительно о женщинах в целом и о вас в частности?
• Лишает ли он вас любви, одобрения, секса, денег, чтобы наказать вас, если вы вызвали у него неудовольствие?
• Обвиняет ли он во всех своих неудачах и недостатках вас и других людей?
• Обесценивает ли он ваше мнение или чувства?
• Обвиняет ли он вас в излишней чувствительности или избыточной реакции, если вы огорчаетесь по причине его нападок?
• Сбивает ли он вас с толку, отказываясь обсуждать проблемы, делая вид, что их не существует, меняя тему, переписывая историю, действую, как будто ничего не произошло, после большого скандала?
• Соревнуется ли за ваше внимание с вашими детьми или другими важными для вас людьми?
• Является ли он предельным ревнивцем и собственником?
• Настаивает ли он, чтобы вы отказались от того, что для него ценно и важно, чтобы удовлетворить его?
• Критикует ли он постоянно других важных для вас людей, вашу семью и друзей?
• Умаляет ли он ваши достижения?
• Умаляет ли он вашу сексуальность?
• Пренебрегает ли он вашими сексуальными нуждами?
• Заставляет ли он вас участвовать в сексуальных актах, которые вам неприятны или болезненны для вас?
• Заводит ли он романы на стороне?
• Является ли он очаровательным на людях и жестоким наедине?
• Унижает ли он вас в присутствии других людей?

  Если вы ответили «да» на десять или более вопросов, вы оказались в мизогинных отношениях.

Когда словесной агрессии недостаточно, чтобы выплеснуть гнев, как в случае с Джеки, гнев оказывается похороненным заживо. К несчастью, если такая сильная эмоция, как гнев, не получает нормального выражения, она никуда не исчезает. Она находит себе другой выход. Для Джеки, как и для других детей, с которыми плохо обращались, этим выходом стала она сама.
Джеки начала направлять свои гневные чувства бумерангом на себя самое. Она стала чувствовать себя виноватой за переживание таких сильных и запрещенных эмоций и убедила себя, что она испытывает их, потому что она - просто ужасная. Таким образом, гнев превратился в ненависть к себе.
Потом Джеки попыталась искупить свои гневные эмоции путем формирования соответствующего комплекса поступков, призванных доказать всем, включая ее самое, что она действительно хорошая и заслуживает любви, а еще, что самое главное, - не сердится. Она стала гиперуступчивой, гиперприспосабливающейся и субмиссивной. Этому учат многих девочек. Затем они переносят сформированные в детстве модели поведения во взрослую жизнь.
Проблема такого способа защиты от гнева состоит в формировании порочного круга. Чем больше девочка уступает, тем больше игнорируются ее чувства и потребности, тем больше ее гнев и тем еще более уступчивой она становится, чтобы справиться с этим гневом. В этом колесе вертится каждый ребенок, с которым плохо обращаются.

Для ребенка, который считает, что родители его больше не любят, эта боль совершенно реальна. Дети сосредоточены на настоящем, поэтому их стресс усугубляется убеждением, что теперь эти ужасные ощущения продлятся навечно.
Поскольку дети полностью зависят от родителей с точки зрения физического и эмоционального выживания, они испытывают абсолютную потребность в родительской любви. Нормальная потребность в связи с родителями становится еще более острой, если они прячут любовь и вызывают у детей страх и тревогу. Чем страшнее родители, чем больше они угрожают уйти, тем яростнее ребенок будет цепляться за них в попытках вернуть родительское расположение. Для растерянного ребенка сердитые родители, которые одновременно и любят, и ранят, - просто гиганты. Эти гиганты контролируют жизнь ребенка страхом и манипуляциями его любовью. Ребенок должен все время контролировать свое поведение, чтобы избежать родительского гнева или же заработать одобрение.

Дети в мизогинных домах испытывают невероятную ярость, стресс и фрустрацию. Когда они видят, что их матери подвергаются психологическому или физическому насилию, они испытывают страх и гнев. К несчастью, у них есть не больше возможностей дать волю своему гневу, чем у их матерей.
Обычно эти дети выражают свои чувства в самозащите: они жалуются на плохое самочувствие, не успевают в школе, впадают в депрессию. У маленьких детей распространенной реакцией является недержание мочи и ночные кошмары. Дети постарше могут выражать свои чувства в конфликтах со сверстниками, сексуальной неразборчивости, злоупотреблением алкоголем или других формах антисоциального поведения. Если ребенок был жертвой не только психологического, но и сексуального насилия, симптомы травмы будут еще более значительными.
Дети мизогинных браков являются свидетелями стычек и перепалок между взрослыми, они не видят, как взрослые относятся друг к другу с уважением или состраданием. Поэтому эти дети часто переигрывают эту же семейную драму в своих отношениях во взрослой жизни.

Рационализация - это попытка дать логическое объяснение явлениям, которые мешают нашим хорошим ощущениям, способ сделать неприемлемое приемлемым. Оправдывая то, что в противном случае вызвало бы у нас стресс, мы рационализируем неловкие и иногда даже пугающие ситуации. Рационализация отличается от слепоты, о которой я говорила в первой главе, тем, что мы ВИДИМ и понимаем, что ситуация причиняет нам неудобство, но в данном случае мы не делаем вид,что проблемы нет, а просто наклеиваем на нее менее пугающий ярлык.
[...]
Приведу примеры высказываний, услышанных мной от женщин, которые пытаются оправдать поведение своих партнеров.

• Да, он был трижды женат, но никто не понимал его раньше так, как я.
• Я знаю, что он несколько раз терпел неудачу в бизнесе, но у него было множество непорядочных партнеров, которые его попросту разорили.
• Он говорит ужасные вещи о бывшей жене, но я не могу осуждать его за это, ведь она катастрофически жадная эгоистка.
• Я знаю, что он слишком много пьёт, но ему сейчас очень трудно, как только все закончится, он перестанет.
• Он очень испугал меня, когда стал на меня кричать, но он сейчас в ужасном стрессе.
• Он пришел в ярость, когда я возразила ему, но кому нравится, когда ему возражают?
• Я не могу осуждать его за то, что он сердится, ведь у него было такое несчастное детство.

  Любая женщина, которая скажет «Он сделал это, потому что…», чтобы оправдать срывы или вспышки агрессии, занимается рационализацией.