"Кино" с самого начала и до самого конца

Настоящая книга представляет собой переработанный и дополненный автором вариант повести "Кино с самого начала", увлекательно рассказывающей о жизни неформальной молодежи в 80-е годы. Основываясь на собственных воспоминаниях, а также воспоминаниях друзей и знакомых, автор (в прошлом — член группы "Кино") приводит массу интересных подробностей личной и творческой биографии группы и Виктора Цоя, зачастую искажённо или некорректно подающихся ныне средствами массовой информации. Книга будет интересн...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,3

59 оценок

5
49%
4
36%
3
15%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 73Хотят прочитать 32

Рецензии

sandy_martin19 августа 2014 г.
Я читала ее тут, в Испании. Вечером включила по ТВ какой-то бесконечный концерт молодых испанских рокеров, легла на диван с книжкой, и меня мгновенно засосал и диван, и книжка)) Я прочла ее часа за полтора. Очень легкое и ненавязчивое повествование о жизни ленинградских и московских неформалов в начале 80-х. Точнее определить, кто они, не могут они и сами - не панки, не рок-н-ролльщики, такие своеобразные нигилисты нового времени.

Мы же были никто. Слова «панк» или «битник» здесь можно использовать чисто условно, просто чтобы было понятно, о ком в данный момент идёт речь. За этими словами ничего не стоит, они ничего не значат.
Мне очень понравилось, что книга добрая. Здесь нет никаких склок, сведения счетов с кем-либо. Даже как милиция "свинчивает" подозрительных для них прохожих описано скорее с безмерным удивлением, чем с ненавистью.
Череда молодых музыкантов, начиная с БГ и заканчивая кем-то совсем ныне забытым, их встречи, пьянки, репетиции, прогулки по городам - из всего этого постепенно вырастает группа "новых романтиков", возглавляемая Витькой с фамилией, похожей на прозвище. История начинается с идеи создания группы, пришедшей Рыбе, Цою и Олегу на отдыхе в поселке Морское в Крыму (была я в этом поселке пару лет назад. теперь на месте их палатки стоит памятник), ведет через первые выступления, концерты, записи к появлению фанатов и популярности... В общем, "Кино" с самого начала.
О "самом конце" - одна глава - краткая, решительная и "смерти нет".
Времена сменились несколько раз, и жизнь уже совсем не похожа на ту, что была в начале 80х, но в нашем городе по-прежнему каждый второй или третий молодой человек - рок-музыкант, все еще существуют квартирники и концерты в крохотных залах (я как-то на одном из них сидела под столом - другого места не было), все еще можно взять бутылку вина и пойти к друзьям разговаривать за жизнь на всю ночь, лазать по крышам, валяться в парках и всячески не быть полезными обществу. И с помощью этой книги можно увидеть Виктора Цоя не призраком, не памятником, не "Цой-жив" на каждом заборе, а просто Витькой, таким же, как мы сейчас, юным и ищущим себя.
Читать далее
24
282
MagicTouch24 апреля 2021 г.
ПОКЛОННИКАМ русского рока и антисоветчины читать мою рецензию НЕ РЕКОМЕНДУЕТСЯ!
… А когда-то мне нравилась эта книга…
На страницах 57-58 Рыбин описывает всё так, что видно - он не уважает зрителей, пришедших на их концерт. Всех этих женщин в дорогих шубах и стареющих мужчин в импортных джинсах. И Рыбин совершенно не задумывается о том, что это за люди, откуда они взялись, что они вообще делают в СССР. Рыбин «опоён» своим отношением к жизни, «магией» рок-н-ролла и не задумывается о реальном социуме вообще. Зачем организует концерт дворовых панков некто Троицкий? Зачем кто-то предоставляет квартиру? Зачем на концерт мальчиков со двора приходят богатые люди? Откуда эти богатые люди взяли свои богатства в СССР? Эти вопросы автору книги в голову не приходят.
Описывая концерт в Москве, организованный Троицким в (своей?) квартире, Рыбин приводит тексты песен, которые они пели. Тексты эти бездарны, глупы, грубы и зрителям они нравятся только своим вызовом, своей непристойностью. Думаю, понимает это и сам Рыбин.
Интересно, что автор ругает советские песни, в которых и тексты и музыка на несколько порядков талантливее и профессиональнее, чем песни «советских» рокеров. Безусловно, Рыбин способен это понять, т.к. это способен понять почти каждый человек. Почему же Рыбин считает СВОЮ музыку принципиально лучше НАШЕЙ? Думаю, это вопрос вовсе не музыкальный. Вопрос этот целиком педагогический.
Речь идёт о подростках, которые ничего собой не представляют, но при этом хотят, чтобы на них обратили внимание. Отлично учиться и быть по-настоящему талантливыми они не могут – нет ни способностей, ни желания. Они могут взять только эпатажем: сделать нелепые причёски, одеться в рваное и странное барахло, проколоть ухо, накакать кому-то под дверь (как делал Андрей «Свин» Панов), напиться во время концерта, упасть и уснуть на сцене, не допев песни (как случилось на концерте, о котором Рыбин рассказывает), сочинять песни с ненормативной лексикой, играть, не попадая в ноты и т.д. и т.п. Эта так называемая «культура» на самом деле является отсутствием хорошего воспитания.
На страницах 65-66 Рыбин льёт грязь сначала на советских инженеров, а затем на простых рабочих. Все они, по его мнению, пьяницы, матерщинники и дураки, рассуждающие о том, о чём не имеют ни малейшего понятия. О себе и своих друзьях Рыбин с гордостью говорит, что «мы не занимались политикой». Наивный человек! Вы были пулями, которыми американцы стреляли в Советских людей!
Ну а «сверхлюди» (Рыба etc.) ходят на концерты бесплатно, обманывая контролёров (стр. 75), завтракают в 6 часов вечера (стр. 79), словом, ведут себя так, как и должны вести себя... оболтусы.
На страницах 80-84 Рыбин описывает «милицейский беспредел». Даже если верить тому, что пишет Рыбин (а я считаю, что рассказал он не всё, а может и знал не всё), то выходит такая картина – милиция попросила (несколько раз!) идущим по проспекту зрителям перестать петь, но милицейский приказ сначала проигнорировали, а потом открытым текстом послали милиционера «на …». После чего часть хулиганов были задержаны и погружены в милицейские машины. Разумеется, это для Рыбина беспредел! Ходить на концерты не заплатив – это нормально. Не выполнять приказ представителей государственной власти – нормально. Ругаться матом на улице, при большом скоплении людей, в том числе женщин, - нормально. Ругаться матом на работника милиции, который выполняет свой долг, – нормально. А вот быть задержанным за всё это свинство – это, оказывается, плохо. Это милицейский произвол! Причём, Рыбин пишет это совершенно серьёзно.
На страницах 175-176 Рыбин пишет, что получали они (начинающие, почти не умеющие играть) с Цоем от 0 до 60, а то и до 75 рублей за концерт. Не знаю, как часто они получали ноль, но зато знаю, что пенсия моей бабушки в это время была чуть больше 60 рублей, и жила она на неё, не голодая. А зарплата моей мамы была 90 рублей. А мой папа зарабатывал 180 рублей в месяц. То есть, за 1 концерт, сыгранный с шутками-прибаутками и в пьяном виде эти ребята получали 1/3 часть месячной зарплаты моего отца, который ежедневно с 8 до 17:00 стоял у станка, будучи токарем 6-го (высшего) разряда. И они ещё жаловались на свою жизнь и на наше государство! При этом, они ведь не были музыкантами, УМЕЮЩИМИ играть – они были просто «трень-брень» с улицы. Я это к тому, что им не нужно было поддерживать себя в форме и репетировать некоторое количество часов в день. По сути, они уже в самом начале своей «деятельности» имели столько, сколько большинство советских людей не имели за всю свою рабочую жизнь. И это по признаниям самого Рыбина, которым, опять же, полностью доверять нельзя. Кстати, тут же он признаётся, что занимался спекуляцией плёнками, на чём тоже зарабатывал. В СССР спекулянтов сажали в тюрьму, но Рыбин, очевидно, и тут считал себя правым, и если бы его посадили, то написал бы ещё несколько глав о милицейском произволе.
Вот эти слова Рыбина об андроповской эпохе я выпишу, чтобы запомнить: «Заходили у нас иногда вялые разговоры об эмиграции, но они так и оставались разговорами. Реальных шагов никто не предпринимал. И мы продолжали жить в своём, отдельном мире, в другом измерении. Это не был мир иллюзий – иллюзией было, скорее, то, что происходило вокруг. Все эти выкрашенные в красный цвет демонстрации, серые газеты, серые люди, серая работа… «Серый-серый человек идёт за нами…» - пел Рыженко. Это был абсолютно иллюзорный мир с выдуманными, несуществующими ценностями, с идеологией абсурда, с бессмысленным существованием.
Мы же находились в реальном мире. Читали литературу, написанную на нормальном человеческом языке, а не на советском нью-спике, - Набокова, Орвелла, Аксёнова, слушали настоящую музыку, жили по простым человеческим законам и продолжали смеяться над фразой «честь и достоинство советского гражданина». (стр. 183-184) – Вот так! Всё, что нам было свято, этим бездельникам было смешно. А мы нянькались с ними, стеснялись сажать в тюрьмы и расстреливать. А они не стеснялись ничего. И теперь бахвалятся той гадостью, что была в их душах уже в те времена.
Начинает вторую часть книги (стр.198) Рыбин с того, что рассматривает географическую карту, находя страны, в которых теперь устроились его друзья-«музыканты». Ведь что любопытно, - они же уничтожили наш Советский Союз, который им так мешал, так что же они не живут здесь? По-моему, над этим стоит подумать. Рыбину:) Заграницей они продолжают жить так же бестолково, как и в СССР – воруют в супермаркетах, пьянствуют, бездельничают. Ну, ведь теперь-то не свалишь на то, что КПСС и КГБ мешают им жить. Так что же им не живётся-то? Где же их великолепные музыкальные альбомы, снискавшие популярность на их любимом Западе? Где их достижения, которых мешала им добиться Советская власть? НИЧЕГО ПОДОБНОГО МЫ НЕ ВИДИМ, - наоборот: то, что они делали в советские годы, стало считаться «классикой», да и то только «русского» рока. ВЕЛИЧИЯ этих «великих» мы так и не увидели!
«Ливерпулец» (кличка) живёт теперь в США, где пьёт, пьяный нарушает штатовские уже законы, побывал в штатовской тюрьме, ворует в штатовских магазинах, выращивает марихуану в цветочных горшках. (стр. 200) И об этом пишет сам Рыбин, а не какие-нибудь советские газетчики. Так где же ваши достижения, ребята? Советской власти больше нет. Вы живёте в вашей любимой стране – США. Где же плоды вашего творчества или хотя бы вашей работы?
Рыбин как экономист: «Денег нет, говорят, все деньги в Москве… А откуда деньги в Москве? Там что – подземное месторождение купюр? Деньги появляются там, где люди начинают их зарабатывать. Деньги – это плод труда людей. И если продолжить логическую цепочку, выходит, что в Москве денег больше, потому что там больше и лучше работают. Кто поспорит?»(стр. 224)
Круть!!:)
Во второй части книги Рыбин берёт много интервью. И вот, показательно говорит Вишня – довольно таки откровенно. И откровенность эта очень хорошо характеризует всё убожество «советской» рок-тусовки:

«Джоанна (речь идёт о Джоанне Стингрей – американской агентше, которая работала с русскими рокерами) навезла из Америки кучу гитар, вышла замуж за Юру…
Она сразу познакомилась с Костей Кинчевым, Витькой, Тимуром Новиковым, Борисом, Африкой, сразу же поняла, кто в этом городе заправляет модой, и сразу начала помогать им заправлять этой самой модой. Она ходила в совершеннейшем черном одеянии, всех окружающих подсадила на эту одежду, рассказала, какая она должна быть и из какого материала. А поскольку и так все уже были великими модниками, то врубились быстро.
Тогда в Ленинграде только эта тусовка знала, как нужно на самом деле выглядеть и жить стильно. У них была вся информация с Запада обо всём, абсолютно обо всём новом. Джоанна привезла видеомагнитофон и кучу кассет, и Юра устраивал просмотры для друзей. Бывало, смотрели они все с умным видом по три серии «Звёздных войн» на английском языке. Потому что круто.
У всех у них была куча записей новых групп. Они тогда уже узнали, как современная музыка должна звучать, не знали только, как же этого добиться и что для этого нужно делать. И когда у них получалось похоже на то, как надо на самом деле, они принимали это за конечный результат.
Она мгновенно начала снимать на видео весь наш бардак, всё самое жёлтое, самое грязное, наши интервью, в которых мы говорим, как всё это плохо, что нет свободы и так далее. Я не знаю, на кого она работала на самом деле, на себя-то – это понятно, во всяком случае, весь этот материал пошёл в дело в Америке – может быть, и на MTV, а может быть, в каких-нибудь политических играх». (стр. 243-244) – Вот такие «талантливые» и «независимые» рокеры:), которые не хотят жить по учению КПСС, но как к оракулу прислушиваются к словам американской <…> (спала Джоанна Стингрей даже в Союзе не только с одним Каспаряном), которая привезла им в подарок американские гитары! Советские фильмы для них плохи, а «Звёздные войны» они готовы смотреть даже на английском, который, кстати, даже выучить не могут, хотя и тогда его изучали в школе! Вот тебе и «независимые» кумиры «лучшей части» советской молодёжи!:) Да самые настоящие агенты Госдепа, которые продались настолько дёшево, что, потом, наверное, и самим смешно было. За видеомагнитофон со «Звёздными войнами» без перевода и за несколько музыкальных инструментов! Всё это было бы безудержно смешно, если бы речь не шла об уничтожении Советского государства.
Любопытно, что Липницкий, давая интервью Рыбину, высказываясь о конкурсах «под Цоя», называет это Советским Союзом:) В том смысле, что, мол, в духе Союза это мероприятие. Да ведь это же в Штатах как раз проводятся конкурсы на лучшую копию Элвиса Пресли!:) Да и кавер-групп там огромное количество. Те же дубли Kiss. Наши рокеры даже в таких случаях врут! Ну как так можно то!:)
Всё! Добил эту муть!
Первая часть книги была написана в 1991-м, а вторая – в 1998-м. Читал я обе части не раз. А больше, думаю, не буду.
После истории с Рыбиным понимаю, что, увы, бытие действительно определяет сознание, - если человек живёт по-свински, то и мыслит он также.
Читать далее
12
197
Miguera5 апреля 2011 г.
Очень понравилась книга. Написал ее Алексей Рыбин, гитарист и первый администратор группы Кино. Он дружил с Цоем еще тогда, когда музыкант только шел к воплощению замысла о собственном коллективе. Вместе они прошли через все сложности создания группы.
Самая крепкая дружба иногда перестает существовать, что и произошло с Рыбиным и Цоем. Можно предположить, что у Цоя началась звездная болезнь, что столкнулись два лидера и что-то не поделили. Но определенно импонирует то, что автор никому и ничему не дает оценок и не навешивает ярлыков. Да, перестали работать вместе, но Рыбин ни в чем не обвиняет Цоя, не спускает на него всех собак, как это, к сожалению, часто бывает (знаю одну такую группу, где лидер разогнал музыкантов, которые прошли с ним все заморочки нашего шоу-бизнеса, и вслед им послал всё, что он о них думает; названия оглашать не буду, оно вам ни о чем не скажет).
Действительно, надо быть очень сильным человеком, чтобы не обозлиться, когда тебя выгоняют из созданного тобою детища. Автор также не дает оценок творчеству Цоя после своего ухода из группы, не рассуждает о его смерти, говорит о том, что не хотел бы обсуждать эту тему с фанами Кино.
Точно так же и с оценкой советской действительности - никаких положительных или отрицательных суждений (даже в эпизоде после концерта грузинской группы, исполнявшей песни Битлз), а просто атмосфера того времени, Питера, Москвы, Крыма, атмосфера сообщества музыкантов, поддержки друг друга - во всё это хочется погрузиться. Образы Цоя, Марьяны Цой (Марьяши), самого автора в этом повествовании вызывают глубокую симпатию. Фанатом группы не могу себя назвать, но прочитала с большим интересом.
P.S. Прочитав книгу, наконец- то посмотрела фильм Игла Рашида Нугманова с Виктором Цоем в главной роли... Почему-то долго не могла решиться... Но это уже другая история :)
Читать далее
7
117

Все рецензии

Цитаты

sandy_martin10 августа 2014 г.
Вообще, процесс «свинчивания», как мы это называли, был совершенно идиотским — я до сих пор не понимаю, для чего это делалось. Милиционеры, как я видел, тоже не всегда это понимали, просто выполняли чьи-то дурацкие инструкции и указания. «Свинтив» на улице какого-нибудь молодого человека, которому ставилась в вину лишь непохожесть его одежды или причёски на одежду или причёску большинства советских граждан, его держали в отделении часа три, иногда четыре, затем с миром отпускали. Ну, иногда, скуки ради, поколачивали — много ли на дежурстве развлечений? Правда, однажды моего приятеля ливерпульца (о нём впереди) задержали на сутки за то, что при нём обнаружили мочалку, — и ну, допытываться — откуда мочалка, зачем мочалка, куда ехал с мочалкой?… Вовку Дьяконова, всеобщего друга и очень милого парня, как-то взяли у метро «Горьковская» — он ехал от бабушки и вёз от неё пальто, которое она ему подарила. Сам он при этом был одет в старое пальто, а новое держал в руке. Схватили его и на допрос — чьё пальто, зачем пальто, зачем два пальто…
Читать далее
4
133
sandy_martin10 августа 2014 г.
Разве те люди, что стоят в очередях, чтобы сдать пустые бутылки, чтобы купить полные бутылки, чтобы выйти на свободу, после опорожнения бутылки, разве есть радость в их душах? Они смеются постоянно — над похабными анекдотами, над глупыми шутками, несущимися с киноэкранов, над рассказами писателей-сатириков о том, как страшно жить в этой стране, они смеются над собственным убожеством, нищетой и порочностью, но нет радости на их лицах. А мы искали эту радость и находили её. В рок-н-роллах Элвиса и балладах «Битлз» мы открывали больше смысла, чем во всех тех статьях Ленина, что я законспектировал в 9-м и 10-м классах школы и на 3-х курсах института.
Читать далее
3
107
sandy_martin10 августа 2014 г.
Мне нравится Москва, я люблю этот город. Мне нравятся широкие улицы, нравятся высокие дома, нравится сложный лабиринт метро, а ведь это камень преткновения любого приезжего, нравятся большие расстояния, нравится, что все дороги не параллельно-перпендикулярны, а закручены каким-то клубком, если не лентой Мёбиуса. Я люблю старый Арбат, по архитектуре не уступающий если не всем, то многим районам Петербурга. Мне нравятся зелёные арбатские дворики, и я могу гулять в них часами. Меня приводит в восхищение Красная площадь — я поднимаюсь к ней от Тверской, прохожу по брусчатке к храму Василия Блаженного и спускаюсь к Москве-реке по огромному асфальтовому полю. И то, что всё время приходится подниматься и опускаться, гуляя по холмам, пусть и залитым асфальтом и истыканным столбами и домами, мне тоже нравится.
Читать далее
3
64